Читаем без скачивания Хранитель Виртуальности - Владимир Гусев

Сатанисты, отслужив мессу, начали насиловать девушку на алтаре. Она, конечно, отбивалась, хотя и не очень: будет потом чем перед подружками хвастаться. Но когда к ней подошел третий или четвертый, попыталась выйти из вирта.

И не смогла.

Вот тогда она испугалась по-настоящему. И начала кричать, уже понимая, что здесь ее никто не услышит. Хорошо, если в реале есть кто-то поблизости, кто может аварийно выключить терминал – с потерей виртела и прочими неприятными последствиями. А если нет? Фемискаф у нее – наверняка прессор-сенсорный, почти полностью имитирующий совокупление. Заблокировать такой скаф в вирте трудно, но можно. Достаточно умело сдавить ей в вирте шею – и все, она не сможет произнести в реале команду «Экстренный выход!», да и дышать-то будет с трудом. Правда, до конца не задохнется, эту защиту создатели «Клеопатры» – а у бедняжки наверняка недавно разрекламированное новейшее виртело этого типа – в скаф встроили.

Мужчина, насытившись, покинул алтарь. Его место тут же занял следующий. Двое держат жертву за руки, один сдавливает шею. Возможно, она уже потеряла сознание.

«Группа захвата на месте. Что у тебя?» – спрашивает Федотов.

«Здесь месса сатанистов. Вычисляю главаря. Полуминутная готовность».

«Понял. Тридцать секунд».

Вновь подошедший делает какой-то странный жест рукой. То ли в реале он однорук, то ли его рука повреждена – во всяком случае, в вирте его левая рука ведет себя странно.

Но это все мелочи. Главное – захватить главаря. Вот он, в балахоне и маске. Прячет свое лицо даже в вирте. Точнее, не лицо, а личину.

Неслышно приблизившись к главарю со стороны спины, я хватаю его за горло и изо всех сил стискиваю руки. Это – хоть и запрещенный, но очень действенный способ удержать в вирте преступника до тех пор, пока сотрудники Федотова не вычислят его адрес в реале.

«Пошли! Вычисляйте главаря, я его держу!»

Оставаясь вне досягаемости рук главаря, я внимательно наблюдаю за остальными сатанистами.

Такое впечатление, что у меня в руках действительно бьется, задыхаясь, сильное мужское тело. Поскольку я невидим, сатанисты не сразу понимают, что происходит. Один из них решительно направляется ко мне, и мне не остается ничего другого, как его убить.

«Орудие товсь… – неслышно для окружающих произношу я и, сосредоточив взгляд на сатанисте, добавляю: – Пли!»

Сатанист начинает светиться, словно люстра в Большом театре, а потом рассыпается тысячью мелких осколков.

«Бум-м-м!» – грохочет в зале.

И это служит командой для остальных. Они бросаются к стенам, возле которых, как оказалось, расположено сразу несколько кабинок телепорта.

Я успеваю распылить еще одного.

В зал, прямо сквозь стены, сразу с нескольких сторон врываются люди Федотова. Шум, кутерьма, выстрелы…

Сопротивление главаря вдруг резко ослабевает, его тело тает в моих руках и на моих глазах.

Ушел-таки, гад! Лучше бы я его пристрелил. Но, надеюсь, предводителя сатанистов уже вычислили в реале. Минуты или даже двух, в течение которых я его удерживал, людям Федотова могло хватить.

Я встаю, осматриваю свое виртело. На нем несколько рваных ран – из-за плотного соприкосновения двух виртел были повреждены соответствующие фрагменты программного кода.

Мясо и кости, конечно, не видны – просто некоторые участки моей одежды и даже тела отсутствуют, а кисти рук – напрочь, словно ампутированные. Вместо них – ничего, черные пятна. Но раны на глазах затягиваются и покрываются виртуальной одеждой – это включилась доступная только копам программа экстренной реанимации, – отрастают, подобно хвосту ящерицы, ладони и пальцы рук.

Через несколько минут мы подводим итоги. Они неутешительны: захватить в вирте удалось лишь двоих, видимо, самых неопытных. Остальные или разбежались, или были убиты.

Что ж, на безрыбье и рак рыба. Будет о чем доложить начальству.

И в чем упрекнуть Смирнова.

Глава 8

И только там, где есть могилы, есть и воскресение.

Выйдя из вирта, я с удовольствием снимаю скаф, сажусь в кресло и на несколько минут расслабляюсь.

Все-таки не приспособлены мы для вирта. Недаром у жены ничего не получается. Да и я после погружений устаю так, что потом неделю ничего не хочется делать. Но – надо. Функция еще не завершена.

Я называю номер Смирнова, через мгновение его лицо появляется на дисплейчике теркома.

– Юрчик, как ты? Живой?

– Вроде бы…

Лицо у него бледное, но глаза блестят. Смирнов уже знает, что удалось взять секту сатанистов – во многом благодаря его наводке. Хотя сам он действовал, понятно, не лучшим образом.

– Зайди, обменяемся впечатлениями.

Юрчик заходит как-то странно. И вообще он производит впечатление человека, перенесшего болезнь и только-только поставившего в ближний угол костыли. И это при том, что на нем, как и на всех копах, была кираса. Как же чувствуют себя после вирт-смерти те, кто не имеет права на броню? А ведь это – подавляющее большинство виртлян. Конечно есть умельцы, нелегально производящие кирасы и сбывающие их по бешеным ценам. Но таких Винтерпол вычисляет и привлекает. Потому что вычислять и привлекать – основная задача Винтерпола.

– Присаживайся!

Юрчик садится осторожно, словно на шаткий стул, который в любой момент может развалиться.

– Ну и чем все кончилось? – спрашивает он.

Да, дружок, самое интересное ты пропустил. Впрочем, с неопытного копа взятки гладки. Если бы не амбиции Юрчика, я бы его даже похвалил.

– Двоих сатанистов удалось захватить, четверых застрелили, остальные, в том числе главарь и жертва, сбежали. В целом исход операции оценивается положительно.

Юрчик довольно улыбается. Еще бы: и наводку на клуб дал он, и время узнал точное.

– Но то, что сатанисты так легко вычислили и застрелили копа, оценивается крайне отрицательно, – добавляю я, дав Юрчику вволю поулыбаться.

– Они значок копа засекли! И стреляли – двое одновременно, без предупреждения! Не думаю, что допустил какую-то ошибку! – ерепенится Юрчик.

– Со значком разберутся. Но тебе не кажется, что реакция копа должна быть несколько быстрее?

– Они стреляли даже не из пальца, а глазами. Все что я мог сделать, – это начать стрелять раньше. Но у меня оснований не было.

– Ты должен был, едва заметив охранников, сразу же исчезнуть в стене. Но ты этого почему-то не сделал.

– Да они как-то неожиданно выскочили… Я не сразу сообразил, что нужно делать.

– А у них приказ был – уничтожать любого нелегала на месте. Ладно, на первый раз прощается, хоть ты и не оправдал моих надежд.