Он перекатился на спину так, что лапы оказались в воздухе. Он закрыл глаза.
11
Утром 30 мая Бринкман, Кнорр и Джилл встретились на парковке у федерального исправительного учреждения в Питерсберге, штат Вирджиния. В этой тюрьме, не очень строгого режима, содержалось около тысячи заключенных, в распоряжении которых находились такие удобства, как художественные мастерские, музыкальные комнаты, баскетбольная площадка с открытыми трибунами и электронным табло.
Заключенный, к которому они направлялись, был осужден за распространение героина, но также организовывал собачьи бои. Полицейские начинали понимать, что многие преступления были связаны. В местах проведения боев собак обязательно обнаружатся не только наркоманы и люди, незаконно носящие оружие, но и наркодилеры и торговцы оружием. Исследования свидетельствуют о том, что жестокость по отношению к животным связана с другими бытовыми преступлениями, издевательствами над членами семьи и детьми, что она снижает порог восприятия насилия.
Хотя в его деле это не всплывало, но осужденный рассказал им, что встречался с Виком и Пернеллом Писом в то время, когда они занимались организацией питомника «Бэд-Ньюз», и продал им трех питбулей за 2900 долларов. Позднее он принимал участие в собачьих боях на Мунлайт-Роуд, 1915. выставляя своих собак против собак Вика. Ставка составляла 3000 долларов, и его собака победила. После схватки Вик попросил его убить проигравшую собаку своего питомника, и он застрелил ее из ружья 22-го калибра.
Эта беседа приблизила их к цели, однако на улице, когда они обсуждали то, что услышали, Джилл подчеркнул, что время дорого. Кнорр и Бринкман заторопились. Они сели в машины и отправились в длинный путь к федеральному исправительному учреждению в Беннетсвилле, штат Северная Каролина. Когда они приехали к кампусу, расположенному на 670 акрах земли в семидесяти милях к северо-востоку от Миртл-Бич, было уже слишком поздно для посещений. Друзья остановились на ночь в ближайшем мотеле.
Следующим утром они первым делом отправились в Беннетсвилл. Заключение в этой тюрьме было средней строгости, а атмосфера и люди внутри нее разительно отличались. В воздухе витали враждебность и жестокость. Двое заключенных, с которыми они встретились, также отбывали срок за распространение героина. Они признались в том, что участвовали в боях собак в сараях на Мунлайт-роуд. Один из них рассказал, что встретился с представителем питомника «Бэд-Ньюз» на обочине дороги, и тот провел его к месту боев. Они запомнили белый дом и черные сараи. Еще они запомнили черные «Кадиллаки» и «BMW». Ставки доходили до 13 000 долларов, и собаки Вика все время проигрывали. Согласно показаниям одного из заключенных, Пис убил по крайней мере одного пса электрическим током, предварительно облив его водой.
Они не были надежными свидетелями. Это были уголовники, и поэтому им не слишком можно было доверять. За сотрудничество со следствием им обещали сократить сроки заключения, поэтому они могли говорить то, что от них хотели услышать полицейские. Однако дело основывалось не на их показаниях. Они были всего лишь небольшим звеном в растущей цепи свидетельств того, что Майкл Вик проводил собачьи бои. Он за них платил, он делал на них ставки, он натаскивал, стравливал и убивал собак своими руками.
❖
Следующая неделя пролетела для Джима Кнорра незаметно. Первые дни он провел на телефоне, собирая команду для обыска. Он написал отчеты о беседах с заключенными. Он привез Брауни в Ричмонд для встречи с Майком Джиллом. Наконец, 6 июня он потратил целый день на то, чтобы написать обоснование для ордера. Он послал документ по электронной почте Джиллу, и они договорились встретиться на следующий день в офисе Джилла в 6.30 утра, чтобы завершить работу над обоснованием.
7 июня Кнорр проснулся в 4.30. Утро стояло ясное и солнечное, а денек обещал стать горячим. В Ричмонде они с Джиллом подправили формулировки обоснования, сделав несколько изменений, и сошлись во мнении, что документ выглядел идеальным. В 11.00 они пошли пешком в окружной суд, где судья-магистрат, Денис Донал, выписал ордер. В час дня Кнорр вернулся на парковку у пристани Хог-Айленда. И опять он затянул пуленепробиваемый жилет, готовясь к обыску на Мунлайт-роуд, 1915. В этот раз все будет по-другому.
Теперь с ними были четыре агента министерства сельского хозяйства и полицейские штата Вирджиния, включая спецназ и криминалистов. Им нужны трупы собак. У них по-прежнему не было представления о том, что они будут делать с останками животных после того, как выкопают их из земли, однако сейчас, когда время утекало, они были в центре всеобщего внимания и давление на них росло, самым важным было доказать то, что останки собак существуют.
Теперь Кнорр ощущал неприязнь по отношению к Джералду Пойнтдекстеру. Во время их третьей по счету встречи Пойнтдекстер вновь разразился оскорбительной речью, и Кнорр резко ему ответил. С тех пор Пойнтдекстер вел себя вежливее, но не намного. Кнорр не думал о предстоящем разговоре с ним, но в 13.45 он достал мобильный телефон и набрал номер Пойнтдекстера. Когда прокурор снял трубку, Кнорр произнес:
— Я хотел сообщить вам, что согласно федеральному ордеру я произведу обыск по адресу Мунлайт-роуд, 1915.
Кнорр рассказал, что Пойнтдекстер разразился потоком словоблудия, приправленного негодованием и изрядной дозой матерщины. Следующая часть разговора, по воспоминаниям Кнорра, состояла в следующем.
— Что вы ищете? — спросил Пойнтдекстер.
— То же, на что был выписан предыдущий ордер, который вы помешали помощнику шерифа Бринкману исполнить, — ответил Кнорр.
— Кто выступает криминалистом?
— Криминалисты полиции штата Вирджиния.
— Бринкман с вами?
— Нет, я не смог дозвониться ему по мобильному телефону сегодня утром.
— Если бы дозвонились, то позвали бы его?
Кнорр ответил «да».
— Кто вас уполномочил?
— Управление федерального прокурора по Восточному району Вирджинии.
— Кто руководит Управлением?
— Федеральный прокурор Чак Розенберг.
— Мистер Розенберг увлекается футболом?
— Я не знаю.
— Это неуважение, — запротестовал Пойнтдекстер, — у вас нет права вторгаться в мой округ и проводить обыск, не уведомив меня или шерифа.
— Министерство сельского хозяйства и Управление федерального прокурора не ставят людей в известность перед обыском, — ответил Кнорр. — Пока ваш округ находится на территории Соединенных Штатов, у меня есть право на это.
— А Лари Вудвард в курсе? — поинтересовался Пойнтдекстер, имея в виду адвоката Вика. Кнорр ответил, что Вудвард не в курсе.
