услышим важную весть.
Он первым бросился на выход. За ним побежали слуги, и даже Айла, забывшись, поспешила со всеми.
Ну, колокол богинь Гармонии и Дис. Ну, пробудился. И что? Что хорошего в этом?
На украшенную белыми цветами веранду я вышла последней.
Люди, выбежавшие из домов на умытую дождем улицу, радостно рассматривали что-тот вверху. Я тоже задрала голову.
Гроза закончилась, но небо все еще напоминало багрово-фиолетовый кровоподтек. Пугающая ассоциация. Гораздо тревожнее светящийся гигантский знак на нем — схематично очерченные силуэты белой и черной кошек, сидящих спиной друг к другу. Своеобразный Кото-Инь-Ян.
— Знак богинь, — пролепетала Нисья благоговейно. — И мы его видим, теперь нас осенит удача!
— Жители славного Риадона! — усиленный магией мужской голос заполнил улицы столицы. — Кронпринц Иссандр Щедрый объявляет поиск своей хаисы! Любая незамужняя, брачного возраста жительница империи Шаадор должна испросить милости богинь у алтаря на Алой площади! Испытания начнутся с рассветом и продлятся тридцать дней. Да пребудут с вами Гармония и Дис!
Глава 6
О том, как стать принцессой и не потерять работу
— А-а-а! — в унисон завопили Айла и Нисья. — Отбор для наследного принца! Я могу стать хаисой!
— Хаиса, — тихо повторила я, пробуя слово на вкус.
В памяти пустота. Никаких ассоциаций, словно оно мне совсем не знакомо. Предыдущая хозяйка тела его не знала? Вполне вероятно, ведь жила в другой стране.
— Хаиса — идеальная невеста, которая станет женой будущего императора! — экзальтированно воскликнула Нисья.
— Хаиса — это больше, чем невеста, — возразила Талика и с грустью добавила: — Это сердце и душа, самая желанная женщина для драконида. Это невероятная удача — стать хаисой, а уж императора драконов — милость богинь. Такой шанс возникает раз в сто-двести лет, ведь дракониды долгожители и не спешат жениться.
— А я тебе говорила, что замуж в двадцать лет даже за единственного сына мясника — это слишком рано! — радостно воскликнула Нисья. — Говорила же! Теперь ты не сможешь участвовать!
— Заткнись, — фыркнула Талика и с обидой покосилась на свой брачный браслет.
Устало потерев лицо, господин Морил решительно произнес:
— Заканчивайте пустые разговоры, девочки, нужно готовить номера — в столице будет наплыв гостей и…
— Почему наплыв? — удивилась Айла, невоспитанно перебив бывшего работодателя.
Господин Морил почему-то не стал ее одергивать, любезно ответил:
— Алтарь есть в каждом храме Небесных Сестер, практически в любом уголке империи. Но почти все девицы благородного и состоятельного сословия явятся на проверку в столицу.
— Ну да, в столице проходить проверку выгоднее, можно и гордость потешить и город посмотреть, — понимающе протянула Айла.
— Нет, — хмыкнул господин Морил. — Здесь безопаснее. Девушка с меткой рискует не доехать во дворец из далекой провинции. Ее попытаются устранить враги правящего рода.
И кузина, и подавальщицы вмиг поскучнели. Осознание, что шанс на счастье соседствует с опасностью для жизни, делало проверку не такой привлекательной, как раньше.
От мыслей отвлекло деловитое требование господина Морила:
— Эрика, закупи продуктов в два… нет, в три раза больше, пока цены не взлетели! И не забудь увеличить наименование блюд в меню, можешь добавить что-то из тафрийской кухни.
Я усмехнулась и развела руками:
— А с меню и продуктами уже не ко мне. Вы меня уволили.
— Я тебя уволил? — удивленно переспросил господин Морил и, взглянув на артефакт управляющей в своей руке, нахмурился. — Странно… В общем, забудь и иди работать.
И он попытался вернуть мне карточку.
Спрятав руки за спину, я твердо заявила:
— Вы меня уволили, мне нужна моральная компенсация за страдания.
— Чего-чего? — удивился хозяин гостиницы. — Какая к гвердам моральная компенсация?
Нисья мечтательно улыбалась, а вот на лице Талики, кроме злости, застыло раздражение. Она тоже не поняла, о чем я.
— Я очень, очень расстроилась, даже плакала, — с наигранной печалью произнесла я. — Не хочу оставаться, раз вы меня не цените.
Айла, которая почти все время была рядом, взглянула на меня удивленно, но хоть не спросила, почему соврала про слезы.
— Я ценю твою работу, Эрика, не сомневайся. Сколько стоит твоя обида? — через силу спросил догадливый господин Морил.
Сейчас искать нового управляющего — гарантированно потерять деньги. И с рядовой прислугой сейчас тоже будут сложности, значит, можно и понаглеть.
— Я смахну слезы и останусь работать на вас, если… — я выдержала почти театральную паузу, — если повысите зарплату. Мне полагается за две должности и еще пятьдесят процентов сверху за переработку.
Господин Морил покраснел и даже заикаться начал от возмущения:
— К-какие проценты? Ладно, две полных зарплаты, Эрика! И никаких процентов!
— Идет, — согласилась я легко и добавила: — А еще вы не уволите мою кузину и выплатите поощрительные всем работникам после завершения поиска хаисы.
Подавальщицы радостно зашептались. Господин Морил прищурился недобро, но кивнул.
— Хорошо, будут вам поощрительные, только работайте без нареканий!
Стольник за спиной Морила уважительно кивнул мне. Нисья с Айлой счастливо запищали. И только Талика раздувала гневно ноздри, словно все обещанные деньги вытащат из ее кармана.
Интересно, за что она ненавидит меня? Вроде бы по любимым мозолям не топталась.
— Так, дорогие мои, подчеркну: поощрительные будут только тем, кто работает без нареканий! — буркнул господин Морил, оставляя за собой последнее слово.
И, не прощаясь, поспешил в сторону своего кабинета.
Я подавила улыбку, понимая, что и он сердится, ведь теперь точно придется раскошелиться.
Премии подчиненным я попросила не потому, что добрая, нет. В своде законов, касающихся наемного труда, поощрение в общеимперские праздничные дни прописано, но кто его читает? Горничная или подавальщица явно и в глаза не видели. И все, что выше зарплаты, хозяева подавали, как личную милостивую инициативу.
Попав в империю драконов, я сразу начала интересоваться законами. И первым в руки взяла уголовный кодекс, затем трудовой и так далее. Все не запомнить, но полезных вершков нахваталась.
Сейчас, зная некоторые законы, я решила наказать Морила и заодно улучшить свое положение среди подчиненных. За его счет, ага.
— Айла, нас ждут дома, — напомнила я кузине, которая, забыв о странном падении, о чем-то дружелюбно щебетала с Нисьей.
Рабочий день закончился. В раздевалке, наверняка, уже сменщики стольника, горничных и подавальщиц. Значит, и нам пора снять форму.
— Угу, ждут, — с неохотой согласилась Айла и тихо обронила: — И опять ты мне все портишь, я только-только нашла общий язык с Нисьей, планировала договориться сходить вместе завтра к алтарю.
Я покачала головой. Неисправима. И всегда виновата я.
— Завтра на Алой площади будет половина столицы. Хочешь пострадать в толпе? На прохождение испытания есть тридцать дней, если не забыла.
— А потом понаедут
