И когда точно через сорок восемь минут после того, как она подняла игральные кости, Невада наконец выдохлась, Джонни Роулетт, получив около десяти тысяч долларов, порывисто обнял свою миниатюрную леди Удачу и поцеловал в затылок.
— Подружка, ты неподражаема, — сказал он. — Давай получим мои золотые запонки из заклада и пойдем в «Дом плантатора».
Уткнувшись вспыхнувшим лицом в открытый ворот рубашки Джонни, Невада ощутила гладкую теплую кожу, жесткие волосы, и услышала ровное ритмичное биение. Она вспомнила, что точно так же ощущала эту широкую горячую грудь, прижатую к ее обнаженному телу.
— Да. Пойдем в гостиницу, — пробормотала она.
Через несколько минут они появились в фойе «Дома плантатора», и Джонни Роулетт широко улыбнулся, когда его старый друг Бен Робин, владелец гостиницы, вышел к ним из столовой.
— Бен, — сказал Джонни, — познакомься с мисс Невадой Гамильтон, моим личным амулетом удачи.
Бен Робин смотрел на Неваду со смесью любопытства и недоверия. Бен хорошо знал Джонни. И никогда не видел, чтобы его друг-игрок приводил женщину вроде Невады к себе в номер. Он нашел ее очень красивой, но атласное платье и накрашенное лицо выдали ее раньше, чем она заговорила.
— Мисс Гамильтон, — поклонился Бен, — добро пожаловать в «Дом плантатора». Он поглядел на Джонни и снова обратился к Неваде с обворожительной улыбкой. — Вы желаете пообедать? У нас роскошное меню и хороший повар…
— Мы закажем что-нибудь в номер, если у Невады появится аппетит, — прервал его Джонни. — Она немного утомлена, и я тоже.
— О! — воскликнул Бен понимающе. — Да-да, конечно. Тогда — хорошего вам отдыха, мисс Гамильтон.
— Спасибо, я с удовольствием отдохну, — ответила Невада, уверенная, что она и Джонни отдохнут немного, но не более того.
— Спокойной ночи, Джон. — Бен посмотрел на него. Джонни откинул голову и рассмеялся. Он точно знал, что подумал его старый друг. Хорошо, пусть думает что угодно.
— Встретимся за завтраком, Бен. Около одиннадцати, — добавил небрежно Джонни, взял за руку Неваду и повел ее через роскошное фойе.
Бен Робин покачал белокурой головой, повернулся и направился к кабинету, задаваясь вопросом, как эта речная кукла Джонни выглядит без прикрас.
— Подожди, — сказал Джонни, когда Невада приподняла синюю атласную юбку, чтобы подняться по лестнице. — Я должен снять для тебя номер.
Она вопросительно посмотрела на него:
— Почему?
Он проигнорировал вопрос, и Невада решила, что Джонни должен был снять смежный номер для соблюдения приличий.
После того как Роулетт недолго поговорил с высоким клерком за стойкой, он вернулся к Неваде и сообщил, что снял комнаты, смежные с его номером. Невада понимающе улыбнулась.
Когда они поднялись наверх и Джонни проводил ее в гостиную, Невада радостно вздохнула и обернулась, стоя перед ним, ожидая, что он немедленно обнимет ее.
— Ты голодна? — спросил Джонни.
— Нет. Совсем нет, — сказала Невада, желая только одного, чтобы Джонни сжал ее в своих объятиях.
Он подошел к ней и указал на закрытую дверь в другом конце тускло освещенной гостиной.
— Это твоя комната. Мне жаль, что у тебя нет с собой ночной рубашки. Тебе придется спать в . — он жестикулировал одной рукой. — В том, что ты носишь под платьем. Завтра мы пойдем за покупками Позевывая, он стал снимать свой полотняный пиджак. Она во все глаза смотрела на него.
— Джонни? — М-м?
— Мы не будем спать в одной комнате? — Невада подошла ближе, положила руки ему на плечи.
— Конечно нет. — Джонни отступил на шаг и начал снова вытаскивать золотые запонки из петель своей белой рубашки. После того как он справился с запонками, она увидела, как он выдернул длинные полы рубашки из обтягивавших его светлых брюк.
— Давай займемся любовью сначала в твоей кровати, а потом…
Он замер.
— Черт возьми, девочка, мы не собираемся заниматься любовью. Ни теперь, ни когда-либо еще.
— Но почему нет? Вчера вечером мы ..
— Я уже сказал тебе, вчера вечером я был пьян. Это было ошибкой. Такого больше не повторится.
— Но, Джонни ..
— Иди в кровать, Невада. Отдохни немного. Завтра мы уезжаем из Мемфиса Она вздохнула, но согласно кивнула:
— Пожалуйста, помоги мне с крючками, я не могу… — Она повернулась к нему спиной.
— Хорошо, — согласился Джонни. Неваду поразила ловкость, с которой его проворные пальцы игрока справились с крошечными крючками, удерживающими ее одежду. Что касается Джонни, он был поражен еще больше красотой ее стройной спины, совершенно голой под вечерним платьем.
— Почему ты не носишь нижнее белье? — сказал он раздраженно.
— Только панталоны, — ответила она ему, поворачивая голову и глядя на него через плечо. — Я не могу ничего надеть под это платье — у него такой чертовски низкий вырез.
— Ну ладно, иди отдыхать. Мы купим новую одежду для тебя. Приличную.
Невада повернулась и встала перед ним, придерживая расстегнутое платье.
— Я думала, что тебе нравится это платье. Это то самое, которое было на мне вчера вечером, когда ты сказал…
— Забудь, что я сказал вчера вечером, хватит!
Он казался сердитым, но как только корсаж расстегнутого платья соскользнул пониже, его темные, очень темные глаза остановились на соблазнительной округлости ее груди. На короткое мгновение желание возникло в его глазах. Но оно немедленно исчезло, и он раздраженно попрощался:
— А теперь — спокойной ночи, Невада.
— Спокойной ночи, Джонни, — повторила она, поворачиваясь к нему спиной.
В большой, отделанной слоновой костью спальне, отведенной ей, Невада скинула взятое напрокат атласное платье, сняла туфли и чулки и взобралась на двуспальную кровать. Она погасила лампу на ночном столике и легла на спину, закинув руки за голову.
Высокие окна были открыты в эту жаркую для штата Теннесси летнюю ночь. Вдалеке на Миссисипи раздавались гудки пароходов. Прохладный бриз колыхал прозрачные занавеси и шевелил пряди ее темных волос у лица. Невада лежала в лунном свете, страстно желая, надеясь, моля, чтобы Джонни Роулетт спокойно открыл дверь, тихо пересек комнату, раздел ее, чтобы он горячо и нежно любил ее, пока речные бризы щекочут и дразнят их обнаженные тела.
Невада не подозревала, насколько реально было исполнение ее желания.
В своей спальне по другую сторону гостиной Джонни Роулетт лежал обнаженным и курил сигару. Лунный свет заливал смуглое стройное тело. Джонни размышлял, можно ли нарушить свое слово. Несмотря на приятный, прохладный ветерок от реки, кровь почти кипела в его жилах. Его плоть, откликаясь на воспоминания о виде, запахе и ощущении близости обнаженной Невады, когда он занимался любовью с ней вчера вечером, стала твердой и напряженной. Его плоть настойчиво требовала повторения того приятного удовлетворения, которое Невада дала ему и охотно даст снова.
