— Хорошо, давай так. Пусть моя победа будет моей проблемой, ладно? Твоя месть будет очень простой, ты всего лишь тайком от Нахаба расскажешь мне всё, что знаешь о его летающем замке, идёт?
— Ты знаешь, что его замок переносится с места на место? — Маг смотрел на Лотара подозрительно, словно тот открывал ему глаза на мир.
— Люди, может быть, слабы, но не дураки. Они знают, вероятно, многое из того, что и тебе едва ли ведомо. Да ты и сам должен это понимать, ты из их роду-племени…
Хифероа вздохнул:
— Я не знаю ничего о проходе, но думал об этом, и вот что я скажу: проход, наверное, всё-таки существует. Потому что, когда я говорил по Волшебному Кристаллу, рядом с ним находился Цван. А он прежде побывал у меня, и это, замечай, Лотар, происходило уже после того, как архидемон распространил среди своих слуг версию, что к нему никто, кроме Сроф, не доберётся. Но у Сроф есть крылья…
— Это понятно, — быстро проговорил Лотар. — Скажи, как найти этого Цвана?
— Он и живёт в замке Нахаба. Как Гепра — Держательница Ближнего Покрывала, или Мансур — бывший цахор, ставший личным телохранителем архидемона, когда тот сделал Великим Магистром покойного Камазоха…
— Да, я и это знаю, ведь это я с учениками отправил его к праотцам. Лучше скажи, где мне найти Сроф? Она ведь точно не живёт в замке, ей нужно носиться по всему миру.
— Ты хочешь задать ей тот же вопрос, что и мне?
— Да.
— Она тебе не скажет. Лотар мягко улыбнулся:
— Давай поспорим. Если я проиграю, я пришлю тебе костыли, хочешь?
— Не смейся надо мной, варвар! Ты ничего не получишь. Я ещё дорожу своей душой, как и своей шкурой.
— А твоя душа уже погибла. Как ты думаешь, что я буду делать, когда выйду отсюда? Трезвонить, что ты мне помог, и тогда…
Хифероа стал бледным, как тот платок, которым он вытер невольно выступивший на лице пот.
— Я всё равно ничего тебе не скажу, Желтоголовый. Я буду надеяться, что мой господин поймёт это, когда мы с ним поговорим о тебе и я расскажу ему правду.
“Да, — решил Лотар, — Хифероа должен и сам понимать, что он нужен Нахабу, тому без безногого мага трудно обойтись. И поэтому надежда поссорить их невелика”. Он и не надеялся на такой исход своей маленькой интриги, он стрелял наугад, но пока не попадал. Это был тупик. Нужно было придумать что-то ещё.
Внезапно он вспомнил, что в их разговоре промелькнуло что-то очень важное, он ещё отметил это, но вот как-то проскочил мимо. Чтобы вспомнить, Лотар встал, осмотрелся и прошёлся вокруг кресла Хифероа.
— Что такое Волшебный Кристалл? Хифероа протянул руку по направлению к куску горного хрусталя.
— Стоит мне произнести определённое заклинание, он начинает светиться, и я вижу своего господина. Как и он может видеть меня.
— Но сейчас он за нами не наблюдает? Хифероа снова вытер пот.
— Думаю, что нет. Кристалл должен светиться и издавать звуки, чтобы работать. Впрочем, не знаю, возможно, архидемон подглядывает за мной и через погасший кристалл, а я об этом ничего не знаю.
Лотар прошёлся вдоль стены. На полках стояли всякие безделушки, непонятные вещицы, странные приборы. На всём лежала печать забвения. Лотар мог поручиться, что их очень редко брали в руки, может быть, даже несколько столетий уже не касались ничем, кроме метёлочки для стряхивания пыли.
Над полками висели картины, потемневшие от времени, но все дорогие, писанные на вековых досках, впитавших высокие человеческие устремления и творческий дух, как живая губка впитывает воду. Лотар вздохнул и отвёл от них глаза. Они тут были пленниками, их даже не хотелось смотреть.
Внезапно его внимание привлекла небольшая сумка, похожая на обычный заплечный мешок, но слишком маленький, чтобы быть настоящим походным приспособлением. Он очень походил на северную волынку, только дудочки из неё не торчали, и Лотар мог поручиться — это был не музыкальный инструмент.
— Что это?
Не оборачиваясь, Хифероа ответил:
— Это Бесконечный Мешок. Что-то опускаешь туда, и предмет как бы исчезает.
— Он ничего не весит? — переспросил Лотар.
— Весит, но не имеет размера и не мешает при ходьбе. Желтоголовый завистливо вздохнул:
— Вот бы мне такой для моих перелётов… А достать назад свои вещи-то можно?
— Конечно.
— И на них не будет следов магии? Или без магии не обошлось?
— Сам мешок, конечно, магический.
— Я спрашиваю не о том. На предметы он не оказывает влияния?
— Знаешь, Желтоголовый, забирай его и уходи, а? Лотар наконец понял: он знает, что ценит Хифероа и что сразу сделает его гораздо уязвимей, чем он есть сейчас.
— Я пришёл сюда не за мелочью, колдун. Ты должен мне сказать нечто очень важное, чтобы я ушёл отсюда и не расстроил, к примеру, твои приборы.
Хифероа в изнеможении откинулся на спинку кресла. Теперь он не боялся, даже бледность исчезла с лица. Он просто был в отчаянии и дышал с таким шумом, что Желтоголовый без труда слышал его на противоположном конце зала.
Лотар продолжил:
— Сам посуди: я вынужден маскироваться, рассеивать ауру путника, а зачем? Проще уничтожить то, что снабжает моего врага информацией, и спокойно гулять где вздумается. Ну, вернее, самому мне будет трудно быстро сокрушить весь твой светящийся лес, но у меня есть план. Я устрою ещё одну драку между драконами, только уже не в твоём будуаре, а там, где стоят живые машины. Как думаешь, твоя стража лучше справится с уничтожением твоей лаборатории, чем я?
Теперь на Хифероа было страшно смотреть. Он попросту стал старым.
— Да и ты без приборов станешь не нужен Нахабу…
— Нет, — шёпотом ответил маг, — только не это, я растил и настраивал их семьсот лет, если они погибнут… Лотар постарался ухмыльнуться как можно гнуснее:
— Непременно погибнут, если ты не захочешь сказать мне, где искать Сроф.
— Только это, и больше ничего? — В голосе Хифероа не было даже тени надежды.
Но Лотар не собирался ему лгать.
— Не знаю, может быть, мне придётся ещё не раз к тебе зайти, ведь ты, похоже, знаешь то, чего не знает больше никто. Машины у тебя пока работают, а они, кажется, могут вызнать всё на свете.
— Но пока ты оставишь меня в покое?
— Пока — да. Обещаю.
— Тогда так: в тайге у истоков реки Ур есть курган Одноглазой Амазонки. Он не имеет никакого отношения к амазонкам, он скрывает дом Сроф.
Лотар подумал, подошёл к магу и заглянул в его глаза. Они вдруг стали очень светльми, словно их закрыла катаракта.
— А как она в него попадает?
— Курган раскрывается, когда ей это нужно.
Это следовало проверить. Лотар ментально позвал:
“Сухмет!”
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
