Это озеро делило не очень широкую перемычку Северного континента, упирающуюся туда, где сходились все четыре континента мира, на две изрезанные, почти кружевные полосы земли, где располагался десяток княжеств и государств, непрерывно выясняющих друг с другом отношения. Зато в северной части озера начинался уже тайг, и тот берег озера никому, кажется, не принадлежал.
Итак, им предстояло пройти через десяток воинственных княжеств, и Лотар с уверенностью заранее мог сказать, что это невозможно. Но Сухмет, который поймал эту мысль Желтоголового, лишь усмехнулся. У него уже всё было продумано.
Там, где они сейчас оказались, вдоль рек появились деревни. Лотару показалось, что жить тут можно было бы и хуторами, как жили в северных степях, но Ди, который лучше знал местные нравы, не очень отличающиеся от нравов северной части его родной Поднебесной, произнёс только одно слово:
— Грабители.
Действительно, грабителей тут было немало. Они поняли это по тому, что их ни в одной деревне ни разу не пустили ночевать. С чужаками тут просто не разговаривали. Тем более с такими подозрительными — с оружием и без поклажи, то есть явно не купцами.
Однажды виана разбудила Лотара перед самым рассветом, внимательно и требовательно вглядываясь в него. Лотар почувствовал этот взгляд, словно его кто-то толкнул. Виана сидела, мирно обернув хвост вокруг ног.
— Мне нужно уйти, — сказала она своим звеняще-молодым девичьим голосом. — К тому же и это тело надо отпустить. Оно устало, ему пора возвращаться.
— Как я узнаю тебя, когда ты вернёшься? — спросил Лотар. Волчица на миг прижала уши к голове, словно готовилась к атаке или смеялась:
— Узнаешь.
И она исчезла, растворилась в предутреннем мраке. Лотар поднял световую чувствительность глаз, чтобы последить за волчицей ещё немного, но, как ни старался, ничего не увидел. Помимо воли им овладела грусть. Ему захотелось, чтобы виана вернулась поскорее.
На третий день путешествия по берегу Великого Озера они вышли к большому и богатому городу Итл-Архенах. Здесь они наконец смогли впервые за много недель вымыться в настоящей бане и выспаться на настоящих простынях. Это существенно подкрепило их силы.
На следующий день Рубос и Лотар отправились на рынок и в порт. И тут их ожидало первое разочарование. Оказалось, город готовился к войне, и мужчин, способных носить оружие, не выпускали из страны без залога. Причём залог был так велик, что денег Сухмета хватало лишь на одного человека, да и то если поторговаться со сборщиком. Восточник уже было начал раздумывать о магическом приёме, позволяющем выбраться из этой ловушки, как вдруг Азмир совершенно случайно, но на редкость удачно познакомился с купцом из северных стран, который не мог уйти на своём кораблике из Архенаха. Купец согласился подделать документы на всех четверых как на наёмных стражников с севера, что существенно уменьшало залог. Он даже брался уплатить эту сумму, но требовал, чтобы они провели его корабль мимо пиратских островов. На том и сошлись.
К этому времени Сухмет уже рассеял их ауру путников так основательно, что Рубос даже впал в сонливость. Но на корабле это никому не вредило.
Это не повредило даже тогда, когда у островов за ними погнались несколько очень быстроходных и хищных на вид фелюг. Лотар не очень хорошо знал мореходное дело, но даже он понял, глядя на эти низкие, мелко сидящие в воде кораблики, больше похожие на лодки, с которых в Южном море рыбачат у берегов, что им не уйти и схватка неизбежна. Купец, который их нанял, запаниковал, пришлось прогнать его с палубы, чтобы не мешал, но он то вбегал в свою надстроечку, то выбегал, так что покоя от него всё равно никому не было.
Лотар подошёл к Сухмету, который сидел на корме рядом с Ди и спокойно разглядывал приближающиеся фелюги.
— Ты был против драки, чтобы не выдать себя раньше времени, — сказал он. — А сейчас?
Сухмет вздохнул и погладил посох Гурама, который мирно лежал на его коленях.
— Я и сейчас против.
— Но кажется…
— Эта шайка состоит из двух кланов, в ней два предводителя. Лотар всё понял.
— А удастся?
Сухмет усмехнулся, по-восточному кивнул и, не обращая внимания на купца, на капитана их кораблика и даже на матросов, принялся читать заклинание. Оно оказалось очень эффективным.
Пираты впали в боевую ярость раньше времени. Тогда, проверив всё ещё раз, Сухмет выстрелил из посоха Гурама острым, тонким лучом, и на одной из фелюг началась потасовка. Минут через пять один из дерущихся вдруг вскочил на борт и пронзительно закричал о помощи, размахивая каким-то платком. Это послужило сигналом.
Три или четыре фелюги изменили курс и пошли на сближение с тем судёнышком, где кипела драка. Тут и остальные, прекратив преследование северного кораблика, сдвинулись бортами с изменившими курс собратьями, и выяснять отношения стала вся шайка.
Купец, капитан, а с ними и все матросы вздохнули с облегчением. Но когда они миновали опасные воды, купец вдруг загрустил. Лотар прочитал в его сознании отчётливую мысль, что не стоило платить залог за всех этих странных пришельцев, хватило бы и одного Сухмета.
Он так убивался по затраченным впустую деньгам, что, когда они уже пришвартовались к небольшой пристани в устье какой-то северной реки и их пути расходились, Лотар, сходя на берег, сказал ему:
— А если бы банда оказалась из одного племени? Или была бы лучше организована? Или волшебство не подействовало бы?
Такие простые мысли не приходили купцу в голову. Он просветлел лицом и переспросил:
— Так что, всё было не зря? А Сухмет добавил:
— К тому же, считай, ты купил не просто магический трюк, а мешок чистого везенья. А за это переплатить невозможно.
И хотя купец пока ничего не понял, ему предстояло понять это позже. У всех, кого хоть раз взял под защиту Лотар, дела шли успешнее, чем когда-либо прежде.
Глава 10
Запасов, которые они сделали в харчевне, хватило бы для небольшого отряда. Держатель заведения готовил их почти два дня, а путники за это время вполне прилично отдохнули, хотя, по мнению Лотара, это было и не особенно нужно — все выспались и отъелись на корабле. Но Рубос полагал, что и эти дни были не лишними.
Нагрузившись так, что весь скарб не удалось бы даже поднять, если бы не Бесконечный Мешок, который доверили нести Сухмету, они вышли на околицу, потом через поля отправились в мирный светлый лесок. К полудню дошли до неширокой поляны и тут остановились.
Невысокие лиственные деревья кончились, потом шла полоса травы в два-три десятка туазов, а за ней вставал мощный, на удивление высокий лес из тёмных хвойных деревьев. Это начинался тайг. Он протянулся от этой полянки почти до самого Севера, где и деревья уже не растут, а в вечных сумерках начинаются бесконечные болота, уходящие под неимоверной толщины ледовую шапку. Что было по ту сторону льдов, никто не знал. Одни путешественники писали, что там встаёт непреодолимая стена, другие утверждали, что начинается новый мир.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
