Читаем без скачивания Левиафан - Валерий Ковалев

   - Иначе вам трудно будет спускаться вниз, - ответил он на их недоуменные взгляды.

   - Да, по таким лестницам я лазал лет эдак тридцать назад, в бытность командования полком, - опасливо заглянув в рубочный люк, - сказал Мельгунов и, первым отстегнув шпагу, передал ее вместе с жезлом, стоящему наготове старпому.

   - А спускаться следует так, - сказал заместитель и, придерживаясь за рукоять кремальеры, продемонстрировал, как это следует делать.

   Сопя и оскальзываясь на скользких перекладинах трапа, гости с трудом осилили восьмиметровую шахту. Причем на последних метрах, спускавшийся третьим наместник с воплем сорвался, но в последний момент был подхвачен крепкими руками мичманов, заранее выставленных на такой случай внизу.

   Когда вспотевшие и тяжело дышащие гости несколько пришли в себя, их усадили в освобожденные вахтенными кресла и угостили боржомом из запасов интенданта.

   - Итак, господа, перед вами главный командный пункт нашего крейсера, именуемый центральным постом. Отсюда осуществляется управление кораблем в подводном положении и применение им оружия.

   - Как вы сказали, господин капитан, в подводном?! - даже привстал со своего кресла генерал-губернатор.

   - Именно, так ваше высокопревосходительство, - кивнул головой Морев. - В подводном.

   - Так это, с-судно потаенное, - почти шепотом произнес Мельгунов и всплеснул руками. - О таком мечтал еще покойный Император Петр Алексеевич! И, насколько я помню, его пытались построить, да не смогли. А вы, значит, построили, да какое, - восхищенно обвел он глазами центральный пост. Уму непостижимо! Вы видите господа, - обратился он к наместнику и адъютанту, - чего достигла русская мысль. Гордитесь!

   Наместник ничего не отвечал и только бессмысленно таращил глаза да вертел головой. Зато адъютант не скрывал своего восхищения.

   - А сейчас мы проведем вас по отсекам нашего "судна потаенного", - сказал Морев и первым направился к ведущему на среднюю палубу крутому трапу.

   Теперь спуск прошел вполне благополучно, и через несколько минут гости в сопровождении командира с заместителем, поднялись на верхнюю палубу торпедного отсека.

   - Смир-рна! - рявкнул шагнувший им навстречу командир БЧ-3[11]. - Товарищ командир, личный состав боевой части выполняет проворот механизмов торпедного комплекса. Командир боевой части капитан-лейтенант Пыльников.

   - Вольно, - кивнул ему Морев. - Перед вами, ваше высокопревосходительство, - обернулся он к Мельгунову, - первый отсек крейсера, в котором находится вспомогательное оружие корабля. Это торпеды, а чтобы вам было более понятно - самоходные подводные мины. Видите, какие красавицы, - с любовью провел он рукой по корпусу одной из стеллажных торпед.

   - И как ими палят? - поинтересовался оживившийся наместник, в свое время служивший в артиллерии.

   - Сергей Ильич, - обратился Морев к командиру боевой части, - дайте нашим гостям необходимые пояснения в доступной для понимания форме.

   - Слушаюсь, - сказал Пыльников и прошел к носовым торпедным аппаратам. Торпеды, господа, загружаются в эти аппараты и затем выстреливаются сжатым воздухом по кораблям противника.

   - И сколь далеко и точно они идут? - снова спросил наместник.

   - Порядка двенадцати морских миль, ваше превосходительство, - сказал капитан-лейтенант. - И самостоятельно наводятся на цель. Так что, один выстрел - один корабль.

   - Занятно, - коснулся выпуклой крышки торпедного аппарата генерал-губернатор. - Эта самая, как ее..., торпеда, может подорвать даже такое судно как ваше?

   - Да, - утвердительно качнул головой Мыльников. - А в аппаратах находятся еще более мощные, с так называемым ядерным зарядом. Одна такая торпеда способна уничтожить целое соединение кораблей или любой самый крупный порт вместе со всем живым.

   - Окстись, батюшка, да разве это возможно?! - не поверил наместник.

   - Да, такова сила этого оружия, - невозмутимо отметил капитан-лейтенант

   - Чудеса, да и только, - пораженно произнес Мельгунов. - Глазам не верится.

   - Впереди их будет еще немало, - улыбнулся Морев и попросил гостей следовать за собой.

   В течение двух часов, переходя из отсека в отсек, он с Сокуровым продемонстрировал им весь корабль от носа до кормы, вызывая все большее удивление и даже суеверный страх у обоих высокопоставленных вельмож. В особый трепет их привела демонстрация ракетных отсеков и сообщение о мощи находящихся в них зарядов.

   Лаконичную информацию Корунского о том, что ракетный залп крейсера способен стереть с лица земли целые народы и континенты, привел их в неописуемый ужас.

   - Спаси нас Господи, - осенил себя крестным знамением генерал - губернатор, а на наместника напала непреодолимая икота.

   Учитывая состояние высокопоставленных гостей, Морев решил завершить их знакомство с крейсером и пригласил отобедать в офицерскую кают-компанию.

   Там уже были накрыты столы, за которыми чинно восседали командиры боевых частей и начальники служб.

   - Товарищи офицеры! - скомандовал Круглов при появлении командира, и все дружно встали со своих мест.

   - Прошу садиться, - церемонно кивнул Морев и сделал радушный жест, приглашая гостей занять места за центральным столом.

   Они осторожно присели в привинченные к палубе пружинные кресла и с интересом обозрели кают - компанию.

   - Весьма, весьма впечатляет, - одобрительно оценил ее вид генерал-губернатор. - А это никак ваш "левиафан"?, - указал он на отделанную шпоном переборку напротив, на которой висела цветная линогравюра крейсера.

   - Да, это наш корабль в море, - подтверди Сокуров

   По случаю торжественного приема, на всех столах, покрытых белоснежными накрахмаленными скатертями, стояла специально имеющаяся на каждом корабле для таких случаев фарфоровая посуда, клейменная золотыми якорями с всевозможными, приготовленными коками холодными закусками, тонкие хрустальные бокалы и рюмки, и матово отсвечивали мельхиоровые ложки, ножи и вилки. Кроме того, на них красовались хрустальные же графины с подаренным генерал- губернатором рейнским, а на командирском столе, янтарно отсвечивали две бутылки марочного коньяка "Каспий" из запасов Сокурова.

   По его знаку бокалы были незамедлительно наполнены и вставший со своего места Морев, провозгласил первый тост.

   - За его высоко превосходительство, генерал-губернатора Алексея Петровича Мельгунова, подавшего нам руку помощи в столь тяжкий час!

   Офицеры крейсера дружно встали, сдвинули бокалы и выпили.

   - Весьма, весьма тронут, господин капитан, - растроганно произнес Мельгунов, пригубив свою рюмку и оставшись довольным качеством напитка. Наместник же, с видом знатока опустошивший свою, довольно крякнул и с вожделением взглянул на початую бутылку.

   Спустя непродолжительное время, когда все немного закусили и бокалы снова были наполнены, с ответным тостом встал генерал - губернатор.

   Господин капитан! - взглянул он на сидящего справа Морева. - Господа офицеры! - обвел взглядом присутствующих, - я искренне рад видеть вас в нашем Отечестве. Я горд, что судя по всему, Россия достойно прошла через бурю веков, чему подтверждение ваш чудный корабль и его команда. За Вас, за Великую Россию!

   - Виват, господа! - встал рядом с ним наместник.

   - Виват, виват, виват!! - трижды содрогнулась кают-компания.

   Затем одетыми в белоснежные куртки вестовыми была подана приготовленная по такому случаю коками сборная солянка, телячьи отбивные с зеленым горошком и отварная семга, которым участники обеда отдали должную дань.

   По завершении обеда, заместитель, от имени экипажа вручил каждому из гостей подарки: генерал-губернатору двенадцатикратный морской бинокль и цветное фото крейсера в золоченой рамке, наместнику наручные водонепроницаемые часы с браслетом, а адъютанту офицерский кортик. Судя по довольным лицам и заблестевшим глазам, необычные подарки явно пришлись им по душе. После этого, простившись с офицерами, раскрасневшиеся гости в сопровождении командира с заместителем прошли в первый отсек, откуда с великими предосторожностями, были подняты наверх через его люк.

   У трапа яхты Мельгунов задержался и попросил Морева на следующее утро быть в своей резиденции, пообещав прислать свою личную яхту.

   - Нам, Александр Иванович, еще о многом предстоит побеседовать наедине, - мягко сказал он на прощание и ступил на трап.

   Вернувшись в свою каюту, Морев переоделся и пригласил к себе старпома, помощника, механика и врача.

   - Итак, торжественная часть окончена, господа офицеры, - сказал он, когда все присели на диван, займемся службой.

   - Как твое хозяйство, Николай Львович? - начал командир с Ярцева