Читаем без скачивания Левиафан - Валерий Ковалев

   - Как твое хозяйство, Николай Львович? - начал командир с Ярцева

   - Реактор выведен на минимальную мощность, поломок в электромеханике нет, запас соляра в норме - коротко доложил тот.

   - Хорошо, - кивнул Морев. - Однако подумай со своими комдивами, сможем ли мы оборудовать хотя бы небольшую электростанцию на берегу, чтобы получать оттуда питание. Запасы урана невосполнимы, ты это знаешь лучше меня. Задача ясна?

   - Да, - сказал Ярцев. - Я немедленно этим займусь.

   - А что у нас с расходными материалами и продовольствием, Михаил Иванович, - взглянул Морев на помощника.

   - С продовольствием неплохо, благодаря заботам губернатора, - ответил Круглов. - И оно самого высокого качества. А вот спирт-ректификат, средства гигиены, разовое белье и ветошь на исходе.

   - Хорошо, я подумаю над этим, - качнул головой Морев.

   - Что у вас? - перевел он взгляд на врача.

   - Команда нуждается в срочном отдыхе в береговых условиях, товарищ командир, - вздохнув, заявил Алубин. - У трех старшин и двух мичманов явная цинга. Сказывается и полученный стресс. У многих отмечается бессонница и повышенная раздражительность.

   - А как с медикаментами?

   - Пока достаточно.

   - Отдых на берегу я пока не обещаю, - нахмурившись, сказал Морев. - Но, надеюсь, в ближайшие дни мы организуем регулярные увольнения личного состава на берег. А пока с завтрашнего дня, вместе с помощником, прошу Вас выдавать команде побольше клюквы и меда, а также обеспечить утреннюю зарядку для всех свободных от вахты, на ракетной палубе. Места там достаточно.

   - А теперь главное, и это касается вас, Юрий Михайлович, - обратился Морев к старпому. - Прошу самым тщательным образом обеспечить должный уровень несения стояночной вахты и дисциплины на корабле. В данной ситуации это важно как никогда.

   - Я вас понял, Александр Иванович, - жестко сжал губы старпом. - На этот счет будьте спокойны.

   Вернувшись в свою резиденцию и пару часов отдохнув, Мельгунов прошел в адмиралтейский кабинет, уселся за заваленный бумагами рабочий стол и, раскурив длинную трубку с душистой "виргинией"[12], глубоко задумался. Все увиденное глубоко потрясло генерал-губернатора. Как один из образованнейших мужей Империи, почитатель Дидро и близкий друг Ломоносова, он прекрасно знал, что такое эволюция и научно-технический прогресс. Но перемещение во времени и пространстве! Это выходило за пределы человеческого разума.

   Однако, являясь прагматиком и патриотом Отечества, Алексей Петрович осознавал все те небывалые выгоды, которые сулило появление этого корабля для России. От возможных перспектив использования крейсера и его команды, захватывало дух.

   В последний раз глубоко затянувшись и поставив трубку в стойку, Мельгунов зазвонил в миниатюрный серебряный колокольчик и на пороге кабинета возник пожилой лакей.

   - Кузьма, - бросил ему генерал-губернатор. - Пригласи-ка ко мне господина Морозова.

   - Слушаюсь, ваше высокопревосходительство, - ответил тот и беззвучно исчез.

   Через несколько минут в кабинете появился капитан-лейтенант и выжидательно застыл у двери.

   - Проходи, Павел Петрович, присаживайся, - кивнул ему генерал-губернатор на стоящее у стола кресло. - Нам предстоит немало работы. Как сам понимаешь, безо всякого промедления я обязан уведомить Государыню Императрицу о наших гостях и получить из Санкт - Петербурга инструкции на сей счет. Так что бери бумагу, перо и пиши.

   В течение следующего часа, заложив руки за спину и расхаживая по кабинету, Мельгунов четко и лаконично продиктовал адъютанту текст письма, заканчивающийся словами. "...А дабы Матушка - Государыня ты не сомневалась в моих словах и не сочла сумасшедшим, письмо сие посылаю с моим личным адъютантом, вместе со мной посещавшим тот дивный корабль. А к письму прилагаю картинку, полученную от его капитана, на коей корабль тот изображен весьма точно, и жду Высочайших повелений.

   Твой покорный слуга, генерал-губернатор Архангелогородский и Ярославский, действительный тайный советник Мельгунов".

   Прочитав написанное адъютантом и оставшись довольным, генерал-губернатор уселся за стол, удостоверил его личной печатью и протянул Морозову.

   - Запечатай в пакет вместе с картинкой и засургучь, - передал он ему взятую со стола рамку с фотографией крейсера, - выпиши себе подорожную и завтра поутру отправляйся в Санкт - Петербург. Вручишь сие лично Матушке Императрице. Да поспешай не торопясь, Павел Петрович, - хитро взглянул Мельгунов на адъютанта. - Чем больше эти "аргонавты" здесь погостят, тем нам лучше. У них многому можно поучиться.

   - Полностью с вами согласен Алексей Петрович, - ответил Морозов. - Пребывание этих людей у нас, можно использовать с великой пользой.

   Утром следующего дня, простившись с отъезжающим адъютантом, генерал-губернатор вторично принял у себя Морева. На этот раз их встреча была более продолжительной и деловой.

   Для начала, поинтересовавшись, завтракал ли гость, и получив утвердительный ответ, Мельгунов сообщил Мореву, что отправил извещение в столицу о прибытии их корабля в Архангельск.

   - Смею предположить, - сказал он, - что матушку - императрицу весьма заинтересует это известие, и она пожелает лично встретиться с Вами.

   - Почту за честь, - дипломатично ответил Морев, нисколько не удивившись этой новости, поскольку предполагал именно такое развитие событий.

   - А теперь у меня к вам прямой вопрос, Александр Иванович, - помолчав с минуту, сказал Мельгунов. - Насколько я понял, возвращаться назад вам некуда. Что думаете делать?

   - Если не прогоните, мы хотели бы остаться в России, - улыбнулся Морев.

   - Помилуйте, помилуйте, батенька! - замахал руками генерал-губернатор. - Мы же как-никак соотечественники и почтем за честь, ваше пребывание здесь. Уверен, оно пойдет нашему Отечеству на великую пользу.

   - Благодарю вас, ваше высоко превосходительство, - ответил Морев. - Я и не ожидал иного. А пользу России мы можем, безусловно, принести немалую.

   - Вот и договорились, - в свою очередь улыбнулся Мельгунов. - А теперь, Александр Иванович, я хотел бы предложить для вас и вашей команды удобное место проживания на берегу. Не все ж вам сидеть на корабле.

   - Да, действительно, мы довольно долго находились в море и истосковались по суше, - согласился Морев.

   - В таком случае мы с Григорием Дмитриевичем покажем его вам. А вот, кажется и он, - услышав шум подъезжающей кареты, взглянул на циферблат часов Мельгунов.

   Спустя минуту, за дверью раздались тяжелые шаги, и в кабинете появился наместник.

   - Утро доброе, Алексей Петрович, утро доброе господин капитан, поочередно приветствовал он собеседников. Моя карета внизу, можем ехать? - вопросительно взглянул на генерал-губернатора.

   Тот согласно кивнул головой, все трое спустились вниз, и вышли на обширное крыльцо. Погожее осеннее утро радовало глаз лучами нежаркого солнца, бледной синевой северного неба и золотом опадающих с деревьев листьев. Откуда-то издалека доносился мелодичный звон колокола и разноголосые крики петухов.

   - Когда все уселись в карету, сопровождавший ее верхом на кауром жеребце молодцеватый драгунский офицер в каске и синем, с красной оторочкой мундире, рявкнул сидящему на козлах бородатому кучеру, - пошел! - и карета выехала в город.

   Как и в прошлый раз, но уже осознанно, покачиваясь на мягких подушках, Морев с интересом взирал на древний Архангельск, слушая комментарии своих спутников. Миновав гостиный двор, шумевший многочисленной разноязычной толпой и белокаменную громаду Михаило - Архангельского монастыря, в южной его части, карета вскоре выехала за крепостную стену и направилась по выложенной булыжником дороге в сторону зеленого бора, расположенной на берегу моря, неподалеку от порта.

   Здесь, под сенью вековых сосен, окруженный высокой кованой оградой, стоял каменный двухэтажный дом с башенкой, выстроенный в европейском стиле. При появлении кареты, двое солдат в зеленых мундирах распахнули створки массивных ворот и, въехав на широкий зеленый двор, она остановилась у украшенного каменными львами подъезда, из которого вышел и поспешил навстречу коренастый человек в синем камзоле и напудренном парике.

   - Вот мы и приехали, - сказал наместник и ступил в предупредительно открытую спешившимся драгуном, дверь кареты.

   - Это, моя летняя резиденция, господин капитан. А это мой секретарь, коллежский асессор Клавдий Павлович Розанов, - представил Мельгунов склонившегося в низком поклоне человека. - Дом пуст, - продолжил он, - а посему вы и ваши старшие офицеры могут расположиться в нем, младших же мы разместим в одной из казарм охраны, - указал он рукой в сторону нескольких строений, расположенных в глубине обширной усадьбы. А теперь прошу осмотреть помещения, устроят ли они вас.