учебы и время от времени делает нам подарки.
— Такие, как этот визит? — Лиза фыркнула. — Мы вполне бы обошлись без этого. Ладно, нет худа без добра. Дядя обещал предоставить мне доступ к своей шикарной библиотеке. А я потихоньку исследую дом. Должны быть, с приездом гостей в нем будет довольно шумно. Лучших условий, чтобы поискать папин дневник, и не придумаешь. Фретти обучил меня разным фокусам. Ты только опиши мне блокнот во всех подробностях, а лучше зарисуй. Ну почему дядя не пригласил и тебя?! Какой же он… манипулятор!
— Ты говоришь точь-в-точь, как Лиззи, — улыбнулась Инара. — Даже интонация та же.
Сестры еще раз прошлись по саду. Он был великолепен. Лиза вспоминала свой садик в загородном доме, и на ум невольно приходили последние часы, проведенные в родном мире. И Стас. Что он хотел сделать с той девушкой? Знал ли он, что его жена обладает способностью выявлять артефакты? Конечно, знал. Он ведь пытался предупредить Лизу.
Елизавета глубоко вздохнула и попробовала поискать в душе следы… нет, не любви, а хотя бы каких-то нежных чувств к Стасу. Как она прожила столько лет с человеком, которого почти не знала?
Почему ее сердце все время оставалось холодным? Что держало ее рядом с мужем? Привязанность? Такая, что она ни разу не посмотрела в сторону другого мужчины? Пришлось признаться самой себе: Лиза никогда не любила Стаса. Она просто привыкла. Что если она вообще не умеет любить?
Инару позвали к маменьке, и Лиза осталась в саду одна. Она вошла в тень от чудных топиари и задумчиво прогуливалась в прохладе.
Елизавета постаралась вспомнить все, о чем ей рассказывала Инара и что она сама отыскала в книгах в библиотеке Эре-дуна. В этом и других мирах каждый день производятся миллионы вещей. Но есть просто вещи, а есть творения, в которые вложена часть души мастера.
Именно такие предметы способны накапливать магию. Год за годом они поглощают ее из магического эфира. Каждый артефакт имеет свои свойства, в зависимости от того, кто его сделал и в каких условиях он хранился или использовался.
Лучшие артефакт-мастера – альвы. Они «выращивают» свои творения, помещая их в определенную среду. Говорят, они намеренно отдают их в мир людей. Артефакты альвов якобы имеют собственный «разум» и поддерживают равновесие миров.
Елизавета подумала о своем кулоне. Рука ее задумчиво потянулась к артефакту. Она вытянула его из корсажа. Ей показалось, что внутри стеклянного шарика промелькнула искра. Сколько времени потребуется артефакту, чтобы накопить достаточно магии?
Перед Лизой бесшумно вырос Эйдэн, и она быстро убрала кулон под блузу.
— Бет? — кузен небрежно кивнул.
— Диди? — Лиза слегка присела.
Оба колко назвали друг друга горячо нелюбимыми короткими именами. Лиза почувствовала, как в ней закипает раздражение Элизабет. Лиззи ненавидела, когда ее имя сокращали до Бет и Бетти.
Эйден тоже поморщился.
— Гуляете, кузина Бет? Позвольте присоединиться.
Лиза пожала плечами. Можно подумать, она может отказаться. Кто-то из старшей ветви Эрееров вообще прислушивается к мнению юных мисти? Впрочем, женщин ни во что не ставят не только в этой семье. Инара что-то там рассказывала… про вдов, которые теряют право распоряжаться имуществом. Это у драков… или у других рас?
— О чем задумались?
Лиза вздрогнула и, уже настроившись говорить правду и ничего кроме правды, проговорила:
— О правах женщин.
Кузен холодно приподнял брови:
— Какая во всех отношениях модная тема.
— И актуальная, — тем же холодным тоном парировала Лиза. — Вы признали женскую магию, но и ее умудрились направить не во благо женщины, а против нее.
— Мы?!
— Общество, мужчины. В нашей семье имелись столь выдающиеся представительницы слабого пола! Как получилось, что их потомки…
— Я полагаю, сейчас вы говорите о настойчивом принуждении вас к браку со мной, — кивнул Эйд.
— Что ж… да… раз вы так откровенно…
— Предпочитаю открытость. Был приучен к правде, — кузен невесело усмехнулся, — с самого детства. — Так вот, Лиззи, нам с вами придется пожениться, хотите вы этого или нет. И я, и вы несем ответственность перед семьей. Я лингвист. Вы поисковик. Наши таланты должны объединиться во благо рода. Наши дети должны их унаследовать.
— Нет! — Лиза вспыхнула со всей характерной для Элизабет эмоциональностью. Почему-то присутствие кузена не давало Елизавете контролировать свои чувства, как она привыкла. — Вы не понимаете! Близкородственные браки…
— Я все понимаю. Однако мы – МАГИ. Маги стоят выше обычных людей. Не нам бояться каких-то… предрассудков. Лиззи, мне всегда нравились твой ум и острый язычок. Но не стоит оборачивать их против меня, особенно сейчас. Да, мы не любим друг друга. Тем не менее мы обязаны произвести на свет наследников рода Эрееров, сохранить нашу магию внутри семьи. Я рад, что ты у нас погостишь. Надеюсь, к концу визита ты изменишь свое мнение.
Кузен еще раз изобразил поклон и скрылся в буйной зелени. Лиза скрипнула зубами. Эйд больше не казался ей тюфяком и занудой. Ему было двадцать восемь, но со всей этой снисходительностью в голосе и ощущением скрытых мотивов он казался старше своих лет.
… Вечером Елизавета пересказала Инаре свой разговор с кузеном.
— Если подобное поведение родни продолжится, — предупредила Лиза сестру, — мне придется покинуть Эре-дун и уехать. Мне очень жаль.
— Я понимаю, — Инара кивнула со всей серьезностью.
— Сбежавшая сестра крайне негативно скажется на репутации семьи, — Лиза расхаживала по комнате, кусая губы, — и я постараюсь придумать какое-нибудь… что-нибудь... Дядя все равно раскусит ложь, верно? — выдохнула она.
— Боюсь, что да, — нахмурилась Инара. — Это неважно. Мы справимся.
— А Диди дядя так и не раскусил, — ввернула Эрин, все это время игравшая с куклой на своей кровати. У новой Мисси крепко держалась голова, глаза были голубыми, ресницы пушистыми, волосы настоящими, а многочисленные наряды хранились в отдельном сундучке.
Лиза резко остановилась и посмотрела на сестру:
— О чем ты, Эрин?
— Диди все время врет, — спокойно сообщила девочка. — Он вообще не такой… не такой, как раньше. Он как будто двойной… иногда. И очень сильный. Как… гора. Черная. И страшная.
Ребенок так и не смог дать внятные объяснения. Эрин чувствовала, но не в силах была
