боль, затянуть небольшой порез или ожог. Для остального нужно учиться в Университете прикладной магии, куда девушек не берут. Магическое целительство – сложная наука. Считается, что нам, женщинам, не дано видеть нарушения в меридианах или снимать проклятия.
— Ясно. И никаких шансов?
— Раньше женщинам можно было учиться магии у альвов. В том числе и целительству. Но четыре года назад дивнорождённые почему-то закрыли свой портал на острове Кержи, без особых объяснений. Отец, впрочем, утверждал, что альвы пытались донести свои мотивы до Высшего Совета Ученых мужей Э-лан-драка, но им не поверили. Там было что-то насчет… уязвимости межмирового пространства и заговоров магов. Но ты ведь помнишь: сейчас у нас почти никто не верит в путешествия между мирами.
— Помню, еще бы мне не помнить, — хмыкнула Лиза.
Глава 7
Уже перед поворотом к имению дяди Инара вдруг сделала несчастное лицо и начала подавать Лизе какие-то знаки. Елизавета попросила кучера остановить экипаж, якобы тряская дорога ее слегка укачала и она не хочет испортить встречу с родней зеленым лицом.
Отведя сестру подальше от кареты, Инара возбужденно проговорила:
— Какая же я глупая! Столько болтаю, а самого главного не сказала: у дяди Эйтарена есть свой талант, как у всех в роду Эрееров. Он способен чувствовать ложь. Папенька рассказывал, что в детстве дядя Эйт ужасно его нервировал, разоблачая шалости папы перед родителями.
— Еще и стукач, — процедила встревоженная Лиза.
Такого подвоха она не ожидала.
— А кузен Эйд?
— У него редкие способности к языкам, особенно древним. Он один из немногих выпускников Университета магических искусств, кто защищал свой диплом на староальвийском. Если бы альвы не закрыли порталы, он пошел бы по дипломатической линии.
— Хорошо, что я не книга, — пробормотала Елизавета.
… Издалека Эйта-дун не произвел на Лизу какого-то особого впечатления. За свою жизнь она объездила всю Европу, повидав многие жемчужины архитектуры и ландшафтного искусства.
Это было добротное двухэтажное здание, облицованное кирпичом, с высокими окнами. Встречать родственников вышло все население Эйта-дуна: хозяева и слуги. Остальные приглашенные ожидались на следующий день, а этот вечер гостям предстояло провести в узком семейном кругу.
Мейст Эйтарен Эреер был высоким мужчиной, с отличными для его возраста осанкой и фигурой. Он, несомненно, следил за модой: был гладко выбрит и щеголеват. Его манера говорить отличалась изысканностью и демонстрировала недюжинный ум. Лиза сразу же оценила дядю как достойного противника.
Эйд же оказался высоким светловолосым юношей с большим лбом и некоторым намеком на ранние залысины. Видимо, стремясь скрыть недостатки внешности, кузен отрастил длинную челку, которая упрямо падала ему на нос и закрывала пол-лица. Из-под нее на Лизу взглянули блеклые голубые глаза.
От их взгляда по спине Елизаветы почему-то пробежал холодок. Возникло ощущение, что глаза и лицо Эйда принадлежат разным людям. Физиономия у кузена была вялой, но острый взор пронзал насквозь.
И если некоторую обрюзглость Эйда можно было списать на недавний постельный режим, то этот напряженный взгляд немного сбил Лизу с толку. Она вспомнила слова Инары: до болезни кузен Эйдэн был подающим надежды магом, специалистом по древним языкам, кандидатом на место лидера какой-то молодежной партии.
Впрочем, когда гости спустились к ужину, Эйд вел себя в соответствии с первым впечатлением Лизы. На его лице застыла вымученная гримаса приветливости, движения оставались вялыми. Эйдэн явно скучал и не проявлял к кузине особого интереса.
Зато дядя Эйтарен, увидев Елизавету в вечернем платье-тунике, удивленно протянул:
— Ты чудесно выглядишь, Лиззи. Этот наряд тебе очень идет.
Он также сделал несколько комплиментов невестке (с ее новой мантильей, подарком дочерей), Инаре, Эрин и даже новой кукле младшей сестры. Лиза заметила, что дядя вглядывается в лица родственников, словно стараясь решить сложную задачу. И, вне всякого сомнения, загадкой для него стало подросшее благосостояние семьи покойного брата. Похоже, перемены встревожили дядю Эйтарена.
За ужином все его любезное внимание было направлено на госпожу Эреер. Мейст Эйтарен рассказал о своей недавней поездке в столицу, сообщил политические новости и с искренней радостью поведал о выздоровлении сына. Однако Лиза чувствовала, что дядя не выпускает из фокуса своих племянниц, особенно старшую.
Речь зашла о молодежи. Дядя и госпожа Эреер полностью сошлись во взглядах: юное поколение уже не то. Традиции и мнение старших не уважаются, личные интересы ставятся выше общественных, большинство новомодных увлечений, словно пожар, захватывает умы и сердца молодых, притупляя такое качество, как умеренность.
— А ты, Элизабет, — дядя обратился к Елизавете со снисходительной улыбкой. — Соблюдаешь семейные традиции?
Прежде чем ответить, Елизавета взяла небольшую паузу, чтобы обдумать ответ. Лгать нельзя, об этом она помнила.
— Несомненно, — с твердостью сказала она.
И не соврала. Папенька говорил, что в его семье не бывать бракам между близкими родственниками. Лиза готова беспрекословно соблюдать эту во всех отношениях прекрасную традицию.
Судя по взгляду дяди, он подумал о том же и делано пошутил:
— Надеюсь, ты все-таки выросла более сознательной… в некоторых вопросах… чем твой покойный отец. Здесь я как раз на стороне прогресса.
— Отнюдь, — Лиза приложила к губам край салфетки. — Я целиком и полностью поддерживаю идеи папеньки. Здесь я как раз на стороне традиций.
Их взгляды встретились. И вновь, как в случае с Эйдом, в глазах дяди промелькнуло нечто… жесткое.
— Дорогая Эвфания, — проговорил дядя, обратившись к невестке. — У меня возникла прекрасная мысль. Я приглашаю Элизабет погостить у нас подольше. Моей бедной племяннице предстоит нелегкий год. Ей стоит как следует отдохнуть и пообщаться с чудесными молодыми людьми, которые приедут к Эйду.
— Отличная идея! — воскликнула госпожа Эреер, просияв. — Я и сама чувствую, что Лиззи нуждается в обществе сверстников!
Лиза и Инара переглянулись и помрачнели.
… После ужина Инара и Лиза ушли в сад, чтобы обсудить «приятную» новость.
— Я чувствую, что должна быть в Эре-дуне этим летом, — с сожалением сказала Лиза, — помогать тебе с теплицами и Марше с приготовлением еды. Ты могла бы натаскать меня по начальному курсу магии. Неужели маменьку никак нельзя переубедить?
— Боюсь, что она будет настаивать и… обижаться. Она чувствует себя обязанной и не вольной отказаться от приглашения, — виновато произнесла Инара. — Дядя оплачивает часть твоей
