Портной, помогавший ему разоблачиться. смутился, на шее выступили пунцовые пятна.
- Его не примеряют, Ваше высочество. Уверяю Вас, всё сшито по вашим меркам.
Эрик заинтересовался, встрепенулся, прищурился.
- Без примерки?
- Именно так, Ваше высочество, - активно закивал портной.
- Почему?
- Это… - он смутился ещё больше и пятна появились на щеках. – Это неприлично.
- О… - принц удивлённо приоткрыл рот.
Не знал он, что на Фартре шьют такой разврат для брачной ночи, что даже примерить стыдно.
- Но хоть взглянуть-то я могу?
- Да, конечно, - портной протянул белоснежный свёрток. – Но я должен предупредить Вас, что это часть традиции и в ней ничего нельзя менять.
Эрик встряхнул ткань, и в его руках оказалась просторная ночная рубашка до пят чистейшего белого льна отличного качества, без малейших украшений. Простая и без изысков. Со скромным вырезом под горлышко и целомудренными завязочками.
- И в чём неприличие? – не понял он.
- С другой стороны, - тихо сказал Алэйн, с ужасом взирая на рубашку.
Принц опасливо перевернул её и открыл рот в немом удивлённом вопросе. На спине, а точнее гораздо ниже, располагалась аккуратно обшитая белыми лентами и украшенная вышивкой белым же шёлком квадратная дыра. Как раз, чтобы почти полностью открыть беззащитные тылы брачующегося. А Эрик когда-то наивно надеялся отпугнуть жениха непристойным бантом и рюшами…
Габриэль подошёл к моменту, когда Эрик уже зажал портного в угол спальни и чётко, доступно, с деталями и подробностями объяснял где, в каком виде, позе и сколько раз он имел грёбаные традиции грёбаного Фартра и всех, кто их придумал. А Алэйн, свадьба которого должна была состояться двумя днями позже, ему помогал, дополняя цветистую речь синхронным переводом на приличный язык.
Едва войдя в комнату, князь оказался под перекрёстным прицелом двух пар глаз, переполненных праведным негодованием. Дидл за его спиной изумлённо выдохнул и замялся, видимо пытаясь решить, сбежать ему, спасая свою шкуру от жениха, или остаться для защиты господина.
- Ты! – принц обвиняюще ткнул пальцем в массивном перстне в сторону Габриэля.
Портной сполз по стеночке на пол и затаился.
- Вы! – возмущённо встал рядом с Эриком неожиданно воинственный Алэйн.
- Я эту пошлую дрянь надевать не буду! – в лицо князя полетела традиционная рубашка младшего мужа.
- Я тоже! – твёрдо заявил его союзник.
Оба вошедших отступили обратно к двери.
- Эрик, лапушка моя, что случилось? – втолкнула их обратно Матильда, входя в спальню.
- А ничего особенного, - принц тут же принял трогательно-жалобный вид. – Просто узрел часть традиций славного Фартра.
На его глаза тут же навернулись очень натуральные слёзы. Габриэль мысленно застонал, но не мог не восхититься актёрским талантом жениха. И хоть бы кто-нибудь усомнился в его искренности!
- Ему принесли спавачицу, - объяснил князь, двумя пальцами протягивая ей рубашку и стараясь не разглядывать.
Мысли о брачной ночи его немного волновали вполне объяснимыми сомнениями в том, что Эрик станет вести себя в рамках традиций – молча лежать и позволять делать с собой всё, что угодно, не возражая ни словом.
- Понятно, - кивнула сестра. – Эрик, зайчик мой, это на одну ночь, и всё. Делов-то потерпеть. Ну сам подумай, как несолидно тебе будет задирать подол перед этим мужланом в столь торжественный момент.
Принц озадаченно нахмурился.
- А потом сами разберётесь, что и как. На счёт дальнейшей интимной жизни нет никаких запретов, хоть голыми на индюках катайтесь, ваше личное дело. Эрик, мальчик мой сладкий, - она подошла поближе, погладила по золотым волосам, - а я тебе за это разрешу взобраться на главную башню.
- Что ты со мной, как с маленьким? – обиженное пыхтение стало совсем детским.
- Ну а чего ты хочешь?
- Пусть Габи наденет такую же, - хитро сверкнул глазами Эрик.
Матильда расхохоталась в голос:
- Боюсь, тогда у вас ничего не получится. И ты же не видел его рубашку.
- Это будет весело? – улыбнулся принц.
- Не скажу, - строго выговорила она и тут же подмигнула: - Но тебе понравится.
Свадьбу решили сыграть прямо во дворе замка. Церемония не слишком отличалась от большинства других, разве что зрители все, как один, держали в руках по цветку. Учитывая их количество, можно было предположить, что они оборвали все окрестные лужайки. Как только женихи провозгласили своё торжественное «да», и их объявили супругами, цветы полетели в них разноцветным дождём. Эрик отмахивался, пока его не прижал к себе Габи и не втянул в долгий, лишённый даже намёка на целомудрие, поцелуй. Толпа разразилась овациями, сквозь радостные вопли просочилась парочка скабрезных шуточек. Ничего необычного. Принцу стремительно становилось скучно. Он подумывал уже что именно можно выкинуть, чтобы немного оживить праздник, но не успел.
Послышался грохот стрельбы из пушек и на двор выскочили скоморохи. Они сходу принялись отплясывать, выкрикивать рифмованные приветствия и поздравления, призывать народ к веселью. Такой подход Эрику понравился. Князь хитро ему подмигнул:
- Всегда полагал, что свадьба – это очень смешно.
Принц хмыкнул в ответ, во все глаза наблюдая за глупыми шутками разряженных артистов.
- Пойдём, пока все заняты. Я хочу тебе кое-что показать, - шепнул на ухо Габи и потянул за руку.
Упираться было бесполезно, досмотреть представление явно не дадут, и Эрик скользнул за мужем.
- Западная башня? – удивился он, когда шум толпы отдалился, и они вошли в суровое сооружение из камня.
- Да, хочу показать Вашему высочеству, для чего она используется чаще всего, - князь прижал его к стене в маленькой нише под лестницей, вырвав невольный вздох.
- Ну… я в некотором роде это уже видел…
- Но Вы ведь не досмотрели до конца, - руки Габи вцепились в жемчужные пуговицы. – Да что ж они такие мелкие?!
- Спросите у Вашего портного, - тихо засмеялся принц, наслаждаясь представлением. – А как же традиции? Рубашечка?
- А по традиции я имею право на ласки без проникновения, сразу после церемонии.
Князь бросил затею выковыривать мелкие жемчужины из петель и занялся сразу штанами.
- Габи, Вы неподражаемы. Это же надо настолько… Хм…
Эрик так и не придумал продолжения фразы. Губы новоиспечённого супруга прошлись по заголённой коже живота. Эта частичная нагота будоражила и обостряла ощущения. Пришлось вцепиться в плечо и волосы Габи, чтобы уравновесить желание. Касания обжигали на контрасте с набежавшими от сквозняка мурашками.
- О, какая прелесть! Нет, Ваше высочество, Вы решительно неправильно запрокидываете голову, это надо делать изящнее, - весело прокомментировал со стороны окна голос адъютанта.
- Марвис! Какого вурдалака ты тут делаешь?! – возмутился князь, вскакивая и прикрывая собой полураздетого принца.
- Как какого? Я любопытен и не ограничен в передвижениях, - усмехнулся нахал.
- Пошёл вон! – в один голос потребовали супруги.
- Злые вы… - проворчал адъютант, перекидывая ноги наружу и повисая на руках в оконном проёме. – Его величество, король Фартра прибыл на праздник и ожидает молодожёнов, дабы поздравить и благословить их брак.
Марвис лихо качнулся, разжал руки и исчез из поля зрения. Означенные выше молодожёны слаженно застонали.
- Женю я его, - покачал головой Габи.
- У меня конь одинок и свободен от обязательств, - тут же предложил Эрик, но почему-то не встретил понимания.
Лишь пережив все поздравления, напутствия, вручение подарков, несметное количество тостов, танцы и торжественную речь короля, они смогли удалиться для консуммации брака. Принца тщательно отмыли в подземных купальнях, натёрли маслами и облачили в идиотскую спавачицу. После чего прикрыли этот позор, окутав с головы до ног парчовым покровом, и сопроводили наверх. До спальни супруга Эрик дошёл изрядно раздражённым. Нежный филей нещадно продувало, а покров весил не меньше самого принца, он готов был в этом поклясться на чьем угодно чужом здоровье. Однако, стоило ему, оставшись наедине с Габи, скинуть тяжёлую ткань, как настроение резко поднялось.
