работы над фильмом «Гамлет» – Наталья Борисовна Кедрина. Она преподавала английский язык. И эта дружба продолжилась долгое время. Когда мы переехали в Москву, Наталья Борисовна и со мной тоже немного занималась английским. Она приходила к нам домой. И если мама варила в это время картошку, то Наталья Борисовна говорила: «Воду не выливайте, я буду пить картофельную воду, я всегда ее пью, это очень хорошо для здоровья». А когда мама предлагала Наталье Борисовне что-то другое, например, бутерброды или какие-то новые блюда, Наталья Борисовна всегда отказывалась.
Дружеские отношения были у папы с Анатолием Андреевичем Кимом, и Анатолий Андреевич – папин крестный сын. Конечно, – дружба, которая давно сложилась, ею папа особенно дорожил.
Замечательные отношения были у него с Георгием Степановичем Жженовым. Давно еще, когда папа работал в Норильске, Георгий Степанович его очень поддержал. В период, когда для отца было самое тяжелое время, это было время его становления в актерской профессии, которая по тем временам совсем мало оплачивалась, и трудно было выживать. Георгий Степанович тогда посоветовал папе купить фотоаппарат и даже дал денег – сумму, необходимую для его покупки. Он объяснил папе, как лучше фотографировать, рассказал, что можно фотографировать детей и родители заплатят за работу. Кому-то нужно было перефотографировать снимки родных, которые ушли на войну и погибли, а фотографии постепенно приходили в негодность. В общем, научил его, как можно подработать. Папа очень быстро освоил основы фотомастерства, и фотографиями довольно быстро смог заработать и вернуть деньги Георгию Степановичу. Потом их дружеские отношения продолжились, и вместе они снимались в замечательном фильме Эльдара Рязанова «Берегись автомобиля». Потом, когда у нас появилась дача, оказалось, что рядом, в соседнем поселке, был дом у Георгия Степановича. В редкие дни, когда совпадало, что и Георгий Степанович в поселке, и папа на даче, они встречались и вспоминали время, когда вместе были в Норильске или когда снимались у Рязанова. А еще, когда мы жили в Ленинграде, Георгий Степанович иногда приходил в гости. Мама рассказывала, я-то этого не помню. Так что Георгий Степанович был давним папиным другом и очень-очень хорошим человеком.
Замечательные дружеские отношения сложились у папы и с Аллой Сергеевной Демидовой. С ней папа во многих фильмах вместе снимался, и потом так получилось, что на даче мы тоже жили рядом. Наша дача под Москвой представляла из себя городской дом примерно на 80 квартир. В одной из квартир – мы, а в другой – Алла Сергеевна. Алла Сергеевна по беседам, которые они там вели с папой, написала книгу: «А скажите, Иннокентий Михайлович…» Оказывается, когда они гуляли – там такие поля раздольные и очень красивые виды, она задавала папе вопросы о творчестве, о том, как себя готовить к творческому процессу. А возвращаясь домой, Алла Сергеевна сразу же по горячим следам этих бесед записывала папины ответы. В результате получилась интереснейшая книга.
С Аллой Сергеевной мама тоже очень дружила. Время от времени они перезванивались. Когда по телевидению шли какие-то интересные и значимые передачи, то обычно они потом всегда созванивались, обсуждали, делились впечатлениями.
Папа актерскому мастерству учился на практике. До войны недолго занимался в студии при Красноярском театре, там осваивал самые-самые азы актерского искусства, но это было недолго. Он совсем молодым пошел на войну, воевал и очень тяжелый военный путь прошел. Сколько нужно было сил и воли, чтобы пройти этот путь! Сколько выносливости. Мой отец закончил войну в Германии, в таком городе Гревесмюлен, рядом с Берлином. У него две боевые медали и две медали за отвагу.
После войны он вернулся в Красноярск, там учебу в студии совмещал с работой в Красноярском театре. Это и стало его актерской школой. Но, поскольку во время войны папа ровно месяц и 4 дня находился в плену, к нему, как и ко все тем, кто был в плену, советская власть относилась с особым подозрением. Тогда подозревали каждого, кто там оказался. Возникали бесконечные вопросы: как, за счет чего ему удалось выжить?
Появилась опасность, что папу будут преследовать и могут даже арестовать. Он договорился с одним товарищем, который тоже побывал в плену, что раз в два месяца они будут друг другу отправлять открытки со словами: «Дядя Вася чувствует себя прекрасно». Значит, все в порядке, ничего не случилось. А если такой открытки нет, значит, это что-то плохое произошло. Жили в одном городе, но были под надзором, и встречаться было опасно. Те, кто побывал в плену, получали отметку в паспорт – цифру 39. А что значила эта цифра 39? Это значило, что они не имели права жить в 39 городах. Красноярск тоже входит в эти 39 городов, в которых нельзя было жить, но раз вы здесь живете, то живите, но вы должны приходить и отмечаться в военкомате, что вы здесь, но вы отсюда никуда не можете уезжать. Однажды папа не получил такую открытку, понял, что что-то произошло, и пошел к этому товарищу. Мать в слезах, товарища забрали, значит, над моим папой тоже нависла угроза. Тогда он быстро собрал свои вещи, сказал родным, что уезжает в Норильск, потому что его могут арестовать.
В Норильске папа стал работать в Заполярном театре драмы. Там за год было много премьер. Это тоже стало актерской школой, такая активная творческая практика на сцене. Как раз там папа подружился с Георгием Степановичем Жженовым, который там тоже работал актером. Покровительство Георгия Степановича, его советы и дружба были поддержкой для моего отца.
Папу учила профессии сама жизнь, он брал ото всех понемногу. Когда началась война, первым на фронт ушел его отец, дед Михаил. И папе надо было как-то зарабатывать на жизнь, чтобы поддерживать семью, потому что мать осталась с шестью детьми одна. Юный Иннокентий пошел сначала в школу киномехаников, и вскоре стал работать киномехаником в доме отдыха. Когда папа показывал фильмы, он сам их смотрел по многу раз, и это тоже стало, конечно, для него своеобразным постижением актерской профессии. Он уже тогда очень любил творчество Чарли Чаплина.
Конечно, потом у него были прекрасные коллеги, партнеры по творческой работе, у которых было чему поучиться. Думаю, они учились друг у друга всю жизнь. В Ленинграде, в Большом драматическом театре, в БДТ. Владислав Стржельчик, Олег Басилашвили – замечательные артисты. С Олегом Валериановичем Басилашвили они поддерживали дружеские отношения. В театре, конечно, были сложные моменты, конфликты, происходили вещи, которые трудно было преодолеть, но, тем не менее, с Олегом Валериановичем Басилашвили очень хорошие дружеские отношения сохранялись в течение всей жизни.
