- Занимал, - перебил Алистер. Несмотря на то, что королева Анора сидела на троне не более, чем в двух десятках шагов от него, и не сводила глаз, внимание сына Мэрика было приковано к Логейну.
- Что ты хочешь этим сказать, бастард?
- Мое имя - Алистер, - напомнил Тейрин и сдержанно продолжил. - Эрл Хоу мертв. Он не сможет подтвердить твои слова.
- Ты посмел поднять руку на благородного эрла?
- Эрла Хоу убил я, - угрюмо пояснил Айан. - Пользуясь доверием моего отца и находясь у нас в гостях, Хоу и его люди захватили замок Хайевер и вырезали всю мою семью. Я спасся только вмешательством Командора Серых Стражей Ферелдена. Все прочие, не исключая даже моего племянника - малолетнего Орена, были убиты. Хоу пал по праву кровной мести от моей руки.
Новость эта вызвала удивление - но не более. Похоже, вести о гибели тейрна Брайса и его семьи давно уже были на слуху в Денериме.
- Ты лжешь! - резко возмутился один из придворных, высокий и лысый человек с узкой бородой. - Зачем ты лжешь? Семья тейрна погибла от рук разбойников. Эрл Хоу сделал все, чтобы спасти Брайса Кусланда, своего друга! Он - достойный человек и никогда не нарушил бы закон гостеприимства!
- Еще как нарушил, - Воган Кенделз подбоченился, всем видом выражая возмущение. - После назначения его эрлом Денерима - весьма спешного и странного, если учесть, что после смерти отца эрлинг должен был перейти ко мне - он явился со своими мордоворотами. Будто бы в гости. Но, как только они оказались в моем доме - я был схвачен и брошен в тюрьму, в ту же самую тюрьму, куда сам же отправлял всякий эльфийский сброд! Каково? Странно, что об этом неизвестно регенту. Все-таки, мое исчезновение не должно было остаться незамеченным, а?
Некоторое время Логейн молчал. Он слышал шепот негодования, что постепенно нарастал в среде лордов, и ему требовалось время, чтобы вернуть самообладание, которое постепенно стало изменять ему. Потом заговорил - негромко, но в установившейся тишине можно было разобрать каждое его слово.
- Я уже объяснился до того, как меня перебил этот наглец, - он, не глядя, кивнул в сторону Алистера, - я не знал о том, что творил Хоу.
- Так это не ты назначил его эрлом Денерима?
Логейн поднял руку.
- Дай мне договорить, милорд Кенделз.
- Погоди, тейрн, - Преподобная Мать, рядом с которой уже продолжительное время стоял возмутительно грязный, заросший человек с изможденным лицом, о чем-то ей нашептывавший, вновь подняла руку. - Касательно Хоу, помимо того, что уже было сказано, только что мне сделались известны другие, возмутительные вещи. Эрл Хоу задержал храмовника Ирминрика, который конвоировал изловленного им малефикара на суд Церкви, после чего храмовник был брошен в тюрьму! О судьбе малефикара до сих пор ничего не известно. Что ты можешь сказать на это?
Если до этого лорды сдержанно и негромко выражали возмущение услышанным, то после слова Преподобной зал загудел, словно рой рассерженных пчел. Встревоженные и смущенные дворяне заговорили одновременно, в и этом гуле утонули голоса и тейрна, и его обвинителей.
- Прошу вас, благородные господа! К порядку! - сумев, наконец, перекричать взволнованное собрание, Логейн понизил голос. - Послушайте меня. Если бы я узнал обо всем этом раньше, Хоу был бы наказан. Но, - он снова поднял голову, - каковы бы ни были его преступления, его убийство было против закона. Вы, почтенные лорды, должны были подать жалобы. Хоу предстал бы перед судом.
- Ты ведь понимаешь, что подавать жалобу, будучи прикованным цепью к стене клетки - невозможно? - пользуясь восстановившейся тишиной, вновь пошел в наступление Алистер. Он чувствовал на себе ненавидящие, недоверчивые и недоумевающие взгляды, и это приводило его в смущение, вызывая лихорадочный румянец на щеки. Но, помимо этих, были и другие - многие дворяне смотрели на него со смесью благодарности, надежды и даже смутного доверия, но абсолютно все - с немалым интересом. И, отчего-то, это придавало сил и уверенности в себе. Алистер чувствовал, что он завоевал внимание и, хотя толком не представлял, как вести беседу дальше, намерен был идти до конца. Прекрасно осознавая, что от завершения этой беседы зависело его будущее и будущее всех доверившихся ему людей.
К счастью, тейрн Логейн, не желая того, помог ему. По-видимому, сам вид Алистера вызывал в душе регента настоящую бурю. Логейн шагнул в сторону напряженно ожидавшего его следующего движения Тейрина. Похоже было, что он едва сдерживается.
- Ты, - регент запнулся, не сразу найдя слов для продолжения. - Ты явился сюда, чтобы взять то, что тебе не принадлежит и собрал для этого ложь со всего Ферелдена! Ты называешь себя именем моего друга короля Мэрика, которого не смеешь марать своим грязным ртом! Я хорошо знал Мэрика. Если бы у него был еще один сын, он бы объявил об этом открыто! Ты можешь быть чьим-то бастардом, даже, самого Эамона. Да хоть моим! Но ты не принц!
- Ты знаешь, что это не так, Логейн, - загремел со своего места эрл Эамон. - Не опускайся до лжи. Ты знал об Алистере. Посмотри в его лицо - это же вылитый Мэрик! Он больше похож на Мэрика, чем был когда-либо похож Кайлан! По закону королевства трон должен перейти к наследнику, в чьих жилах течет кровь королей. Мэрик был другом - твоим и моим. Отчего теперь ты чинишь препятствия его сыну?
- Он действительно похож на молодого Мэрика, - подал голос один из старых дворян, стоявших на балконе рядом с креслом Преподобной матери. - Это трудно не заметить.
- Мало ли на кого он похож! - высокая седовласая дворянка сделала рукой отвращающий жест. - Если он не самозванец - пусть докажет! А пока этого нет - как мы можем доверять ему? Он может быть кем угодно, хоть сыном конюха!
- Мы с тобой, тейрн Логейн! Пусть представит доказательства!
Логейн усмехнулся.
- Если бы он был истинным сыном моего друга короля, Эамон, я бы первым присягнул ему на верность. Но в этом щенке нет ничего от Мэрика, - он обернулся к Алистеру. - Ты слышал Собрание, бастард. У тебя есть доказательства отцовства Мэрика? Или все разговоры о твоем происхождении - пустая выдумка?
- Доказательства есть у меня.
Взоры дворян вновь обратились к Эамону. Облегчая обзор тем, кто стоял позади и не мог разглядеть происходящее в должной мере, эрл высоко поднял зажатый в кулаке пожелтевший от времени лист бумаги со свисавшими с нее взломанными королевскими печатями.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
