- Доказательства есть у меня.
Взоры дворян вновь обратились к Эамону. Облегчая обзор тем, кто стоял позади и не мог разглядеть происходящее в должной мере, эрл высоко поднял зажатый в кулаке пожелтевший от времени лист бумаги со свисавшими с нее взломанными королевскими печатями.
- Прошу тебя, Преподобная, - Эамон прошел к присевшей обратно на скамью служительнице Создателя и протянул ей свиток. - Прочти эту бумагу.
Пожилая служительница с неудомением, но бережено приняла в руки истончившийся лист. Медленно отвернула печать.
- "Я, Мэрик Тейрин, король Ферелдена, сим передаю младенца в руки Эамона и свидетельствую о том, что то есть мой кровный сын. Поручаю моему другу эрлу Геррину воспитывать его, как собственное дитя, но не допускать ко двору, дабы не нанести вреда моему старшему сыну Кайлану, который должен унаследовать мой трон".
- Подпись короля, - забывшись, завершил освобожденный храмовник Ирминрик, которому бумага была видна через плечо Преподобной. - И его печать!
- Бумага подлинная, - бросив строгий взгляд на рыцаря Церкви, завершила старшая служительница. - Она может служить доказательством.
Дворяне вновь заговорили. Всюду видя обращенные к нему лица, Алистер чувствовал, как его сотрясает нервная дрожь.
- Бумага не может служить доказательством того, что ребенок, о котором говорится в ней - это непременно Алистер, - королева Анора поднялась со своего трона и, прошествовав через зал, остановилась рядом со своим отцом. - Речь могла идти об ином младенце. У тебя есть другие доказательства, Эамон? Из тех, которые бы напрямую указывали на принадлежность этого Алистера к королевскому роду?
Умолкнув, королева обернула лицо в сторону своего соперника. Алистер вновь ясно увидел в ее больших серо-голубых глазах свою долгую и мучительную казнь, и это неожиданно подняло в нем волну новой, уверенной злости.
- Дозвольте, ваше величество, - эрл Геррин принял от молчаливого Тегана и поднял перчатку от доспеха из необычного желтого металла. - Ваше величество узнает эту вещь?
Несмотря на то, что некоторые дворяне отстояли далеко от места, с которого говорил Эамон, показываемую им вещь признали сразу многие.
- Я узнаю ее, - Логейн пожал плечами. - Это перчатка от королевского доспеха. Кайлан был облачен в него в компани при Остагаре. Ты хочешь сказать, что вы нашли часть его брони? И что с того..?
Он запнулся. Эамон кивнул, давая понять, что регент уразумел все верно.
- Позолоченный дар Тевинтерского посла королю Мэрику, - эрл Геррин поднял перчатку выше, чтобы ее увидели все те, кто еще не рассмотрел. - Для завершения зачарования этого доспеха тевинтерцы испрашивали разрешения у Преподобной Матери Денерима Оланы, да примет ее Создатель - и получили его. Эти доспехи были зачарованы без помощи лириума, не Усмиренным и не гномом, а мастером зачарования Клементом Януарием, практикующим малефикарум. Зачарованы на кровь - кровь самого Мэрика. Только его потомки могут носить эту броню - и тебе об этом хорошо известно, Логейн.
В зале вновь повисла тишина. Королева Анора нервно переводила взгляд с перчатки покойного мужа на Алистера, а от него - на отца. Логейн молчал.
- Алистер должен развеять наши сомнения, - курносая молодая дворянка, что стояла на балконе с противоположной стороны зала, приглашающе простерла руку. - Мы все свидетели. Пусть кровь Мэрика покажет себя.
Алистер обернулся к балкону. Несколькими мгновениями позже в руки его с сухим треском упала перчатка.
По залу пронесся общий вздох.
- Королевская кровь! - стоявший рядом с Преподобной жрец Создателя вцепился в перила балкона, впериваясь взглядом в ремни перчатки, которые затягивал надевший ее Тейрин, и всем телом подаваясь вперед. - Мы спасены! Пророчество гласит, что Драконья гора Денерима проснется в день, когда умрет последний король Ферелдена, потомок Тейринов! Проснется, и дым, и пепел снова закроют небо, а пламень поглотит весь город, до самых Южного Предела и Амарантайна! Хвала Создателю, надвисшая над нами беда миновала - у Ферелдена есть новый король!
- Какая чушь, - говорившая ранее седовласая дворянка громко хмыкнула. - Это всего лишь легенда!
- Ты поклялся присягнуть мне, если я докажу тебе, что во мне течет кровь Тейринов, - Алистер обернулся к Логейну, демонстрируя перчатку. Голос бастарда звучал сурово. Теперь, когда доказательства его принадлежности к королевскому роду были предоставлены и никто не взялся их оспорить, он чувствовал себя гораздо увереннее и это придавало его речам звучности и силы. - После смерти моего брата бездетная королева Анора не имеет прав на престол. Я заявляю о своем праве занять трон моего отца, как последний из оставшихся в живых Тейринов. Ты присягаешь мне на верность, тейрн Логейн?
Крутившая пальцы королева сжала их в кулаки. Собравшиеся лорды молчали, не зная, на что решиться, и ожидая ответа регента. Логейн молчал тоже, крепко сжав губы и глядя в пол. На его лице поочередно сменялись бледность и краснота.
- Отец! - не выдержала Анора и этим возгласом словно разбудила его. Логейн вздрогнул и поднял голову.
- Я положил жизнь на то, чтобы защитить эту страну и ее жителей, - медленно и тихо проговорил он, глядя в глаза Алистеру, который, однако, твердо и без усилий выдерживал этот тяжелый ненавидящий взгляд. Ему тоже было за что ненавидеть Логейна. - Последние несколько лет мне приходилось смотреть за тем, как рушится все то, что было достигнуто мною, и Мэриком - рушится из-за таких, как ты, бастард! Серые Стражи отвлекали короля от дел своими вздорными затеями. Серые Стражи вздумали вернуть в страну орлесианцев - якобы для укрепления наших рубежей! Я уверен, стоит отдать трон тебе - и года не пройдет, как Ферелден вновь окажется под Орлеем. Пока я жив - такому не бывать!
- Тейрн Логейн, я призываю тебя...
- При всем уважении, Преподобная, - Логейн вскинул руку. - Это внутреннее дело Ферелдена. Я, как регент при королеве Аноре, обязан следить за безопасностью государства! Я говорю, появление этого человека - угроза, подрывающая основы правления! Властью, данной мне моим положением я приказываю...
- А теперь послушай меня, регент Логейн, - успевая догадаться, что еще миг - и дело, несмотря ни на что, будет проиграно, гаркнул Алистер. По-прежнему охранявшие его с обеих сторон Кусланды шарахнулись в стороны. Анора вздрогнула. Уже почти отдавший приказ тейрн подавился последним словом. - Ты - лгун, потому что отказываешься от своего слова, и трус, потому что желаешь подавить правду силой. И коли так, наш спор не разрешить на словах, потому что слова для тебя ничего не значат. Тейрн Логейн Мак-Тир, - все так же зло, но потише проговорил он, - вызываю тебя на поединок чести. И пусть правоту кого-то из нас решает Создатель!
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
