Я слышал такой анекдот.
Громадные слоны в зоопарке вышли на забастовку. Лев спросил их:
— Почему вы бастуете?
— Нам надоело работать за орехи, — отвечали слоны.
То же самое и секс — это всего лишь работа «за орехи».
На Тибете существует метафора — там это называют прета. Прета — это голодные духи. Такой прета представляет собой существо с животом слона, с тонким, как нитка, горлом и ртом не больше игольного ушка. Он вынужден есть двадцать четыре часа в сутки, но никогда не может насытиться. Прета обречен на вечные муки голода. Этот пример позволяет понять суть сексуального наслаждения. Ваше духовное существо имеет громадные размеры. Фактически у вас вообще нет предела, нет границ. Если ваше блаженство не будет таким же бесконечным, как вы сами, вы никогда не будете удовлетворены, вы никогда не насытитесь. Сексуальное наслаждение питает вас только капля за каплей, капля за каплей... Вы занимаетесь самообманом, гонитесь за призрачной надеждой, но вы никогда не будете этим удовлетворены.
Поскольку секс не приносит удовлетворения, он порождает неврозы. Пойдите в психиатрические лечебницы и посмотрите на пациентов, которые там содержатся. Вы обнаружите, что все их заболевания в той или иной степени связаны с сексуальными проблемами. Еще Фрейд говорил, что почти все психические патологии имеют сексуальное происхождение. Сексуальная одержимость делает людей невротиками.
Если вы привязаны к телу, вы обязательно станете невротиком. Вы должны продвинуться глубже и выше вашего тела.
Второй уровень буддисты называют «сердце». Вы можете использовать также слово «душа», но слово «сердце» — лучше. Сердце включает в себя душу. Когда вы переместитесь в сердце, вы обнаружите, что оно очень большое, там намного больше места, чем в теле. Вы будете ощущать себя более свободными. Любовь более свободна, нежели секс. В любви намного меньше конфликтов, чем в сексе. Но существует что-то еще более высокое — бесконечное открытое небо ваджраяны. Будда называет этот уровень «сострадание».
Вы так долго жили в мире влечения, страсти, теперь вы должны почувствовать сострадание.
Страсть — это одержимость, невроз. При взаимном влечении ваша энергия бьет через край, вы чувствуете полное внутреннее удовлетворение. Вы настолько самодостаточны, что можете теперь разделить с другими ваше блаженство. Теперь вы имеете достаточно для того, чтобы отдавать. Невроз возникает тогда, когда вы продолжаете требовать то, что никто не может вам дать. Вы становитесь голодными духом. Ваши запросы огромны, но этот мир может вам предложить всего лишь... орехи.
Когда на уровне ваджраяны вы наполняетесь энергией, становитесь громадным океаном энергии, тогда вы можете давать. На уровне секса и страсти вы только берете, вы требуете, вы просите, вы попрошайничаете. Приходилось ли вам обращать на это внимание? Когда вас привлекает какая-нибудь женщина, вы начинаете заигрывать, вилять перед ней хвостом, умолять. Вы — жалкий нищий, попрошайка. На уровне взаимного влечения вы — император. Вы даете, даете, потому что у вас есть что давать. В сексе вы просите, потому что у вас ничего нет.
И этот секс преследует вас с ранней юности до самого конца. Даже дети уже готовы к этому нелепому путешествию длиною в жизнь. Старики уже растратили все свои силы, они сидят на обочине и завидуют молодым. Из зависти они начинают проповедовать, из зависти они начинают осуждать. Запомните, святые никогда никого не осуждают. Тот, кто осуждает, тот не святой, он сам желает того, что осуждает. Вам наверняка знакома такая ситуация: мальчик взбирается на дерево, и вы сразу одергиваете его:
— Спускайся немедленно! Ты можешь упасть и поцарапаться.
В вашем голосе слышится зависть. Вы не молоды, вы уже не можете лазить по 4 деревьям. Ваши ноги и руки потеряли прежнюю гибкость. Вам завидно, но вы не можете открыто показать свою зависть, поэтому вы начинаете осуждать. Когда кто-либо начинает осуждать секс, это означает, что он сознательно или подсознательно завидует. Будда не осуждает. Он просто придерживается фактов. Он говорит вам правду как она есть. Он хочет, чтобы вы изменили свою жизнь, потому что у вас совершенно другое, более возвышенное предназначение. У вас есть потенциал, который вы можете реализовать.
Старая женщина пришла в страховую компанию и попросила выплатить ей страховку на мужа.
— Но мы не можем выплатить вам страховку, мэм, — ответил служащий. — Ваш муж еще не умер!
— Я знаю, но он уже и не жив!
Она пришла за страховкой...
Когда жизнь уже почти покинула вас, вы стараетесь скрыть этот факт; вы становитесь религиозным. Но ваша религия — всего лишь ширма. Будда не говорит, что вы должны становиться религиозным в старости. Он говорит, что начинать путь к просветлению надо тогда, когда ваши страсти еще живы, когда ваш огонь не погас, потому что только тогда вы можете трансформировать и использовать эту энергию. Будда внес в индийскую религиозную практику совершенно новый элемент. В Индии саньясу — отречение от мира — принимают, как правило, люди пожилые. Когда человек уже почти мертв, он становится саньясином. Когда вам уже нечего терять, вы готовы вести жизнь саньясина. Будда говорит, что это глупо, — только молодые люди могут быть по-настоящему религиозны. Они могут использовать энергию, когда она у них есть. Поэтому он стал посвящать в саньясины молодых людей.
Конечно, когда вы имеете дело с молодыми, вы должны быть уверены, что они не поддадутся соблазнам секса. Старики в этом отношении не вызывают особых беспокойств, поэтому в индийских шастрах — священных писаниях — нет ничего подобного хинаяне. Когда саньясу принимают только старики, в этом просто нет необходимости! Старики могут жить так, как они хотят, но молодые люди требуют особого внимания. У них есть энергия, у них есть огонь, и этот огонь может увести их в сторону от истинного пути. Они неопытны, незрелы — для них эти сутры будут весьма полезны.
Эту историю рассказал Мулла Насреддин.
Моей теще восемьдесят два года. Она вдова. Однажды, только для того, чтобы спровадить ее из дома, я устроил ей свидание с одним восьмидесятилетним старичком. Она вернулась поздно вечером и была сильно раздражена.
— Что случилось? — спросил я.
— Ты еще спрашиваешь, что случилось, — огрызнулась она. — Я была вынуждена трижды ударить его по лицу.
— Ты хочешь сказать, что он позволил себе нечто лишнее? — удивился я.
— Нет, — ответила она. — Мне показалось, что он умер!
Когда вы посвящаете в саньясу таких полумертвецов, нет особой надобности в сутрах. Будда должен был убедиться, что его поняли, так как он подверг себя большой опасности. Будда был очень смелым — он посвятил в саньясины тысячи молодых людей. Он брал на себя большую ответственность, он должен был быть абсолютно уверен, что их энергия будет подниматься из тела в сердце и из сердца в душу. Для этого необходимо было принять все меры предосторожности.
Первая сутра.
Будда сказал:
О монахи, вы не должны смотреть на женщин. (Если вы будете вынуждены видеть их), воздерживайтесь от разговора с ними. (Если вы будете вынуждены говорить с ними), пребывайте в духе праведности и повторяйте в душе своей: «Я — странствующий монах, живущий подаянием. В этом мире греха я должен вести себя подобно лотосу, лепестки которого никогда не оскверняет грязь. Пожилых женщин я должен почитать как свою мать, к зрелым женщинам и девушкам я должен относиться как к своим сестрам, к девочкам я должен относиться как к своим дочерям». Думайте о спасении, и пусть порочные мысли не найдут места в вашей душе.
Будда сказал:
Монахи, ставшие на путь просветления, должны избегать чувственности так же, как несущие сено должны избегать огня.
Посвятить молодого человека — то же самое, что дать кому-то нести сено: он должен избегать огня. Попытайтесь правильно понять эту сутру. Ее простые слова не так просты, как кажется. Здесь есть несколько смысловых уровней. Во-первых, это обращение к монахам, а не к обычным людям. «О монахи» — говорит Будда. Замечательное слово «монах» обозначает человека, который решил жить один. Само это слово имеет корень «моно», что означает «один», «единственный». Слова монополия, моногамия, монастырь также имеют этот корень. Моногамия — это один муж, монополия — власть одного человека, монастырь — место, где живут монахи, принявшие решение жить в одиночестве.
