губам, а потом резко отвела в сторону.
– Нет, не думаю, что мистер Маноле проговорится, – ответила я подруге, и затем обернулась к Лайзо: – Ничего серьёзного, развлечение для трёх скучающих леди и одной ревнующей. Будем следить за колонианкой, мисс Купер… Может, вы запомнили, мы встречали её в галерее Уэстов недавно. У мисс Купер была очень запоминающаяся брошь в виде чучелка колибри и сумочка, расшитая пайетками.
– А, эта, – сразу вспомнил Лайзо. – Помню такую девицу. Ну, если увижу что интересное – сразу вам и расскажу.
– Благодарю, мистер Маноле, – кивнула я, улыбнувшись. – Мадлен, идём, нас уже ждут… Нет, корзинку мы не берём!
Провизию мы всё-таки оставили в машине – под охраной Лайзо, который, готова поклясться, тихонько посмеивался. Но вот над нами или над Эллисом – большой вопрос.
К условленному месту я подошла не первой. На скамье под раскидистым дубом уже ожидали леди Абигейл и Глэдис. Неподалёку я заметила и Сеймура, беседовавшего с незнакомым мне джентльменом – значит, Клэйморы прибыли вместе, хотя вряд ли Глэдис рассказала супругу о цели поездки. Герцогиню Дагвортскую же сопровождала только служанка, которую, впрочем, она тут же отослала, как только увидела меня.
– Дорогая моя, наконец-то! – Абигейл, на сей раз облачённая в тёмно-розовый и лиловый цвета, поднялась со скамьи. – Мы не ошиблись, хвала небесам! Мисс Купер здесь, мы её уже видели. Она ушла с ипподрома, не дожидаясь окончания скачек, представляете, какая невоспитанность?! И леди Уилфилд ей потакает, не ожидала такого от женщины её происхождения и воспитания.
– Леди Уилфилд будет делать то, что скажет лорд Уилфилд, – небрежно повела лорнетом Глэдис. – Жаль. Она весьма достойная леди.
– Таков обычный порядок вещей, к сожалению – ведь достоинством леди долго считалось и беспрекословное подчинение супругу, – отмахнулась я, оглядываясь по сторонам. Ни Эмбер, ни Эллиса не было видно, хотя людей вокруг хватало. – Подождём ещё леди Вайтберри или попробуем проследить за мисс Купер?
– Я в сомнениях, – призналась Глэдис. – С одной стороны, не хочется упускать благоприятную возможность – вдруг эта колонианка уйдёт? А с другой… Мы можем и разминуться с леди Вайтберри ненароком.
Мэдди прикоснулась к моему рукаву, привлекая внимание, а затем указала пальцем на себя, на меня, на лабиринт из картин и длинных деревянных реек. Потом она обвела широким жестом Абигейл и Глэдис – и повернула руку ладонью вниз.
– Хочешь сказать, что мы можем попробовать найти мисс Купер, а леди Абигейл и леди Клэймор подождут здесь? – уточнила я. Мадлен с энтузиазмом кивнула – и куда делась сонливость! – Неплохое решение. Как вы считаете?
– Идите, – щедро разрешила герцогиня Дагвортская. – В последний раз мы видели её в северной части выставки, среди каких-то пятнистых пейзажиков.
– Это виды Бромли в стиле импрессионизма! – искренне возмутилась Глэдис. Голубое перо на шляпке гневно качнулось. – Между прочим, весьма любопытные, у этой Купер неплохой вкус, если она ими заинтересовалась… Ах, Виржиния, простите, я увлеклась.
– Ничего, – я улыбнулась. – Зато теперь мы точно узнаем правильное место. Верно, Мадлен?
Оставив подруг, я вместе с Мэдди углубилась в импровизированную выставку. Сделана она была по принципу лабиринта – путаница не слишком широких «коридоров», ограниченных переборками из прибитых к столбам реек. Эти же переборки служили и стендами для картин. Некоторые художники пытались привлечь внимание к своим работам весьма экзотическими способами – яркой одеждой, декламацией стихов… Один высокий и худой, как жердь, седоватый мужчина жонглировал цветными шариками. Подойдя ближе, я увидела, что на его картинах изображены циркачи – девочки-гимнастки, силачи, укротители тигров, канатоходцы… Одно полотно затронуло меня всерьёз. Там была нарисована девушка в старомодном чёрном платье, с подоткнутой спереди почти до колен юбкой и широким-широким воротником на жёстких стержнях. Глаза девушки скрывались за тёмной шёлковой лентой с огромным бантом у виска. Руки были раскинуты в стороны, левая чуть выше правой, с неестественно вывернутой ладонью.
Девушка шла босиком по тонкому канату, и казалось, что вот-вот она потеряет равновесие – и упадёт.
В темноту.
По спине у меня пробежала дрожь, и я отвернулась.
И в этот самый момент Мадлен тронула меня за плечо, привлекая внимание…
…Сквозь незанятое пространство реечной перегородки было видно следующий ряд – как раз с импрессионистскими пейзажами. Я узнала приземистую фигуру леди Уилфилд, затем разглядела и самого графа… А чуть в отдалении от них стояла, беседуя с художником и ослепительно улыбаясь, мисс Купер – в ярком платье, синем с оранжевыми розами, и в расшитом серым бисером удлинённом болеро.
Я захотела подойти поближе и стала оглядываться в поисках прохода, когда меня окликнули знакомым голосом – правда, необычно тихо.
– Не надо, Виржиния. Вас заметят.
– Эллис! – Я обернулась, просияв от радости. Детектив стоял буквально в шаге от дорожки, прячась от публики за развесистым кустом жасмина. – Вы здесь! И уже давно?
– Достаточно давно, – кивнул он, неловким движением поправляя клетчатый шарф, и повторил: – Не ходите за ней. Не так открыто.
– Почему? – удивилась я. – Мисс Купер так наблюдательна?
Из-за облака на мгновение пробилось солнце – слепящая золотая вспышка в мутной пелене.
– Не она, – качнул головой Эллис. – Её спутник. Знаете, она обратилась к нему – «мистер Фокс», такая лисья фамилия… Но он больше похож на гадюку с оклендских болот. Чёрную и откормленную… и чуткую к чужим шагам. Будьте осторожнее, Виржиния.
Я вспомнила присланную Финолой Дилейни змею – и содрогнулась.
– Думаете, мисс Купер находится под влиянием… преступника?
– Почему же сразу «преступника», – вздохнул Эллис. – Вы хоть что-нибудь разузнали об этой девице? Происхождение, биографию и прочее? Нет? Ну, конечно, главное – придумать план слежки, созвать толпу дилетантов, а занудной работой пусть занимается кто-нибудь другой… Не обращайте внимания, Виржиния, – поправился он быстро, заметив, как мечтательное выражение лица у Мэдди сменяется многообещающе-мрачным. – Это у меня, так сказать, весенний сплин. Или летний. Вам какой больше нравится?
Не переставая болтать, он увлекал меня всё дальше по лабиринту мира живописи, пока мы, совершив какой-то невероятный манёвр, не оказались с противоположной стороны от «импрессионистского уголка», прямо за щитами из реек. Сквозь щели между вывешенными картинами мисс Купер и её спутника было прекрасно видно – правда, на сей раз со спины.
– Ну, так-то лучше, – удовлетворённо заметил Эллис. – А теперь
