табличкам с надписью «По газонам не ходить» я всё равно решил относиться предельно серьёзно.
Заметив моё приближение, разомлевший на солнышке дежурный подобрался, и взгляд его сфокусировался на моей персоне. А у меня от такого пристального внимания по спине пробежал холодок. Создалось впечатление, что этот доблестный страж в меня целится, однако…
— Добрый день, я Карпов Ян Миронович, — дежурный усмехнулся и вопросительно посмотрел на меня, — прибыл для дальнейшего обучения в Дмитровском Магическом Училище! — завершил я приветственную фразу.
— Вольно, — гыгыкнул служивый, — постой-ка тут пока, — и уткнулся в планшет.
Обнаружив, что я есть в списке тех, кто допущен на территорию училища, смерил меня рентгеновским взглядом и кивнул на турникет, перегораживающий выход.
Я подошёл к турникету, мазнул по считывателюID-картой и ступил на территорию учебного заведения.
— Не торопись, малой, — посмеиваясь, окликнул меня дежурный, — следуй по дорожке за жёлтой стрелочкой. Придёшь к первому корпусу, поднимешься на третий этаж в кабинет 312. Там тебя ждёт Сергей Маркович Воронов. Вот он тебя и проинформирует о твоих дальнейших действиях.
Взвалив на плечи рюкзак, я бодро двинулся вперёд, ориентируясь по жёлтым стрелочкам и попутно думая, кто такой этот Воронов, и куда он меня дальше пошлёт.
По пути попадались синие, красные и зелёные маршруты, но я следовал строго по указанному пути, приговаривая про себя:
«По газонам не ходить…»
* * *
— Войдите, — донеслось из-за солидной дубовой двери, стоило мне только легонько стукнуть костяшками пальцев по морёной поверхности дверного полотна.
Попытался тихонько просочиться в приоткрытую дверь, но половицы-таки предательски скрипнули… Теперь я оказался в просторном, залитом солнечным светом кабинете, обставленном просто и функционально.
Центральное место у дальней от входа стены занимал огромный стол из массива красного дерева. На столешнице стоял большой монитор с клавиатурой, и кроме скромной стопочки бумажных листиков на блестящей поверхности более ничего не просматривалось.
Хозяин кабинета стоял немного поодаль перед широким окном и делал вид, что разглядывает открывающуюся панораму. Он обернулся на скрип паркетных досок, окинул меня оценивающим взглядом и направился к своему креслу. Попутно Воронов указал мне на стул, стоящий непосредственно у края его необъятного стола, сопроводив свой жест словами:
— Присаживайтесь, не стесняйтесь. Вы у нас, значит, Карпов, — продолжил хозяин кабинета, глядя в монитор, — и что же побудило вас сменить довольно оживлённый Ярославль на наш тихий уголок? — он обернулся ко мне и хитро так посмотрел.
Не отрываясь он смотрел на меня, крутя в своих изящных, но сильных пальцах «Паркер» с золотым пером.
«Ну да, — подумал я, — и ручечка козырная, и перстни на пальцах такие интересные…»
Перстни действительно были со смыслом. Один, судя по формальным признакам, графский, с печаткой в виде головы ворона с разинутым в крике клювом, а второй–рыжего золота саламандра, обвившаяся вокруг пальца. Выглядит как живая, только вместо глаз сверкают два небольших рубина. Этот перстень говорит о том, что его хозяин является Ведуном, чья стихия– огонь. А это уже очень серьёзно.
И такой, во всех смыслах значительный человек, обратился ко мне с вопросом… Интересно, а кто он в местной иерархии? А то таблички-то на двери я и не приметил. Определённо не ректор, у того табличка на двери должна быть обязательно. Хотя поющие полы на входе намекают на вероятную сферу деятельности хозяина кабинета.
— Вы совершенно правы, Карпов Ян Миронович к вашим услугам, — немного церемонно отрекомендовался я, — а что касаемо смены места учёбы… В ярославском училище я не имел возможности полноценно развивать свой дар, а когда обратился сюда…
— Да, люди, владеющие искусством создания иллюзий, нужны Государству Российскому, — вздохнул он. — Только далеко не везде созданы условия, подходящие для развития столь специфических талантов, к сожалению.
— Что касается меня, — позволил себе слегка улыбнуться, — то мне повезло, я нашёл решение.
— М-м-да, — протянул мой собеседник, снова обращая на меня свой пронзительный взгляд, — только мы тут справочки некоторые навели, — сказал он, извлекая из стопочки ещё один листочек, испещрённый мелкими значками, — и пришли к выводу, что это не единственная и, скорее всего, отнюдь не главная причина, сподвигнувшая вас на смену учебного заведения. У вас, насколько я понял, возникли существенные проблемы с вашими… гм-м-м… соучениками?
— Не буду отрицать, — я развёл руками, — имели место быть серьёзные трения, избежать которых не представлялось возможным.
— И по какой причине всё это началось? — поинтересовался Сергей Маркович.
— Как это модно сейчас говорить, — я кисло улыбнулся, — конфликт возник по причине внезапно возникшей личной неприязни. А в силу того, что у меня не было ни ресурсов, ни возможностей дать надлежащий отпор, я был бит, — тут я поднял глаза и наткнулся на задумчиво-изучающий взгляд Ведуна, — а со временем мои оппоненты вошли во вкус, и проблема приобрела хронический характер.
— Ага, — подхватил Воронов, — и учитывая низкий уровень ваших сил, как физических, так и магических, вы оказались идеальным объектом для буллинга.
— Так точно, — согласился я.
Действительно, факт остаётся фактом, и глупо было бы этот самый факт отрицать. Яна регулярно били, только ленивый над ним не издевался, ну и вообще…
— А вас не посещала мысль о том, что тут всё это может повториться? — он усмехнулся, глядя на меня, и откинулся на спинку своего роскошного кресла. — Тем более, что у нас, в целях воспитания бойцовских качеств обучающихся, поощряется любое соперничество, — он наморщил лоб, — ну, почти любое. Чтобы без летальных последствий, в общем… Хотя, от случайностей не застрахован никто, как вы понимаете.
— Приложу все усилия к тому, чтобы это не повторилось, — решительно заявил я и при этом от волнения чуть не дал петуха.
Попутно же сделал интереснейшее наблюдение.
В своём первом мире я погиб, уже давно разменяв пятый десяток. Пережил к тому моменту немало собеседований и нанимаясь на работу, и вообще… В общем, было у меня в жизни много трудных, тяжёлых и вовсе уж неприятных разговоров. Всяко бывало… А к чему это я? А к тому, что волноваться в подобных ситуациях я давно отучился, а тут — на тебе…
Значит, в данном случае меня подводит сам организм, в котором яростно бушуют гормоны и, если так можно выразиться, принимающий всё близко к сердцу, вовсе не интересуясь, что по этому
