Через несколько минут, проскочив перекресток на красный свет, они повстречали патрульную машину, которая мчалась, мигая огнями, в другом направлении. Анана пригнулась, чтобы ее не заметили, однако патрульные, видимо, уже получили сообщение об угоне этого автомобиля. Взвизгнув тормозами, машина замедлила ход и начала разворачиваться на широком перекрестке. Спортивный «мустанг», шедший на полной скорости по встречной полосе, попытался избежать столкновения и резко свернул в сторону, но это ему не помогло. Протаранив заднюю часть патрульной машины, он перескочил бордюр и вылетел на тротуар.
Взглянув в зеркало, Кикаха покачал головой и увеличил скорость. Через несколько минут он выехал под запрещающий знак к широкому перекрестку и, не обращая внимания на красный свет, промчался под самым носом у большого «кадиллака». Пожилой водитель едва успел нажать на тормоза. Его бросило на руль, и машина остановилась посреди перекрестка. Но едва он опомнился и двинулся вперед, как мимо него проскочила полицейская машина. Старик снова нажал на тормоза и грохнул кулаком по рулевому колесу.
— Ты меня уже слышишь? — крикнул Кикаха.
— Да! — ответила Анана. — Поэтому говори нормально.
— Мы въезжаем в Беверли Хиллз! Проедем на этой машине, сколько сможем, а потом бросим ее и попробуем оторваться от полиции на своих двоих. Возможно, придется выпрыгивать на ходу.
За ними увязалась вторая патрульная машина. Игнорируя запрещающий знак, она выскочила из боковой улочки, и еще один водитель, отворачивая в сторону, врезался в ограждение тротуара. Полицейские надеялись обогнать угнанный автомобиль и преградить ему дорогу, но им не хватило скорости. Кикаха взглянул на стрелку спидометра. Она дошла до отметки восьмидесяти миль в час, а это было многовато для улицы с многочисленными перекрестками.
Впереди сверкала деловая часть Беверли Хиллз. Светофор на перекрестке замигал желтым светом. Кикаха надавил на клаксон, обошел спортивный автомобиль и слегка притормозил. Внезапно машина попала в яму, и ее подбросило в воздух. Он нажал на тормоза, снижая скорость до шестидесяти миль в час, но и тогда машина едва не встала на два колеса. Какой-то миг Кикахе даже казалось, что они перевернутся.
Впереди появилась патрульная машина. Проехав полквартала, она развернулась боком и преградила им дорогу. Однако спереди и позади автомобиля оставались небольшие промежутки. Кикаха выбрал задний.
Из машины выскочили двое полицейских. Один стоял за багажником и целился из винтовки, второй пригнулся в проходе между передним бампером и припаркованными машинами.
Кикаха велел Анане пригнуться и, нажав на педаль газа, помчался к узкой щели. Раздался треск, автомобиль снес задний бампер патрульной машины и смял бок припаркованного микроавтобуса. Капот выгнуло треугольником, что-то со звоном отлетело, однако беглецам удалось проскочить. Секундой позже прозвучал выстрел, и заднее стекло разлетелось вдребезги.
В тот же миг из-за поворота выехала еще одна полицейская машина. Она шла на таран, целясь в левое переднее крыло. Кикаха нажал на тормоза, и, если бы не ремни безопасности, его и Анану бросило бы на ветровое стекло. Машина вильнула и врезалась под тупым углом в передок патрульного автомобиля.
Обе машины вышли из строя. Оглушенные Кикаха и Анана продолжали действовать рефлекторно. Они выбрались из машины и, пошатываясь, перебежали на тротуар. Кикаха сжимал в руках лучемет. Анана несла футляр. Услышав позади крики полицейских, они свернули на узкую аллею, усаженную деревьями и кустами. Небольшой сквер позади двух высотных зданий вывел их на следующую улицу. Выбрав северное направление, Кикаха увидел еще один проход между зданиями и увлек Анану туда. На высоте восьми футов над аллеей нависал бетонный козырек. Кикаха забросил на него лучемет и футляр, затем повернулся и сцепил руки в замок. Когда Анана поставила ногу на его руки, он поднял ее и подтолкнул вверх. Она без труда забралась на козырек. Кикаха подпрыгнул, подтянулся и оказался рядом с ней. Они распластались на пыльном бетоне, и в это время послышались торопливые шаги.
Несколько человек, задыхаясь, пробежали по аллее. Кикаха осторожно выглянул из-за края козырька и на фоне освещенной улицы увидел темные фигуры трех полицейских. Озадаченные исчезновением беглецов, они о чем-то поговорили друг с другом, и один из них стал возвращаться. Кикаха быстро пригнул голову, но все же заметил, как двое других свернули за угол здания.
Внезапно его осенила идея. Выждав момент, он приподнялся и прыгнул на полицейского. Сбив мужчину с ног, Кикаха оглушил его кулаком, а затем, на всякий случай, нанес мощный боковой удар в челюсть. Вытащив из кобуры офицера табельное оружие, он разрядил обойму, надел на себя форменную фуражку и принял из рук Ананы футляр и лучемет.
Спрыгнув в его объятия, она спросила:
— Зачем ты это сделал?
— Он мог отрезать нам путь к отступлению. Кроме того, на улице осталась неповрежденная машина, и мы должны ею завладеть.
Четвертый полицейский, сидевший в автомобиле, что-то говорил в микрофон. Он не видел Кикаху, пока тот не оказался на расстоянии сорока шагов. Выронив микрофон, офицер схватил с сиденья винтовку, но луч, установленный на «оглушающую» мощность, попал ему в плечо и наполовину выбросил из машины. Выпустив из рук оружие, страж порядка ударился головой об асфальт. Перетаскивая его на тротуар, Кикаха заметил на рукаве полицейского кровавое пятно. Мощный лучемет, даже будучи установленным на «оглушение», мог сломать кость, поранить кожу и нанести удар, от которого лопались кровеносные сосуды.
Анана села в машину, и они помчались в северном направлении. По встречной полосе к ним приближались два патрульных автомобиля. К счастью, полосы на этом участке дороги отделялись друг от друга бетонным ограждением. Проскочив на красный свет очередной перекресток, Кикаха взглянул в зеркало заднего вида и увидел, что полицейские машины преследуют его.
Движение впереди стало таким плотным, что прорваться сквозь поток машин уже не представлялось возможным. Кикаха решил свернуть в какой-нибудь переулок. Заметив боковой съезд с трассы, он выехал на узкую дорожку и помчался вдоль высокой кирпичной стены бакалейного склада.
В конце переулка Кикаха резко затормозил. Автомобиль занесло и протерло боком по кирпичной стене. Анана быстро перебралась на заднее сиденье и прижалась к левой дверце.
Полицейские машины отставали, но упорно продолжали преследование. Выждав момент, когда они обе свернули в переулок, Кикаха выстрелил по шинам первого автомобиля.
Передок машины заскрежетал по асфальту, взвизгнули тормоза, и задняя часть запрыгала, как телега на ухабах. Двери открылись и захлопали, словно крылья взлетавшей птицы.
Кикаха выбрался из автомобиля и побежал к торговому центру. Анана не отставала от него ни на шаг. Они пересекли стоянку у бакалейного магазина, спрыгнули на пандус подъездного пути и деловым шагом вышли на улицу.
На светофоре у перекрестка вспыхнул красный свет. Машины остановились. Кикаха подбежал к спортивному автомобилю, за рулем которого сидел щуплый юноша с длинными черными волосами. Парень откинулся на спинку сиденья, поправил круглые очки и, пригладив щеточки черных усов под ястребиным носом, постукивал кончиками пальцев по приборной панели, отбивая такт под хриплую какофонию из приемника. Музыка походила на вопли Сциллы и грохот Харибды, помноженные друг на друга и возведенные в квадрат. Он вздрогнул, когда рука Кикахи, подобно молнии, скользнула вниз из-за его плеча. Не успел юноша крикнуть, как ремень безопасности слетел с его груди, дверь открылась — и он засучил ногами, вырываясь из объятий рослого бродяги. Чуть позже его швырнули на тротуар, как мешок с тряпьем. Пару секунд он приходил в себя. Еще через секунду он вскочил на ноги и разразился яростными криками. Но Анана и Кикаха уже сидели в машине. Включился зеленый свет, и они помчались навстречу новым приключениям.
— А ведь мы, похоже, удрали, — сказала Анана, оглядываясь.
