ТЕРНЕРЕ И САМОСОЗЕРЦАНИИ В ТЕРНЕРАХ, АРКАН XXII ЕСТЬ УЧЕНИЕ О БОЖЕСТВЕННОМ КВАТЕРНЕРЕ И САМОСОЗЕРЦАНИИ В КВАТЕРНЕРАХ. АРКАН О, ВОССОЕДИНЯЯ ОБА АРКАНА, ЕСТЬ УЧЕНИЕ О СЕПТЕРНЕРЕ КАК ПОЛНОТЕ РЕАЛИЗАЦИИ СУБСТАНЦИИ. Это и есть высочайший конечный синтез всего Царственного Знания.
«Не было ни дня, ни ночи, ни неба, ни земли, ни тьмы, ни света, ни того, что стало, за исключением Единого, Непостижимого разуму, или Того, Кто есть Брахма, Пуме — Дух и Прадхана— материя».
Вишну пурана, I, II.
Человек, как подобие Брахмана, познает Его одновременно в обоих аспектах: в Его Сверхсущем Единстве — в Аркане XXI, и в Его Космической Безбрежности — в Аркане XXII. По своему седьмиричному существу человек сам по себе есть септернер, что и является высочайшим определением его бытия как такового: он триедин в Божественном Мире и квадриполярен в Мире Бытия Своим подобием Брахману человек и замыкает всю цепь инволютивного Самосозерцания Брахмана и, утверждая свое собственное единство, он восстанавливает и утверждает Единство и Самосозерцание Брахмана. В силу этого, Наука Царственная есть учение о Боге, человеке и вселенной как трех нераздельных Ипостасях Единства Космической Безбрежности.
§ 2. Идея об Абсолюте в разуме как комплекс Конечных Мировых Бинеров. Иероглиф Аркана 0
Во всех исканиях своих, по какой бы стезе он ни шел, человеческий Дух всегда и неизменно жаждет познать Конечную Причину, ту Первооснову, атрибутами Которой являются как данная цепь феноменов сама по себе, так и их взаимоотношения, влияния, средства и сама закономерность движения. Стремясь к синтезу, человеческое мышление вырабатывает, как первооснову разумно-постигаемого бытия, совокупность Конечных Дилемм— Принципов, выраженных в бинерах. Чем выше синтез, тем могущественнее эти бинерные противоречия, тем общее число их меньше, тем более потенциальной силы они в себе заключают. Все более и более совершенствуя свой синтез, человек, рано или поздно, приходит к тому, что все отдельные частные бинеры растворяются или обобщаются с этими высшими Конечными Бинерами, в своей совокупности выражающими всю массу неразрешимых мировых противоречий.
«Каждая мысль о Нем, чтобы не быть недостойной Все-совершеннейшего, должна простираться в бесконечность».
Эккартсгаузен.
Человеческий разум рождается с началом сравнивания, противопоставления и выбора; его цель есть синтез, и он заканчивается там, где сравнение невозможно, невозможен и выбор, а есть лишь одно противопоставление; оно именно и является первым и последним днем разума. Разум приводит человека к своей последней грани, различной для различных людей, но незыблемой в принципе; за этой гранью начинается область ignorabimus. Утверждение противопоставления в виде некоторого частного бинера есть созидание в разуме конкретной разности потенциалов, определяющей некоторое ей свойственное протяжение. Это протяжение представляет собой некоторый a priori существующий путь мышления, оно является как бы геометрическим местом точек цепи представлений, исходящих из одного полюса и постепенно трансформирующихся в другой. Утверждение такого бинера есть накопление потенциальной энергии, которая может черпаться или из низших сторон существа человека путем опыта, или из высших — путем интуиции.
«Мы имеем два источника идей: ощущение и размышление».
Локк
Всякая сила имеет своим источником разность потенциалов. Весь познаваемый мир есть мир энергии, а все формы и явления суть ее различные модификации. Мир разума, как совокупность бинеров, есть, в свою очередь, мир той же энергии, и именно этот признак осязательно указует на их тождество, на то, что мышление есть творчество. Живя в мире формы, времени и меры, человек ощущает себя в разуме, а потому цель всякого познания, каков бы вид его ни был, есть преложение его данных в разум. Но куда бы человек ни шел, куда бы ни стремился, он всем существом своим испытывает тяготение Неведомого и Непостижимого. Это Неведомое — Конечная Первопричина всех вещей — отделена от человека гранью сонма космических противоречий. Чем больше стремится к Ней человек, тем дерзновеннее эти противоречия спорят друг с другом, тем сложнее и необъятнее становятся бинеры Вселенского Синтеза. Непостижимость Божества есть следствие бессилия человеческого умиротворить и связать между собой бинерные представления о Нем в своем разуме. Божество — это синоним совокупности всей массы мировых противоречий.
«Бог есть нечто Сущее — это неправда; Он есть нечто Преизбыточное, Он Сверхсущее Небытие».
Мейстер Экхарт.
«Когда говорят, что все вещи возникли из «Ничто», вовсе не хотят говорить о «ничто» в буквальном смысле слове, ибо никогда бытие не может возникнуть из небытия. Но под Не-Бытием понимается То, Что не может быть выражено ни по Своим причинам, ни по Своей Сущности; Это, одним словом, Причина причин, это Ее мы называем Первобытным Не-Бытием (אין קדמוד), ибо Оно внутри вселенной, из Него мы не только воспринимаем материальные объекты, но также Мудрость, на Которой мир основан. Если теперь спросят — какова сущность Мудрости и каким образом Она содержится в He-Бытии или Верховной Короне, — никто не сможет ответить на вопрос, ибо в He-Бытии нет никаких качествований, никаких модусов Бытия. Не может быть тем паче понято, как Мудрость существует отождествленной с Бытием».
Авраам бен Дауд.
Чем выше бинер, тем более высокую грань Божества он раскрывает в разуме; каждая совокупность представлений, объединяясь в своем конечном синтезе, тем самым становится аспектом Общемирового Синтеза, т. е. Божества. Вот почему противопоставление бинерных относительных синтезов на конечной грани разума есть, вместе с тем, противопоставление отдельных аспектов Божества друг к другу. Несовершенность синтеза есть расчленение Божества; относительность мышления приводит к забвению Его Всеобщности; введение в разум элемента борьбы есть внесение его в космос. На пути веков все Откровения во всех Посвящениях неизменно выражались в антиномиях;[827] именно здесь, когда разум с очевидностью для себя самого сознается в бессилии, его оковы рушатся и высшие стороны человеческого существа впервые получают возможность воспринимать непосредственно сознанием духа.
Аркан 0 есть учение о Мировом Абсолюте, о Верховной Вселенской Первопричине, об Источнике бытия всего. Его учение есть совокупность трансцендентальных доктрин, лежащих выше чем самый принцип разума, а потому это Верховное Учение и раскрывается Священной Книгой Тота в виде совокупности крайних противоречий, запечатленных на иероглифе этого Аркана. Действительно, он раскрывает пред нами горнюю высь, что одинаково может свидетельствовать как о победе и господстве над землей, так и об оторванности и отчужденности от нее. На краю обрыва скалы стоит Путник — но кто может сказать, стоит ли он перед концом долгого пути или вскоре погибнет в бездне? Он одет в лохмотья — но разве они не украшают одинаково пророка и бродягу?
