Все еще одетая в бальное платье, Елена стояла на вершине башни, называемой Шпиль Претора. Хотя теперь видимо стоило переименовать ее в Меч Ведьмы, так как она в одиночестве устроилась в верхних палатах. Сейчас у нее над головой безмолвно скользили корабли эльфов, то и дело закрывая, а потом вновь открывая звезды. Девушка пристально смотрела в небо. Луна уже спускалась с небосклона. Полночь давно миновала.
Звуки шумного веселья эхом разносились по улицам и замку где-то там внизу. Весь город праздновал, и народ собирался гулять до зари. Елена прислушивалась к звукам веселья: стук барабанов, звон лир, отважные песни тех, кто выжил в битве. Но за всем этим скрывалась завеса печали. Смех, доносящийся снизу, звучал искаженно. Даже радостные крики порой звучали уныло.
Исполняя свой долг, Елена как можно скорее вернулась в свои комнаты, забрав туда Кровавый Дневник. Ей нужно было время, чтобы спокойно переварить историю тетушки Филы о двух духах, Чи и Чо, с которыми связана ее судьба. Неожиданно она тряхнула головой. Слишком много ей нужно было обдумать в эту ночь. Она просто будет ждать нового разговора с тетушкой Филой, ждать следующего полнолунья. И надеяться, что в следующий раз узнает больше.
Глядя на Кровавый Дневник, она провела пальцем вдоль искривленного стебля розы, двигаясь к самому центру в центре. Столько жизней было заплачено за него.
— Елена? — раздался голос у нее за спиной.
Она повернулась и обнаружила, что Эррил стоит у нее за спиной. Сколько времени он простоял тут? Он носил те же одежды, что и на пиру, но его глаза сверкали. И она не могла найти названия этому блеску. Ветер на верху растрепал его волосы, и теперь они отчасти закрывали его лицо.
— Жаль, что я побеспокоил тебя, — сказал он спокойным голосом. — Но Толчук заметил тебя со двора внизу. Не безопасно гулять одной в такую ночь, — и он пододвинулся поближе к ней. — Как твой вассал, я должен быть всегда рядом, когда ты рискнешь выйти погулять.
Вздохнув Елена отвернулась. Она посмотрела на звезды.
— Разве хоть на мгновение мы не можем забыться нормальной жизнью, Эррил? — печальным голосом спросила она. — Прислушайся. Играет музыка, выдалась светлая ночь. Почему же мы всегда должны себя вести так, словно на нас кто-то нападает? Могу я хотя бы на мгновение претвориться, словно я не ведьма? Претвориться, что судьба Аласии не зависит от того, каков будет мой следующий шаг?
Она повернулась и обнаружила, что Эррил внимательно смотрит на нее, спокойный и напряженный. Под его взглядом, она тут же почувствовала себя словно нашаливший ребенок. Какое право имеет она жаловаться, когда другие теряют много большее? Она опустила взор.
— Мне очень жаль…
Он просто шагнул вперед и взял ее за руку.
Она так и не была уверена в том, что он предложит.
— Могу я пригласить тебя на танец? — мягко прошептал он ей.
Елене так и удалось спрятать свое удивление. Только потом она услышала привычную в Нагорье мелодию, которую играли менестрели далеко внизу. Этот танец танцевали и на его и на ее родине.
Улыбка заиграла на губах Эррила, когда он тоже узнал мелодию.
— Кажется Толчук почувствовал тяжесть, лежащую на твоем сердце.
Щеки Елены покрылись румянцем, когда стендаец шагнул к ней. Эррил был рядом, он нависал над ней. Ночной ветерок принес его запах, теплый и знакомый. До того как она успела что-то сказать, Эррил взял ее за руки. Экспериментируя, они начали двигаться под музыку. Первые несколько шагов были очень неуклюжи.
Однако вскоре они нашли ритм, и начали двигаться в шаг, быстрее и веселее. Елена позволила Эррилу вести, кружить и крутить себя. Ладонь Эррила соскользнула к основанию ее спины, поддерживая ее.
Когда он слишком резко развернул ее, маленький смешок слетел с ее губ. Этот звук удивил ее.
— Для ведьмы в чьих руках судьба Аласии, ты слишком мало весишь, — заметил он с лукавой усмешкой.
Вскоре Елена смеялась не в силах остановиться. Они кружились и кружились, а звезды вращались у них над головой. Мир по ту сторону парапета исчез. Здесь остались только они вдвоем, музыка и луна.
Потом после финального, головокружительного поворота они оба остановились, пытаясь восстановить дыхание. Музыка продолжала звучать, становясь все медленнее, но не менее страстной. Неожиданно смех Елены оборвался.
Эррил по-прежнему держал ее, но вновь между ними возникла неловкая пауза.
Он хотел было отступить, но Елена удержала его. Она не хотела, чтобы он ушел. Не в эту ночь. Тогда он уступил и приблизился.
Когда музыка вновь стала громче, Елена потянулась и выдернула заколку из своей прически. Она тряхнула своими волшебными кудрями. В эту ночь она не желала быть ни ведьмой, ни спасительницей. Она швырнула заколки на камни крыши. Она будет всего лишь женщиной.
Эррил подтянул ее ближе, и они медленно закружили под музыку, доносящуюся снизу. Елена не поняла, когда она начала плакать, но Эррил ни сказал ни слова. Никто не мог им помочь. Он держал ее в объятиях, пока музыка звучала в ночи.
В тот миг когда Эррил и Елена танцевали в первых лучах зари, я должен закончить эту часть истории. С окончанием войны на островах, пришло время вылечить землю и приготовиться к приходу дней тьмы… и, поверьте, эти дни настали.
Пожелаем нашим друзьям заслуженного ими мира. Собираться с силами. Гулять по улицам. Поднять кубки эля за победу, и присоединиться к пирующим. Однако, это не последняя песня. Вскоре псы Черного Сердца освободятся от их эбонитовых кандалов.
И тогда сами боги познают страх.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
