совершенно устраивает. Племени нужен вождь, а не безумный зверь, являющий собой лишь обузу.
– Не могу гарантировать, что я останусь с племенем. Но могу обещать, что умышлено вредить племени я точно не буду, напротив, по возможности, буду помогать своим друзьям.
– Немного туманно и с оговорками… Но ваши слова меня тоже устраивают.
– Вот и славно.
Как и ожидалось, хранители с шаманом меня раскусили. Как и Дрохен, понять об этом они мне дали намёками, вместо того, чтобы высказать всё в лоб. Что же до переезда – они не спорили и были согласны. Источник энергии – это туша пьерда, а значит – довольно транспортабельная вещь. Хранители обещали соорудить под неё носилки.
– Дрохен, где я могу найти уединённое место? – поинтересовался я у жреца, когда мы вновь оказались под открытым небом.
– Ты хочешь скрыться от глаз соплеменников, вождь? – уточнил мой собеседник.
– Ага. Нужно попрактиковаться, пока есть время. Понять, на что я сейчас способен.
– Понимаю, вождь. Тогда предлагаю тебе спуститься в лог на северо-востоке. Туда редко кто ходит, а сегодня уж точно никто не придёт. Я провожу.
– Благодарю. Но, как прибудем на место, я хотел бы остаться один.
Жрец внимательно посмотрел на меня и медленно кивнул.
– Конечно, вождь. Мне ведь тоже нужно готовиться к нашему походу.
Жрец не соврал – дорога к логу действительно не пользовалась популярностью. Нам пришлось продираться сквозь заросли высокой травы и пятиметровых колючих кустарников, украшенных прелестными розовыми пятилепесточными цветочками. Глядя на всю это красоту, мне стало чуточку грустно – не уверен, что после моих тренировок в этом нетронутом месте останется хоть что-то живое.
– Мы пришли, вождь, – Дрохен указал рукой на небольшую полянку в центре лога. Кустов здесь не было, а самая высокая трава не достигала и полутора метров. – Я передам племени, чтобы не беспокоились за вас.
– Благодарю, – кивнул я. – Ждите меня к ужину. Может быть, получится вернуться и пораньше.
Жрец в очередной раз почтительно поклонился и зашагал в обратном направлении. Проводив его взглядом, я ещё раз огляделся. Прекрасное место, чёрт его дери… Жалко портить.
Тяжело вздохнув, я уселся, примяв задом траву. Подожду немного, пока жрец уйдёт подальше, и только потом приступлю к основным занятиям. Сейчас же займусь другим, не менее важным делом.
«Открыть инвентарь», – мысленно велел я и, ожидаемо, никакого отклика от мира не получил.
Интересно, где сейчас моё добро? Старик заранее велел мне снять «Оберег Праведности» перед тем, как воссоздавать Зуртарн. Объяснял он свои слова просто: «Оберег…» может помешать восстановить легендарный артефакт, на деле оказавшийся башней. Теперь же мне кажется, что поступил так Бог Тьмы по иной причине. Ведь он знал, что Рюгус захочет избавиться от меня и заодно вернуть себе прокаченного Бона. Бог Тьмы рассчитывал запихнуть мою душу в Рорха. Видимо, если бы он сам это сделал, я бы сохранил интерфейсы и мог бы спокойно пользоваться инвентарём. И тогда мог бы вновь обрести «Оберег Праведности».
Понятия не имею, правильно я размышляю или нет, а мысленно связаться с Богом Тьмы я теперь не могу. Однако же мне кажется, что я прав. А это значит, что Бон не может залезть в мой инвентарь, а вот мне бы не помешало вернуть себе столь ценное умение.
«Открыть инвентарь», – контрольный запрос ничего не дал. Будем действовать по-другому.
Только вот как? Понятия не имею. Эх, не помешал бы мне наставник, который объяснял бы пошагово, что нужно делать в подобных ситуациях. Но чего нет, того нет… Так что остаётся лишь попытаться представить невидимый карман.
Я опустил веки, и перед мысленным взором тут же всплыло изображение сетки инвентаря: куча заполненных слотов, внизу – сумма доступных мне денег… Именно так я запомнил. И сейчас видел именно визуализацию воспоминания.
Отлично. А теперь попробуем потянуться рукой к «Оберегу Праведности», взять его. Ага… получается… теперь перенести из инвентаря в реальный мир… ну вот… ещё немного…
Чёрта с два! Я лишь играюсь со своим воображением!
Что, у меня совсем закрыт путь к инвентарю? Эх, но ведь там моя любимая «Тришула…» и «Оберег…», да и денег там немало.
Так-с, ладно. Сейчас главное – не унывать. Новая жизнь на то и новая, чтобы не держаться за всякое старьё!
Хех, не очень-то убедительно. Даже если на потерю оружия и всякой мелочи можно закрыть глаза. Даже если забыть про деньги… Всё-таки «Оберег…» слишком важен. Он своего рода последний рубеж обороны в битве с грозным противником.
– Стоп. Хватит, – велел сам себе, поднимаясь с травы. Дрохен уже ушёл далеко, так что можно приступать к другим «упражнениям», раз уж с инвентарём сразу не вышло.
Я молча уставился на чистое небо. Ветерок ласкал мою мохнатую рожу. Приятно… и расслабляет… я чувствую свою энергию. Чувствую самого себя в Зуртейне…
Хотя нет. Между мной и миром стоит барьер. Я уже начал сливаться с ним, однако пока мы не единое целое.
Верно… Это новое для меня ощущение. Раньше я не чувствовал своё тело. Как волхв я был слабее. И, если не брать в расчёт хиленькие тренировки, использовал чистую энергию только в состоянии «Малого Аватара Тьмы». То есть – когда и моя душа, и моё тело сливались со Стихией Покровителя (бывшего).
Теперь же я точно уверен, что могу использовать энергию и без всяких «Аватаров». Как есть. Как и должно истинному волхву. Осталось только до конца объединиться с Рорхом. Сдаётся мне, сделать это будет совсем уж нетрудно.
Я задумчиво размял шею. Да, объединиться легко. Но почему-то я стою, будто истукан, вместо того, чтобы двигаться дальше.
Всё-таки на душе тревожно. Я уверен, что «подчинив» оболочку, разделяющую меня и Зуртейн, я полностью сольюсь с вождём. И тогда точно не смогу больше менять тело. Моя душа просто не выдержит очередного разрыва, даже если я найду того, кто сможет запихнуть её в какого-либо человека. Хотя есть, конечно, исключения в лице Гармонии и ей подобных. Но, судя по всему, хаоситы не станут заниматься такой мелочью, как судьба одного существа.
К чему я? А лишь к тому, что, сделав последний шаг, я окончательно приму себя и, чтобы вновь стать человеком, мне придётся довериться Старику.
И ведь в этом-то тоже проблема. Бог Тьмы сам не знает, как именно мне обучиться «трансформации».
Но ведь он сказал, что это возможно? А прямо в лоб он
