— Отпусти их, пусть порезвятся, — посоветовал Ав густ. — Может, это их последний шанс.
— Почему это последний?
— Старина Дитц может что-то предчувствовать. Он ведь здорово чувствительный. Нас всех могут убить индейцы в ближайшие пару недель.
— Сомневаюсь, — заметил Калл. — Ты что-то не более оптимистичен, чем он.
— Нет, — согласился Август. Он знал, что они недалеко от дома Клары, из-за чего Лорена очень нервничала.
— Что ты со мной сделаешь? — спрашивала она. — Оставишь в палатке, а сам поедешь к ней?
— Нет, мэм, — отвечал он. — Я возьму тебя с собой и представлю по всем правилам. Ты же не багаж. Клара скорее всего месяцами других женщин не видит. Она тебе обрадуется.
— Она может знать, кто я такая, — заметила Лорена.
— Да, она знает, что ты человеческое существо, — ответил Август. — Тебе не следует ни перед кем склонять голову. Наверное, добрая половина женщин в этой стране начинала так же, как и ты, работая в салунах.
— Но не она, — заметила Лорена. — Готова поспорить, она-то всегда была леди. Потому ты и хотел на ней жениться.
Август хмыкнул.
— Леди может перерезать тебе горло с такой же легкостью, как и индеец, — сказал он. — У Клары острый язычок. Она раньше часто меня прикладывала.
— Я боюсь с ней знакомиться, — говорила Лорена. — Мало ли что она может сказать.
— Ну, не волнуйся, она будет вежлива, — уверил ее Август. — Это мне надо будет быть настороже.
Но ему никак не удавалось ее успокоить. Она чувствовала, что может потерять его, и все тут. Она предлагала ему себя, больше она ничего не умела. Что-то в ее предложении наводило на него тоску, хотя он его и принял. В его объятиях она ненадолго верила, что он любит ее, но вскоре она снова начинала тосковать.
— Ты зря себя изводишь, — повторял он. — Муж Клары вполне может дожить до девяноста шести лет, да к тому же столько времени прошло, может, мы уже и не нужны друг другу. У меня для Клары не хватит энергии. Да и раньше не хватало.
Позднее, когда она наконец засыпала, он сидел в па латке и размышлял. Ему хорошо был виден огонь костра. Парни, не занятые в ночном, стояли вокруг и обменивались шутками. Скорее всего, все они ему завидовали, потому что у него была женщина, а у них — нет. Раз начав, любовь трудно остановить. Он начал ее с Лори, и неизвестно, будет ли ей конец. Если ему повезет, он снова сможет наслаждаться теми простыми удовольствиями, что и мужчины, сидящие у костра и обменивающиеся шутками. Хоть он и очень привязался к Лори, ему все равно хотелось освободиться и не иметь никаких обязанностей, играть в карты и все.
На следующее утро он ненадолго оставил Лорену и подъехал к Дитцу.
— Дитц, ты когда-нибудь тратил много времени, чтобы хотеть чего-то невозможного? — спросил он, желая перейти сразу к делу.
— Я так считаю, я хорошо пожил, — ответил Дитц. — Капитан мне прилично платил. Всего два раза болел, да еще разок был ранен на реке.
— Ты не ответил на мой вопрос, — заметил Август.
— На хотение у меня нет времени, — отрезал Дитц. — Я лучше поработаю.
— Да, но чего бы ты в самом деле хотел, если бы это было возможно, прямо сейчас?
Дитц некоторое время ехал молча и потом сказал:
— Вернуться на реку.
— Черт, но ведь Рио-Гранде не единственная река, — возразил Август. Однако прежде чем смогли продолжить разговор, они заметили группу всадников на холме к северу. Август сразу понял, что это солдаты.
— Бог ты мой, а вот наконец и кавалерия! — промолвил он.
Солдат было человек сорок. Лошади в табуне забеспокоились при виде стольких незнакомых лошадей. Калл и Август поскакали вперед, чтобы встретить солдат в полумиле от стада, которое начало волноваться при виде всадников.
Командиром оказался коротышка с седыми усами и лычками капитана. Создавалось впечатление, что вид стада его рассердил. Вскоре стало ясно, что он пьян.
— Я — капитан Вивер, а это Диксон, наш разведчик, — пояснил капитан. — Куда, черт побери, вы тащите все это стадо?
— Мы считали, что направляемся в Монтану, — спокойно ответил Август. — Мы что, попали в Иллинойс?
Калл рассердился на Гаса. Вечно он лезет со своими шуточками.
— Нет, но вам захочется там оказаться, если вас найдет Красное Облако, — заверил капитан Вивер. — Вы в самом центре военных действий с индейцами, вот вы где.
— С чего бы это могло кому-нибудь понадобиться тащить скот в Монтану? — удивился Диксон-разведчик. Вид у него был нагловатый.
— Мы решили, что там удобно сидеть и смотреть, как срут коровы, — ответил Август. Как хорошо знал Калл, наглости свойственно было будить в нем комика.
— Мы слышали, что в Монтане прекрасные пастбища, — объяснил Калл в надежде смягчить плохое впечатление, производимое Августом.
— Может, и есть, только вам, говнодавам, их не видать, — разозлился Диксон.
— Что же, — заметил Август, — мы не всегда были говнодавами. Лет эдак двадцать мы сражались с команчами в штате Техас. Разве местные индейцы не валятся с лошадей, когда в них всадишь пулю-другую, как остальные?
— Некоторые падают, но другие продолжают переть вперед, — проговорил капитан Вивер. — Но я не собираюсь болтать все утро. Разве вы не видели призна ков индейцев?
— Наш разведчик ничего не докладывал, — ответил Калл, жестом подзывая Дитца.
— А, у вас разведчиком черномазый, — заметил Диксон. — Неудивительно, что вы заблудились.
— Мы не заблудились, — неожиданно разозлился Калл, — а этот негр может выследить тебя до преисподней.
— И доставить назад на вилах, если мы его об этом попросим, — добавил Гас.
— С чего это вы взяли, что можете так с нами разговаривать? — возмутился капитан Вивер.
— А разве это уже не свободная страна? — удивился Август. — Кто просил вас подъезжать к нам и оскорблять нашего разведчика?
Подскакал Дитц, и Калл спросил его, не видел ли он признаков индейцев.
— Отсюда до реки — нет, — ответил Дитц. Неожиданно вмешался бледный молодой лейтенант.
— Мне кажется, они подались на восток, — произнес он.
— Мы поехали на восток, — поправил его Вивер. — Где, ты думаешь, мы были всю последнюю неделю?
— Они могли двигаться быстрее и уехать дальше, — заметил Август. — Индейцы обычно так и делают. По виду ваших кляч можно предположить, что они обогнали бы вас даже на своих двоих.
— Вы на редкость нахальны, — заключил Вивер. — Эти индейцы убили женщину и охотника за бизонами два дня назад. А три недели назад они вырезали целую семью к юго-востоку отсюда. Если они вам попадутся, вы пожалеете, что не оставили вашу говядину в Техасе.
— Поехали, — приказал Калл, резко поворачивая лошадь.
— Нам нужны лошади, — заявил капитан Вивер. — Наши выбились из сил.
— А не мое ли заявление на этот счет показалось вам нахальным? — поинтересовался Август.
— У вас есть лишние, как я заметил, — продолжал Вивер. — Мы их забираем. К западу от Огаллалы живет торговец лошадьми. Вы можете купить себе там, если нужно, а счет направить армии.
— Благодарю, но нет, — отказался Калл. — Нам нравятся те, что у нас есть.
— Я не прошу, — заявил Вивер. — Я конфискую ваших лошадей.
Август рассмеялся. Но не Калл. Он видел, что Вивер говорит на полном серьезе.
— Нам они нужны, — вмешался Диксон. — Нам нужно охранять здесь границу.
Август снова рассмеялся.
— Кого вы в последнее время защитили? — поинтересовался он. — Вы нам рассказали о тех, кого вам как раз защитить и не удалось.
— Я устал болтать, — отрезал Вивер. — Иди и приведи лошадей, Джим. Возьми с собой двоих, и выберите тех, что получше.
— Вы не можете взять наших лошадей, — заметил Калл. — У вас нет таких прав.
— Черт, или я получу этих лошадей добром, или я сдеру с вас шкуру, — разъярился Вивер. — Иди и возьми их, Джим.
Молодой лейтенант, явно нервничая, повернул лошадь, чтобы ехать к табуну.
— Попридержи-ка прыть, сынок, — проговорил Август. — Разговор еще не окончен.
