заносчивым главой Клана, так и хотелось заехать ему по яйцам, или в нос. А сейчас я уже привыкла, что он маячит где–то рядом.
Перед глазами распростерся купол, я видела его мерцание, чувствовала на коже вибрации поля, стоило мне подойти ближе, как я могла различить здания–свечи. Три огромных дома упирались практически в купол.
– Если смотреть изнутри, то ничего не видно, – сказала я. – Только мертвый мир, а отсюда отлично видно Синт.
Возле меня остановился Гаррет.
– Планы изменились. Идем вдвоем.
Я посмотрела на его профиль.
– Мы не сможем взорвать завод, – сказала я. – Нас всего двое, Гаррет, там куча блюстителей.
Гаррет отвлекся от созерцания купола и посмотрел на меня.
– Недооценивать меня глупо, а ты не глупая.
Посчитав это за комплимент, я спросила:
– Как мы попадем внутрь?
Гаррет скинул со спины рюкзак, открыл его и достал оттуда какой–то пульт.
– С помощью этой штуки Семья Основателей открывает проходы в куполах, в основном этим они промышляют на Ристалище, таким образом завозят туда кочевников. Этот аппарат откроет нам проход, который никто не увидит. Главное, чтобы рядом никого не было, поэтому мы дождемся темноты.
Я смотрела на чудо аппарат и понимала, что жителей Синта от свободы отделяла только эта штуковина, длиной не больше десяти сантиметров. Даже как–то обидно стало.
– А дальше? Почему мы пойдем вдвоем? Я понимаю, что ты не хочешь видеть Чейза, но…
– Тут три причины. Идем вдвоем, потому что ты знаешь Синт изнутри, ты прожила там большую часть своей жизни и сможешь показать мне места, которые нужны. А это заводы, суд, дом мэра. Вторая причина, если Чейз пойдет с нами, я сверну ему шею, а я не люблю марать руки, да и он будет нас только отвлекать. Третья причина, ты сама говорила, что Синт достаточно маленький и велика вероятность, что чужака быстро заметят. То есть, один–два чужака лучше, чем три.
Это было логично, но все равно страшно. Казалось, что как только мы попадем под купол, я оттуда больше никогда не выйду. Снова бросив взгляд на Синт, я глубоко втянула носом воздух. Я видела, насколько грязным был мой родной Сектор, дым от заводов находился под крышкой и лишь тонкие струйки на самой вершине купола пропускали отраву наружу, остальное было там, серое и убийственное.
– Дом мэра? – спросила я, вспомнив перечисленные места, которые должна буду показать Гаррету. – Зачем тебе дом мэра?
– Нужна его рация, он должен согнать всех блюстителей в одно место, иначе они испортят мой план.
Гаррет говорил про все это, но не рассказывал подробностей, у меня от его плана волосы на голове дыбом вставали, а от уточнений вообще хотелось развернуться и сигануть прочь.
– В какое место? – спросила я.
– В здание суда. Там есть комнаты, где тебя держали, сама же говорила. Мы их там закроем. Пусть подумают о своем поведении.
– Это самоубийство. Да и мэра не заставить помогать нам. Ты знаешь, из–за чего я вообще попала на Ристалище?
– Грабила могилы. Знаю об этом. Да. Конечно, странное времяпрепровождение, но я не осуждаю. Каждый дрочит, как он хочет.
– Боже, Гаррет, прекрати. Ты что – все знаешь? – спросила я.
Гаррет снова ко мне повернулся.
– Если у тебя еще есть, что мне сказать, то я внимательно слушаю.
Я понимала, о чем он говорил, о моем обмане. Черт, я уже было понадеялась, что мы просто опустим этот момент наших отношений. Деловых отношений, разумеется.
– Гаррет, я не могла сказать тебе про Джо.
Президент корпорации пристально смотрел на меня, было тяжело выдержать его взгляд. Чувствовала, будто предала Гаррета, хотя это невозможно, ведь предательство может быть только от кого–то близкого, а мы друг друга практически не знаем.
– Я знаю, что не могла. Думала, что я бы не стал вас вытаскивать?
– Да.
– Я бы все равно вас вытащил, но мое отношение к Чероки не изменилось бы в лучшую сторону, – Гаррет сделал паузу и продолжил. – Она на твоем месте сделала бы все точно так же.
– Не поняла.
– Джо, сделала бы так же.
– Мы правда с ней похожи? – спросила я отчего–то шепотом.
– Больше, чем мне того бы хотелось, – смотря мне в глаза, ответил Гаррет.
– Что это значит?
– Я хотел бы смотреть на тебя и не видеть ее.
По рукам пробежали мурашки.
– Я не она.
– Ты это уже говорила, но тяжело абстрагироваться. У вас даже характер похожий, и мужиков себе вы выбирать не умеете. Чейз вылитый Рэй, я словно попал во временную петлю и теперь вечно должен видеть, как девушка, интересная мне, уходит в закат с увальнем.
– Я тебе интересна из–за Синта.
– Если бы это было только так.
Заметив Чейза, который разговаривал с Хантом и периодически бросал взгляды на нас с Гарретом, я спросила:
– Что будет дальше? Если даже нам удастся заставить мэра согнать блюстителей в одно место и закрыть их там? – сейчас я была готова задать любой вопрос, лишь бы увести тему разговора в другое русло. Я не думала, что Гаррет начнет говорить подобные вещи, и тем более не знала, как на них реагировать.
– Дальше мы включим тревогу на заводе, в рюкзаке есть мощная взрывчатка, мы разместим ее на заводе, откроем купол и взорвем завод.
– Откроем купол?
– Да, придется синтовцем смириться с тем, что они больше не будут жить в заточении.
– Это будет смута, там начнется ад.
– Безусловно, но мы сделаем выступление по главному экрану, который, как ты сказала, находится на площади, и я объясню им, что и как.
– Ты еще и экранах разбираешься? В том, как они работают?
– Да, я после пробуждения много читал и общался с умными людьми. Мне, конечно, помогут выйти на связь, так, чтобы Семья Основателей об этом подключении ничего не узнала.
– Но люди на Синте увидят твое лицо.
– Этого я не говорил, – сказал Гаррет и снова хищно улыбнулся. – Ты скажешь им.
– Допустим, – протянула я. – А что будет с запертыми безопасниками?
– С ними останется Диего и еще пять моих людей.
– Ты все продумал?
– Практически.
Когда солнце село за горизонт, и жизненная активность Синта спала до минимума, мы
