Диего в Финикс через Лос-Анджелес. В наполненном людьми транзитном аэропорту Лос-Анджелеса ко мне подошла пожилая американка и спросила: "Вы из Индии?" Когда я ответил "Да", она очень ласково добавила: "Сегодня вечером один очень религиозный человек проводит беседу об индуистской духовности в доме моего друга. Я пойду туда и хотела бы взять вас с собой." Я спросил: "Как зовут этого религиозного человека?" Она ответила: "Роберт Адамс." Я сказал: "Сегодня вечером я провожу беседу в Финиксе, поэтому не могу пойти с вами. Пожалуйста, примите мои извинения." Она была разочарована, но будучи не из тех, кто легко сдаётся, она сказала: "Мне очень жаль, что вы не можете пойти. Но позвольте мне вручить вам транскрипции некоторых из его бесед. Не могли бы вы просмотреть их?" Она дала мне пачку распечатанных листов, которые я начал просматривать в полёте. Самая первая же страница полностью захватила моё внимание. Не отрываясь, я завершил чтение в состоянии экстаза.
Я был редактором Горной Тропы. Редакторская команда в то время придавала большое значение концентрации на тех блаженных преданных, которые реализовались в присутствии Шри Бхагавана. Мы планировали посвятить им все выпуски 1993 и 1994 годов. Вся команда усердно трудилась над этой целью, и мы собрали приличное количество статей на эту тему, хотя и при жёстком противодействии со стороны определённого круга лиц. Я чувствовал, что для молодых и новых ищущих, которые занимались Самоисследованием, подобные материалы могли послужить хорошей мотивацией, так как большинство людей считало, что путь мудрости, джняна марга, очень труден и подходит только для немногих избранных. Тогда как на самом деле это очень простой, прямой и естественный путь, предназначенный для всех. Найдя адрес Роберта Адамса в транскрипции, я написал ему, испрашивая подробностей о том, как он достиг Самореализации в присутствии Бхагавана. Я получил длинное письмо: "Меня зовут Роберт Адамс. Я родился в Нью-Йорке в 1928 году. С самых ранних лет, даже ещё находясь в колыбели, я помню, как у изножья моей кроватки всё время появлялся человек около двух футов *60 см+ ростом, с белыми волосами и седой бородой, и говорил со мной на непонятном языке. Будучи ребёнком, я не понимал ни слова. Когда мне было пять или шесть лет, я рассказал об этом родителям, но они решили, что я просто играюсь. Я рассказал друзьям. Они тоже посмеялись надо мной. И я перестал об этом говорить. Эти визиты маленького человека прекратились, когда мне было около семи."
Он не знал, что делать. Он не мог ни с кем поделиться тем, что произошло. Затем начало происходить нечто странное. Чего бы он ни пожелал, будь то карандаш, шоколад или скрипка, это появлялось через кого-то, если он повторял три раза слово 'Бог'. Если он видел, что кому-то в классе нужен карандаш, он трижды произносил 'Бог', карандаш появлялся, и он передавал его тому человеку, которому он был нужен. То же происходило на экзаменах. Ему не нравилось учиться. Во время экзаменов он три раза шептал 'Бог', ответы появлялись перед ним и он их списывал. Вот так он сдавал все экзамены.
Когда он писал работу по математике, к которой не был готов, он проделал то же самое. Держа перед собой листок с вопросами, он три раза произнёс 'Бог'. Он ожидал, что как всегда появятся ответы, но случилось нечто совершенно иное: "Вся комната наполнилась светом в тысячу раз более великолепным, чем свет солнца. Это было прекрасное, тёплое, сияющее зарево. Все и всё в комнате было погружено в этот свет. Все дети казались просто частичками этого света, и я почувствовал себя растворяющимся в сияющем бытии сознания. Потом я стал с сознанием единым целым. Это не было выходом из тела. Это было нечто совершенно иное. Я осознал, что я это не моё тело. То, что казалось моим телом, не было реальным. Я пошёл за пределы света в чистое сияющее сознание. Я стал сознанием, и моя индивидуальность соединилась с чистым абсолютным блаженством. Я расширился и стал вселенной. Ощущения были непередаваемые. Я был абсолютным блаженством и абсолютной радостью."
После этого переживания Роберт Адамс не смог продолжать свою обычную деятельность. Будучи подростком, он хотел иметь наставника. В то время истинным христианским мистиком считался Джоэл Голдсмит. Многие советовали Роберту пойти к нему, и он последовал их совету. (Годы спустя Джоэл Голдсмит поддерживал постоянный контакт с Артуром Осборном и мной. Он писал оригинальные блестящие статьи почти для каждого номера журнала.) Джоэл Голдсмит выслушал Роберта и предложил: "Поезжай к Парамахамса Йогананде в Энсинитас. Он направит тебя." Роберт Адамс ехал в Энсинитас в состоянии возбуждения и экстаза. Случилась удивительная вещь. В присутствии Парамахамса Йогананды находилось множество людей. Роберт, однако, стоял снаружи. Парамахамса сказал своему секретарю: "Там на улице стоит парень. Позови его." Роберт Адамс простёрся перед великим человеком и сказал: "Вы мой гуру." Парамахамса ответил: "Нет, не я твой гуру. Твой гуру Шри Рамана Махарши. Махарши сейчас нездоров, так что поезжай к нему немедленно." Выйдя от Йогананды, Роберт почувствовал потребность прочесть книгу в библиотеке. Он просматривал секцию философии, и его внимание привлекла книга Кто я? . Когда он увидел на ней изображение Раманы Махарши, его волосы встали дыбом, потому что это был тот самый маленький человек, который появлялся у его кровати и говорил с ним. Поэтому, следуя настойчивому совету Парамахамса Йогананды, в 1947 году он оказался у Аруначалы.
Парамахамса Йогананда с Шри Бхагаваном
Вот его рассказ о том, что произошло в присутствии Раманы Махарши: "В возрасте восемнадцати лет я прибыл на Аруначалу. Купив цветов и корзину фруктов, я положил их к ногам Махарши. Он посмотрел на меня и улыбнулся; я улыбнулся в ответ. Первый же взгляд Махарши обдал меня потоком света, покоя, тишины и благодати и открыл мой внутренний взор, и я сразу распознал значение и цель всех своих переживаний — что я никогда не был телом, что я всегда был нерождённым Я, вечной тишиной. Махарши источал сострадание, любовь и блаженство с самого первого дня. Он посмотрел на меня и спросил, завтракал ли я, и когда я ответил отрицательно, попросил служащего принести фруктов и овсяную кашу и сказал: "Поешьте." Я лёг и уснул прямо в Старом Холле, а когда проснулся, Махарши отвёл меня в хижину и предложил отдохнуть. Вечером он также прислал мне еду. Я поел и снова уснул. Махарши сам внимательно следил,
