После этого, я взялся за эскизы и чертежи, с которыми промучился, примерно два месяца. А после того, как начались каникулы, принялся за изготовление рамы для своего мобиля. В общем, с помощью подруги, которая вначале отнеслась к моей идее, довольно прохладно, но после того, как я показал эскизы, загорелась сильнее меня, к концу лета прошлого года, мы поставили его на колеса.
Раму мы сварили из стальных труб диаметром 34. Возможно, это было и излишним, но я решил, что выиграю в прочности, хоть и потеряю в весе. Больше всего, меня удручало отсутствие кислородного резака. Из-за этого что-то согнуть, было очень большой проблемой, поэтому корпус получился несколько угловатым. Хотя позже я и постарался это как то сгладить обшивкой, но все равно получилось, не совсем то, к чему я стремился. После того как рама была готова, я установил на предназначенное ей место переднюю и заднюю подвеску. В качестве задней выступала, часть рамы от мотоцикла «Днепр» которая была найдена на чермете, правда она тоже была несколько усилена и расширена. Расширение, было сделано для того, чтобы установить, вместо штатного, колесо от автомобиля «Москвич» и закрепленной на нем звездочкой для цепной передачи.
Дело в том, что я делал, какое-то подобие автомобиля, и колесо от мотоцикла, было бы здесь совсем не к месту. К тому же, это колесо должно было стать ведущим, следовательно, на него ложится вся нагрузка, поэтому нужно было что-то более мощное. Вначале, мне подумалось установить два колеса, вплотную друг к другу, но дядя Женя отсоветовал так поступать, сказав, что одного будет вполне достаточно.
Пол в салоне, я сделал из рифленого алюминиевого листа, честно украденного мною из вторцветмета. Из второго, точно такого же листа, были сделаны небольшие вставки, в некоторых местах кузова. В основном там, где была вероятность загрязнения. Из него же был собран небольшой ящичек и помещенный под капот, он должен был исполнять роль бардачка. Сидения, снятые с мотоколяски, были заново обтянуты красным дерматином и установлены на их место. Оставалось, только покрыть раму снаружи. Для этого было куплено несколько листов, оцинкованного кровельного железа.
За зиму, так же вдвоем, мы обшили раму кровельным железом. Для этого пришлось делать еще несколько набегов на чермет в поиске метизов. В принципе, меня устраивали любые, но все же хотелось найти, что-то с потайной головкой, чтобы не торчало из плоскости кузова. В крайнем случае, я был согласен на круглую головку под отвертку, так было бы тоже неплохо. Можно было бы засверлить отверстие и нарезав в нем резьбу, укрепить лист с внутренней стороны.
К сожалению чаще всего попадались обычные болты с гайками. Хотя они были не очень и нужны, но я все равно набрал из из расчета, что когда-то они понадобятся, а меж тем продолжал свои поиски.
В одну из таких поездок, бабушка сторожиха, спросила меня, что я ищу. После того как я рассказал ей, она ответила, что ищу я их не там где надо, и провела меня в цех, который хоть и был закрыт, но безо всяких запоров.
И вот здесь я понял, что попал в пещеру Али-Бабы. Здесь было все, что нужно, и даже больше того. Я тут же без лишних разговоров сунул бабушке три рубля, и она довольная, ушла на свое место. Правда предупредила, чтобы я слишком не зарывался.
— Если взял, что-то из кучки, — попросила она, — то ладошкой разровняй после себя, чтобы заметно не было, понял?
— Конечно, бабуль, все будет как нужно! — Ответил я.
— Ну, тогда я пошла. И не задерживайся, а то скоро стемнеет, а свет здесь нельзя зажигать.
Минут десять, я просто ходил от короба к коробу, рассматривая собранные здесь «богатства». Немудрено, что устроиться на чермет, даже обычным грузчиком, всегда было проблемой.
Здесь были болты, винты, гайки всех форм и размеров. Шурупы, гвозди и дефицитнейшие саморезы, которые никогда не появлялись в магазинах. А на той же Тезиковке, продавались поштучно. Различные уголки, плашки, перфорированная лента, хомуты, заклепки и еще куча всякого добра, которого невозможно было достать. В одном из коробов я нашел гаечные ключи, тут же набрав себе два комплекта, самых ходовых. В других сверла, часть из которых тут же перекочевала в мою сумку.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Вышел я оттуда, когда было уже темно, а последние выборки делал уже при свете фонарика. С огромным трудом, дотащив до мотороллера две, плотно забитые сумки, я наконец поехал домой.
Мама, конечно же отругала меня за задержку, но тем не менее, я был доволен. Того, что я набрал, хватит очень надолго и это стоило тех денег, что я отдал за него.
После этого обшивка кузова, пошла гораздо веселее. Я просто прикладывал лист металла, и пока Вика придерживала его, засверливал отверстия, в которые тут же вворачивал саморезы, с потайной головкой. Получалось быстро и красиво. После, чуть утопленная головка, просто затиралась шпатлевкой, и место крепления оставалось совершенно незаметным.
Весной, уже обшитый железом и местами зашпатлеванный кузов, мы покрасили в ярко желтый цвет, а на боковинах за передними колесами, нарисовали красное пламя. С виду получился очень даже симпатичный спортивный автомобильчик. Правда, скорее он был предназначен не для скоростной езды, а для бездорожья. Ведь собирался он как для езды по городу, так и на реку, где дорог никогда не было. Поэтому я постарался приподнять над дорогой. Поэтому дорожный просвет получился в двадцать пять сантиметров. Хотя если в трайк садились взрослые, то он тоже приседал, опускаясь, почти на пять сантиметров ниже. Все-таки пружинные амортизаторы были немного слабоватыми. С покатым, чуть заостренным капотом, выставленными, чуть в сторону передними колесами, от мотороллера, одетыми сверху в облегающие их крылья. Фарами, стоящими на капоте, на небольших ножках. Лобовое стекло, разделенное перемычкой, было наклонено в сторону салона, придавая машине спортивный вид. Торпеда оклеена красным кожзаменителем с небольшими деревянными вставками под лак. Приборы, собранные на небольшой панельке, сверху были закрыты от солнца, небольшим козырьком. По бокам, располагались высокие и довольно широкие пороги, плавно поднимающиеся к капоту и наполовину закрывающие сидение водителя и пассажира. Дверей не предусматривалось. На случай дождя имелся немного усовершенствованный откидной тент, взятый мною с мотоколяски из дерматина ярко красного цвета. При необходимости, к нему пристегивались такие же, дерматиновые дверцы, с вставленными в него окнами из оргстекла. Сидения, для водителя и пассажира, располагались в один ряд и были так же обтянуты красным кожзаменителем. Спинки, были чуть увеличены в высоту, и завершались небольшими подголовниками, правда не регулирующимися по высоте и наклону. Сам кузов в проекции «Сверху» представлял собой, чуть вытянутый треугольник, одной стороной, лежащий на передней подвеске и сужающийся к заднему колесу. Двигатель, которого пока не было, должен был прятаться под листами обшивки кузова, позади наших сидений, а заднее колесо, взятое от «москвича», и установленной на него звездочкой, для цепной передачи, было укрыто таким же почти облегающим его крылом.
Багажника не было, но имелось небольшое пространство под капотом, со стороны пассажира, отделенное вертикальной перемычкой от водителя. Правда, оставалось еще немного места с обеих сторон двигателя, но я не стал там ничего городить, боясь, что он будет греться. И если такое произойдет, то там со временем будут установлены воздухозаборники, направленные на цилиндры. Пока же оставалось просто пустое пространство.
На месте, оставленном под двигатель, вполне можно было разместить, двухцилиндровый движок от «Иж-юпитера». Но я все же надеялся найти двигатель от «Урала», или «Днепра», чтобы не заморачиваться с разбавлением бензина маслом. Да и четырехтактные двигатели все же надежнее и долговечнее, поэтому места оставил чуть больше. Во всяком случае, если изменения по креплению и будут, то легко исполнимые. Бензобак, взятый от мотоцикла «Урал» находился над будущим двигателем и был вписан в общую компоновку кузова. В остальном же трайк был вполне готов.
