— Я никак не могу поверить, что его больше нет… — прошептала она, закрывая окошко и откидываясь на спинку сидения.
— Он говорил, что ждал, что они убьют его. Потому и спешил встретиться.
Настя прикрыла глаза.
— Я опоздала.
Помолчали.
— Он просил передать тебе, чтобы ты охраняла его.
Она кивнула и продолжила сидеть, смотря в никуда. Меня разобрало любопытство.
— А кого его? — все же решил спросить я, хотя чувствовал, что ей тяжело и без моих дурацких вопросов.
— Тебя. — Она безразлично пожала плечами. — Учитель считал, что ты важен.
Я тоже откинулся назад. Этого только не хватало! Старик перед смертью просит меня охранять? Как же это все надоело! Значит отец Михаил знал гораздо больше, чем сказал. Больше чем то, что знаю я на сегодняшний день. Ремень узла затянулся сильнее. Что ж, роль Насти определилась, хотя я еще многого не понимаю.
И все отгадки на незаданные вопросы придется искать самому. Ах, да, не самому — с теми, кто стянут в мою упряжку. Одна из них — Настя. И зная, что за моей спиной именно эта девушка, я готов хоть в ад спуститься за ответами.
— Теперь орден будет открыто лезть в мирскую жизнь. Что же будет со страной?… — вдруг услышал я свой голос. С переднего сидения ко мне повернулся господин Смирнов.
— Пока есть сообщество, клятва будет соблюдаться. Пока мы активно им мешаем, они просто не смогут сильно влиять на мирские дела.
— Вы слабы. — Подала голос бледная Настя, не открывая глаз. — Хорохорьтесь сколько хотите, но я знаю, чего на самом деле вы стоите. Вам с орденом не тягаться.
Мужчина в черном пиджаке ухмыльнулся в зеркало заднего вида.
— Госпожа Никитина, при всем моем к вам уважении, должен заметить, вы глубоко ошибаетесь. Вы не обладаете в достаточной мере информацией о состоянии дел, как, впрочем, и весь орден. Ваш учитель об этом позаботился.
— Да что ты вообще знаешь о моем учителе! — закричала она и подалась вперед, хватая переднее кресло. Рука сжалась в кулаке до дрожи, глаза бешеные. Смирнов даже не шелохнулся. Выдержав паузу, обернулся.
— Возможно, для вас это будет ударом, госпожа Никитина, но мы с ним координировали все последние операции. Верхушка ордена уже давно осуществляет независимую деятельность, направленную на захват власти. Чтобы как-то им противостоять, мы совместными усилиями с отцом Михаилом создавали противовес. Силовой блок, о котором никто не имеет ни малейшего понятия.
— Ты хочешь сказать…
— Именно, госпожа Никитина. Ваш учитель вооружал темный орден.
Настя вновь откинулась назад и в нерешительности уставилась на мага.
— Этого не может быть.
— Не может. Но это так. Михаил Валерианович умело скрывал наши совместные манипуляции. А содружество еще и всячески подыгрывало, подстраивая «неумелые» провокации, в которых представляли себя в полной «красе». И в самом деле, нам удалось убедить руководство ордена в нашей агрессивности, но слабости.
— А как же тогда тот инцидент, на «Курке»?
— Мне действительно очень жаль, что так вышло. Мы не хотели ни вашей гибели, ни гибели той девочки. Ловушка была рассчитана на других людей, которые должны были ехать через два поезда. К сожалению, некий вампир, участвовавший в операции, слишком безответственно отнесся к заданию. Когда же я увидел ошибку, ситуация уже вышла из под контроля.
— Кого же вы хотели убрать? — зло прошипела ведьма.
— Вы знаете этих людей. Это некая неслабая ведьма и профессиональный колдун-убийца, подчиняющиеся лично Петру Сергеевичу Головину, главе службы безопасности. Именно эти люди и угнали вчера утром наш броневик, из которого и был расстрелян Михаил Валерианович.
— Они за это ответят… — прошептала Настя, до посинения сжав кулаки. — Я доберусь до них…
— Снова боюсь вас огорчить, но эти люди уже мертвы. Мы были готовы к провокации, но опоздали. Однако найти и убрать их по горячим следам смогли. Мне действительно жаль вашего учителя, но это все, что смогло сделать сообщество. В ордене работают профессионалы, с ними слишком тяжело тягаться, хотя мы и стараемся.
Настя бессильно откинула голову назад и закрыла глаза.
— Вы можете тягаться с орденом? Можете начать с ним войну? — спросил я. Мне была не безразлична судьба страны. А в свете последних событий… В общем, я не хотел новых напастей для и так многострадальной Родины.
— Нет. — покачал головой темный маг. Воевать с ними мы не сможем. ДОЛГО не сможем. Силы у нас все же слишком не равны. Но у нас есть фактор внезапности и фактор недооценки нас противником. Думаю, потянуть время достаточно долго получится.
— До чего?
— До того, как ты наберешь силу и возглавишь сопротивление. — Смирнов повернулся и посмотрел мне в глаза холодным, леденящим душу взглядом. И я понял, что он не шутит.
Я взглянул на спутницу. Она была белее мела и изо всех сил старалась держать себя в руках. Мы говорили о войне с людьми, с которыми она почти что выросла, многих из которых считает семьей. И многим из них будет суждено погибнуть, защищая зажравшихся подонков на самом верху. Погибнуть с мыслью, что борются со злом, с темными силами. А вечные враги, сообщество магов, всегда выступавшее против вековых законов, поддерживающее темных колдунов и ведьм, раскинувшее большие корни в преступном мире по всей стране, неожиданно будет выступать в роли защитника государства…
— Все нормально. — Она посмотрела на меня, открыв глаза. — Мне уже лучше. Я все понимаю. Хотя и не до конца верю, что это происходит на самом деле.
Она наклонилась ко мне. Я приобнял ее за плечи и притянул к себе. Какой бы крутой она ни была, а сейчас рядом со мной ехала обычная девчонка, которая только что лишилась всего, что имела, включая самого близкого в жизни человека.
Я наклонил ее и положил голову себе на колени.
— Попробуй уснуть. Может, полегчает?
Она покорно закрыла глаза.
Я тоже придремал. Мерное покачивание машины убаюкивало. Проснулся оттого, что качка окончилась. Открыл глаза. Машины свернули на проселок и очень медленно ехали по грунтовой дороге. Впереди шла ведущая, сзади замыкающая. Одна. Так, одну тачку где-то потеряли. Почувствовав мое беспокойство, Настя подскочила и напряглась как пружина, озираясь по сторонам.
— Все в порядке. — Раздался спокойный голос темного мага. — Не можем же мы бросить вас на трассе? Иначе к утру ваши еще теплые трупы окажутся в «Новом Иерусалиме».
С одной стороны было поле, засеянное кукурузой, с другой то ли лес, то ли лесополоса. Скорее лес, уж очень темный и густой. Отъехав от дороги километра на два, машины остановились. Господин Смирнов и водитель полезли на улицу. Мы с Настей последовали их примеру. Свежий чистый воздух ворвался в легкие, обжигая их. Запах природы, леса, земли… Такой забытый и непривычный.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
