- Ну, марш на приступ! - крикнул Марсель.
Они снова принялись забрасывать канат на ворота и порядком измучились, прежде чем им удалось прочно зацепить его. Наконец, они очутились по ту сторону стены, на главном проспекте сектора «О».
- Стоило трудиться! - с негодованием воскликнул Октав. - Берем приступом одну стену - вырастает другая, третья... Что же это, так до бесконечности?
- В строю не рассуждать! - смеясь, крикнул Марсель. - Вон посмотри-ка лучше - направо мой цех. Я с удовольствием загляну в него еще раз. Кстати, мы там захватим кое-какие инструменты и несколько динамитных шашек.
Они вошли в громадный литейный цех, где начал свою карьеру в Штальштадте молодой эльзасец. Каким мрачным казался теперь этот цех, со своими потухшими печами и покрытыми ржавчиной рельсами! Серые от пыли подъемные краны, словно виселицы, простирали вверх свои громадные разъятые руки! Это зловещее зрелище леденило сердце. Марсель поспешил увести отсюда Октава.
- Вот этот цех, пожалуй, будет интереснее для нас, - сказал он, направляясь по знакомой дороге к столовой, в которой когда-то обедал каждый день.
Октав молча кивнул, но лицо его заметно оживилось, когда он увидел деревянную стойку и на ней целую батарею бутылок всех цветов и размеров. Тут же стояло несколько коробок с консервами самых прославленных фирм. Молодые люди спокойно расположились за прилавком и с удовольствием приступили к завтраку. Экспедиция еще только началась, и подкрепиться не мешало.
Закусывая, Марсель думал о том, как им проникнуть в «Башню быка». Перебраться через стену центрального сектора нечего было и думать. Эта стена была неприступной высоты и совершенно гладкая, без единого выступа, и при этом поблизости не было ни одного строения, ни одного дерева. Чтобы разыскать вход в нее, и, вероятно, единственный, надо было обойти весь сектор, что было далеко не просто. Оставалось одно: пустить в дело динамит. Конечно, это было весьма рискованно, так как можно было предполагать, что герр Шульце перед своим исчезновением позаботился расставить ловушки своим врагам, заложив где-нибудь мины для пришельцев, которые отважатся завладеть Штальштадтом. Но все эти соображения не могли заставить Марселя отказаться от того, что он задумал.
Когда Октав подкрепился и отдохнул, Марсель предложил пойти прямо по улице, которая перерезала сектор «О» и упиралась в высокую каменную стену.
- Что ты скажешь насчет того, чтобы подорвать эту стенку динамитом? - спросил он.
- Дело нелегкое, да ведь мы сюда не гулять пришли, - сказал Октав, готовый на любую попытку.
Недолго думая, они принялись за работу. Им пришлось немало повозиться. Надо было обнажить фундамент стены, вложить в расщелину между двумя камнями сильный рычаг, раскачать его, выломать один камень, пробуравить несколько небольших параллельных отверстий и заложить в них динамит. К десяти часам все было готово. Октав чиркнул спичкой и поджег фитиль.
Марсель знал, что фитиль будет гореть пять минут. Поэтому он заранее присмотрел поблизости небольшой кабачок в подвале с глубоким сводом и толстыми стенами. Там они и укрылись в ожидании взрыва.
Не без волнения считали они минуты. Вдруг здание и самый подвал покачнулись, как от землетрясения. Вслед за толчком раздался оглушительный взрыв, как если бы несколько десятков пушек грянуло разом, и через две-три секунды все кругом превратилось в груду развалин. Воздух содрогался от грохота обрушивающихся крыш, обваливающихся стен, балок и далеко разносил звон битого стекла.
Наконец, все стихло. Марсель и Октав вылезли из своего убежища.
Картина, представившаяся их глазам, потрясла даже Марселя, хотя ему и не раз приходилось наблюдать действие взрывчатых веществ. Половина сектора «О» взлетела на воздух. Казалось, город подвергся длительному орудийному обстрелу. Полуразрушенные стены зданий обнажили внутренности цехов. Вывороченные балки, рамы, железные листы, груды битого стекла и щебня покрывали землю, а густые облака пыли еще носились в воздухе и медленно серой пеленой оседали на горы развалин.
Марсель с Октавом бросились к стене; в ней зияла громадная брешь метров в пятнадцать - двадцать шириной, а по ту сторону виднелся знакомый Марселю двор центрального сектора.
Двор был окружен железной решеткой, но, так как он теперь никем не охранялся, они мигом перемахнули через нее.
И здесь их встретила та же мертвая тишина.
Марсель обошел модельные мастерские, где он когда-то изо дня в день сидел над своими чертежами. В одном из кабинетов ему случайно попался на глаза неоконченный чертеж паровой машины. Это был тот самый чертеж, над которым он начал работать, когда его вызвали к герру Шульце. Проходя по читальному залу, он увидел знакомые книги, журналы...
Все словно говорило о том, что жизнь шла здесь своим привычным ходом и вдруг почему-то внезапно остановилась.
Наконец, они подошли к внутренней ограде сектора «О», и перед ними выросла стена, за которой находился парк герра Шульце.
- Придется нам, пожалуй, взорвать и этот заборчик, - сказал Октав.
- Возможно, только давай сначала поищем калитку, может быть ее можно будет взорвать простой петардой.
Они перелезли через ограду и пошли вдоль стены. Иногда им приходилось сворачивать, обходить какое-нибудь здание, делать небольшой крюк, но высокая каменная стена все время была у них перед глазами. Путешествие это оказалось не напрасным. Через некоторое время они увидели низенькую дубовую дверцу, еле заметную в каменной кладке стены. Октав, недолго думая, достал бурав и быстро просверлил отверстие в деревянной калитке. Марсель заглянул в него и увидел пышную тропическую зелень цветущего, благоухающего парка.
- Одолеть эту дверцу, и мы у цели, - сказал он.
- Стоит ли тратить порох на эту деревяшку! - фыркнул Октав и, размахнувшись, стал колотить в дверь ломом.
Она начала чуть-чуть подаваться, как вдруг они услышали глухой скрип отодвигаемого засова и щелканье ключа. Дверь немного приоткрылась, придерживаемая толстой цепью.
- Wer da? Кто там? - раздался хриплый голос.
ГЛАВА СЕМНАДЦАТАЯ Объяснение при помощи перестрелки
Если бы за этой стеной неожиданно грянул выстрел, друзья бы не так удивились. Все что угодно, но этого вопроса они никак не могли ожидать. Из всех предположений Марселя по поводу спящего города единственным, не пришедшим ему в голову было то, что кто-то может задать ему вполне естественный вопрос, зачем он сюда явился.
Их экспедиция, вполне законная в предположении, что Штальштадт покинут жителями, приобретала совсем иной характер, если город оказывался обитаемым. То, что в первом случае представляло собой нечто вроде археологического исследования, становилось во втором незаконным вторжением, да еще с оружием в руках.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
