А дом словно бы сошел с ума. Бревна вдруг пустили зеленые побеги, которые оплели собой двух стоявших под дверью ниндзя. Еще один друид в полузверином облике ринулся вперед, разрывая тонкую «путеводную нить». Сидевший на крыше изумрудный прыгнул на него сверху. В руках у него сверкнули саи. Его собратья дергались, опутанные зеленой порослью. Друид намеревался добить их, но, почуяв опасность, отшатнулся в сторону и поймал противника левой лапой прямо в полете за горло. Я слышал короткий стон, видел, как правая лапа ударила в солнечное сплетение. Резким движением друид вырвал сердце ниндзя. Отбросив его в сторону, как ненужный мусор, он вновь бросился к спутанным пленникам, но момент был упущен. И вновь свистнул кусари-кама. Цепь захлестнула шею, а кончик серпа вонзился в грудь. Предводитель перехватил другой конец цепи двумя руками и рванул на себя. Друид упал, попытался встать, но ниндзя прыгнул сверху, выхватил откуда-то из недр своих просторных одежд танто — и ударил в основание шеи раз, еще, еще. Он бил до тех пор, пока побеги не отпустили его собратьев.
— Обыщите дом, — приказал он им, уже не прибегая к помощи изумрудов. — Добейте живых.
— Может быть, внутри засада, — возразил один из них.
Мне показалось, я узнал голос Пятого.
— Если бы внутри были те, кто мог сражаться, они давно ударили бы мне в спину, пока я резал этого. — Предводитель кивнул на огромное тело у своих ног. — Добить всех и пересчитать.
Двое ниндзя скользнули в дом. Предводитель поднял сай, оброненный его павшим собратом, и одним взмахом прибил к стене лоскуток ткани, полученный от меня. Его подчиненные появились скоро.
— Четверо утыканы стрелами, — доложил Пятый. — Живучие, твари. Мы отрубили им головы. Одного не хватает, но дом пуст.
— Я знаю, — кивнул предводитель. — Волчий Пастырь так и не появился. Его не было здесь. Значит, будем ждать. Он обязательно вернется, и встретим мы его втроем. Он не устоит.
Впервые с начала такой стремительной атаки изумрудные ушли в Тени. Я же остался наблюдать. Хотелось убедиться, что все прошло как задумано. Друиды действительно оказались смертоносны. Лишь двое вырвались из расставленной ловушки, но этого хватило, чтобы половина отряда сейчас лежала замертво. На что же способен Волчий Пастырь?
Он появился перед самым рассветом. Даже я не почувствовал его приближения. А он, видимо, унюхал запах смерти, потому что появился в полузверином облике, одним махом перепрыгнув стену. Ужасное создание, метров двух с половиной роста, в два раза шире обычного человека. Он приземлился на одно колено посреди небольшого двора, где разыгралась битва длиной в несколько минут. У ниндзя просто не оставалось ловушек для него. А он не знал, сколько врагов может поджидать, и все же шел. Он был уверен в себе, этот пастырь, совсем не укладывающийся в обычные рамки. Гаэлтан рассказывал мне о них, но Волчий Пастырь был чем-то иным, как, впрочем, и его жизнь, посвященная прежде всего войне.
— Дети мои, — прорычало существо. — Мои дети, не уберег я вас!
Жуткий вой взлетел к светлеющим небесам. Друид встал на обе ноги и указал пальцем в три стороны.
— Там, там и вон там. Выходите. Тени вам не помогут.
Я вспомнил, как в той стычке, которую мне показал Плутонский Паук, изумрудных выдергивали из Теней. Друиды знали, где их враг, действовали наверняка. Теперь стало ясно, кто конкретно направлял стаю. Впрочем, это и так можно было понять.
Плутонцы не стали ждать повторения кошмара той битвы. Они атаковали почти одновременно. Это «почти» было едва заметно, и все же его хватило. Предводитель бил первым, атаковал справа, в прыжке, вкладывая все силы в один молниеносный, четкий, сильный удар. Друид даже не повернулся к нему — согнул ноги в коленях, качнулся вперед, пропуская клинок над собой, и резко распрямился, нанося свой удар наотмашь. Ниндзя изогнулся, пытаясь уйти от контрудара, и четыре длинных когтя чиркнули его по лицу, чудом миновав правый глаз. Он упал под ноги Пастырю, а тот уже развернулся к следующему атакующему. Тот наносил простой колющий удар. Левой лапой друид поймал клинок, сжал, не обращая внимания на боль в разрезанной до кости посеребренным лезвием ладони. Резким движением он вывернул меч, одновременно сложив пальцы пучком, ударил противника в солнечное сплетение. Не так давно один из его подопечных таким же ударом вырвал изумрудному сердце. Но этот ниндзя оказался проворнее. Бросив меч, он отпрыгнул назад. Друид не преследовал его — подбросив меч, перехватил его правой лапой обратным хватом и метнул, подобно копью, в третьего нападающего. Бросок пришелся практически в упор. Ниндзя не сумел среагировать. Но и его удара уже нельзя было остановить. Друид отступил на шаг, клинок в слабеющей руке лишь срезал клок шерсти на его груди.
Последний оставшийся на ногах ниндзя не побежал. Из-за спины он выхватил саи и вновь атаковал, стараясь держать дистанцию, осыпая Пастыря градом молниеносных ударов. Друид, наоборот, пытался сблизиться. Я чувствовал, что ему все больших сил стоит держать себя в полузверином виде. В Мире Видений я четко видел, как растекаются по его крови тонкие серебристые струйки, заставляя принять облик человека. И с каждым новым порезом таких струек становилось все больше. Пастырь и сам понимал, что продержится недолго, потому пошел напролом и, заработав еще два очень опасных пореза, все-таки сблизился и схватил ниндзя за горло. Левая лапа, сжатая в кулак, врезалась в живот. Ниндзя захрипел, выронил оружие. Его ноги оторвались от земли. Я-то знаю, насколько чудовищна сила человека в полузверином облике.
Я ожидал каких-то слов, должных обозначить победу Волчьего Пастыря.
— Пощади, — простонал изумрудный. — Я лишь выполнял приказ.
Я не поверил своим ушам. Бьющий один раз просит пощады. И вдруг обратил внимание на движение позади друида. Предводитель пришел в себя, подобрал оброненный кем-то сай и тихо полз к Пастырю. Конечно же изумруды на повязках. Ниндзя все еще чувствовали друг друга. И, даже оказавшись в лапах друида, один из них выгадывал время для другого.
Но друид не был склонен к длинным речам. Его огромная пасть сомкнулась на лице жертвы. Громко хрустнули кости черепа. И в этот момент предводитель, приподнявшись на локте, вогнал свое оружие под правое колено страшной твари. Друид развернулся, ударил его левой ногой, отбросил прочь и сам завалился на спину от этого усилия. Его жуткий рык перешел в обычный крик раненого человека. Серебра в крови стало слишком много. Он уже не мог перевоплотиться.
Найдя на ощупь клинок, последний изумрудный встал, опершись на него. Маска, рассеченная в нескольких местах и пропитавшаяся кровью, все еще скрывала его лицо. Он был слаб сейчас. Два страшных удара, каждого из которых хватило бы низшему, поставили его на грань жизни и смерти. Напротив него встал друид — и тут же упал на колено. Правая нога его не действовала, но он выхватил серп-меч, а в левой руке уже был щит в форме полумесяца.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
