«бумажную» часть, но и существенно на оную не повлияло. Подозреваю, что значительная часть тех, кто читает «обычную» Фантастику (не только в бумажном, но и в электронном ее эквиваленте), даже не подозревает о существовании виртуального «фантастического материка». И в этом повторяется история с «боллитрой» и «гетто». Те, что сидят на более высоком (в традиционном понимании) дереве, не желают смотреть вниз. С другой стороны, многочисленные комментарии «сетевиков» свидетельствуют, что, по крайней мере, часть из них дела «бумажной» Фантастики тоже не шибко интересуют. Да, все повторяется, причем не карикатурно, не в виде фарса, как считал Маркс, а почти один к одному. Нет, однако, худа без добра. Оценивая степень чужой «тусовочности», мы неизбежно должны сравнить ее с собственной — и сделать, ежели возможно, выводы. Там очередное сетевое сообщество, здесь — наш привычный Фэндом. Если присмотреться — велика ли разница?
Итак, предварительный итог прост и очевиден. За последние десять лет сформировался новый сектор Фантастики — электронный самиздат, существующий главным образом в сетевых сообществах. Сектор этот велик и разнообразен, причем существует он в соответствии с хорошо знакомыми и близкими нам традициями, характерными как для Фэндома, так и для «боллитры».
На этом вроде бы можно и точки ставить. Или рано?
Оценочных суждений все-таки не избежать, хотя бы в самом общем плане. Что дает нашей Фантастике это столь весомое прибавление? Что отнимает?
Начнем с самого, пожалуй, важного — так сказать, с уровня. И сразу проблема. На чьи оценки можно положиться? Кто судья?
Не открою Америки, если констатирую, что взаимная оценка «бумажников» и «сетевиков» приблизительно одинакова.
Вот, например, первое попавшееся (из недавнего письма) частное суждение одного известного писателя-фантаста, человека «по жизни» весьма добродушного и отнюдь не сноба, по поводу некоего сетевого конкурса:
«…Побывал я членом жюри. Две трети присланного — дамские фэнтезюхи (брат любит подругу, подруга — деньги, но в замке прячется вампир), мужское же…»
Цитату прервем — там еще менее политкорректно. Высказывание это весьма типично. «Бумажники» обращают внимание прежде всего на низкий литературный уровень сетевого творчества (замысел, сюжет, язык, образы), его глубокую и очевидную вторичность. Недаром в Сети полным-полно всякого рода фанфиков, подражаний, сиквелов с приквелами. В общем, типичный альбом уездной барышни, размноженный усилиями современной техники.
Однако и «сетевикам» есть что сказать. Упреки их по адресу «бумажников» достаточно разнообразны, но легко сводимы к элементарному: «они» пишут за деньги, «им» денег не хватает, посему «они» быстро исписываются и вынуждены гнать «поток». А вот «мы», сетевые, свободны — и пишем «свободные» тексты.
Между прочим, любопытное наблюдение. В Фэндоме (настоящем) о деньгах говорят мало, только если по делу. А вот «виртуалы» поминают таковые буквально через слово. Почти каждая рецензия на «бумажную» книгу начинается с того, что автору, видать, не хватало денег, денег, денег… Почему так? Думаю, для правильного ответа не требуется дедушка Фрейд.
Взаимные упреки и, более того, взаимное неприятие не должны удивлять. «Сетевики» чувствуют себя вполне самостоятельной частью Литературы, поэтому первым делом включают механизм опознания «свой — чужой». Если чужой — он по определению плох (исключения, конечно, есть, но на то они и исключения). Все, как у взрослых.
И вновь можно было бы ставить точку, констатировав, что в ходе распада когда-то единой Советской Литературы и мутации ее обломков возник еще один — вполне самостоятельный сетевой конгломерат фантастов, в свою очередь состоящий из отдельных, часто очень недружных сегментов. Есть Фантастика — и есть Фантастика Сетевая, а потому просим не путать. Так?
В принципе так, но только в принципе, различия все-таки есть, причем различия принципиальные. Именно они не позволяют зачислить Сетевую Фантастику в число существующих ныне «литератур». По крайней мере, на полных правах.
Первое, самое очевидное отличие — это способ существования Фантастики «просто» и Фантастики сетевой. «Бумажники» пишут и отдают в издательства книги, становящиеся после выхода в свет самостоятельным и самодостаточным объектом Литературы. Изданная книга как бы разрывает невидимую пуповину, связывающую ее с автором, и начинает существовать сама по себе. Она ищет и находит читателей, она пылится на полке или, напротив, переходит из рук в руки. Автор может лишь следить за тем, какая судьба выпала его детищу. Не то в Сети. Сам процесс создания текста там более коллективен, чем индивидуален. Пресловутые «бета-тестеры», дающие автору советы, являются одновременно и читателями. Авторы пишут не для мира, а для достаточно узкого «тусовочного» круга, в результате «текст» становится в значительной мере совместным интеллектуальным «продуктом». В общем, сами пишем, сами редактируем, сами и читаем. Не понравилось — не страшно, можно и переписать, ибо «текст» здесь, никуда не делся, не ушел в самостоятельное странствие. Все это очень напоминает студенческое творчество, когда, сидя на задней парте, некий непризнанный «автор» прямо на лекциях ваяет нетленку. Соседи читают, подсказывают, дают советы. Все тот же альбом уездной барышни.
Отсюда и возникает непонимание: «сетевые» не разумеют «бумажных». Давеча виртуальное фэнье подняло дикий вой по поводу самой невинной фразы: автор ничего не должен читателю, кроме книги. Он не обязан пояснять свой замысел, оправдываться, приводить доказательства, отвечать на рецензии и вообще как-то реагировать на читателя. Более того, по истинному счету он не должен ни радоваться, ни огорчаться судьбе своего творения — ибо это уже не его судьба. Не я это придумал. Вспомним!
Веленью Божию, о муза, будь послушна, Обиды не страшась, не требуя венца, Хвалу и клевету приемли равнодушно И не оспоривай глупца.
«Сетевики» такое понимать отказываются, ибо существуют по иным «понятиям» — тусовочным. «Текст» творили вместе, помогали, советы давали, значит, автор им обязан «по жизни». Обязан считаться, учитывать мнения, объясняться, кланяться и благодарить. С точки зрения тусовочных «понятий», они правы — но не с точки зрения Литературы. Не обязан писатель вас оспоривать, фэнье!
Итак, «сетевики» пишут прежде всего для «своих», то есть, повторимся,
