прежде чем спросить.
— Стал полезным для госпожи?
— ….Хм? — наклонила я голову, не ожидая такой реакции. — Почему ты вдруг задаешь такой вопрос?
— Если я бесполезен и лишь создаю проблемы… Отправьте меня обратно в аукционный дом…
— А.
Я сразу поняла, о чем он переживал.
— Так что тебе придется доказать мне, что оно того стоило, и эти 100 миллионов не пропали даром.
— Я не могу вечно всех уговаривать позволить кому-то такому бесполезному остаться.
Вот что я сказала в тот день, когда привела его.
Он боялся, что я вышвырну его из-за того, что он приносит мне проблемы. Меня немного удивляло, что он все еще не забыл об этом.
— Иклис.
Протянув руки к его щекам, я мягко приподняла его голову. Наши глаза встретились.
Выражение лица Иклиса вновь изменилось.
Я нежно зашептала сладким как патока голосом:
— Немедленно забудь об этом.
— …Госпожа.
— Ты для меня очень важный человек. Иначе зачем мне…
— ……
— Так сильно о тебе беспокоиться?
Дрожь серо-карих глаз, смотрящих на меня, прекратилась. В то же время я почувствовала, что Иклис перестал дышать.
Его глаза словно окутала легкая дымка.
В этот момент.
СИСТЕМА
Желаете проверить Интерес[Иклис]?
[10 Миллионов Золота] [200 Репутации]
Я медленно отвела от его лица одну руку и выбрала [10 Миллионов Золота].
СИСТЕМА
Вы потратили[10 Миллионов Золота]на проверку Интереса[Иклис].
(На вашем счету осталось: 58 000 000 золотых)
[Интерес 94 %]
‘6 %.’
Наконец-то я увижу концовку.
Моя рука, убранная с его лица, дрожала.
* * *
Несколько дней спустя.
Воспользовавшись отговоркой в виде волнения за недавно потерявшегося Иклиса, я направилась на тренировочный полигон с сумкой, достаточно громоздкой, чтобы за один раз закончить рут Иклиса.
Глава 138
*В этом отрывке повествование ведется от лица Иклиса*
Вшух-!
Прежде чем достигнуть манекена, деревянный меч остановился от него на расстоянии, равном толщине листка бумаги.
Швах-.
Полетели соломенные ошметки. Мой удар вызвал порыв ветра.
Но даже спустя время, когда ветер уже стих, соломенное чучело все так же стояло на своем месте.
Я был всего лишь на стадии размахивания мечом, однако мне все же удавалось поразить мишень не только острием клинка. Каждый раз разлеталась солома.
Нанеся удар, я с безучастным лицом опустил меч. Меня снедало разочарование.
— В последнее время ты часто витаешь в облаках.
— О чем ты так усиленно раздумываешь каждый раз, когда приходишь сюда тренироваться?
Вот что вчера сказал мне мой наставник, сэр Спенсер, ударив меня по голове деревянным мечом. Сэру Спенсеру показалось, что я не сконцентрирован на занятии. Тряхнув головой, я снова поднял опущенный меч и впился взглядом в клинок.
Впрочем, мой боевой настрой быстро сдулся. Из-за чьего-то лица, встающего у меня перед глазами вместо меча.
— Иклис.
Моя единственная хозяйка никогда по-настоящему не улыбалась, она была как бездушный кусок льда. Одинокий кусок льда. Она никому не доверяла, даже рабу, которого купила сама.
Я знаю это лучше, чем кто-либо. Она купила меня и заботится обо мне ради достижения какой-то своей цели.
Невзирая на ласковые слова, в её глазах, смотрящих на меня, никогда не было теплоты…
А я почему-то все равно жду её.
Когда она купила меня и пригрозила, что отправит обратно в аукционный дом, если я не окажусь полезным, я возненавидел её. Не только её, сразу всю Империю.
'Тупая сучка.'
Я поклялся выжать из этой дуры, купившей меня за 100 миллионов золотых, всё, что можно. Вёл себя как верный песик, лежащий у её ног, ожидая возможности сломать эту тонкую шею и навсегда покинуть проклятое герцогство и вообще Империю Инк.
Однако каждый раз когда эта девушка улыбалась, я забывал о своей клятве. Когда моя холодная и сдержанная госпожа иногда одаривает меня своей улыбкой, она кажется мне самим очарованием, как королева магов из легенды.
Когда она, закрыв глаза, что-то нежно шептала мне, я хотел отказаться от всего и просто остаться рядом. Чтобы быть её телохранителем, я начал изучать фехтование за пределами герцогства, хотя ничего и не изменилось.
— Ты для меня очень важный человек.
'Важный человек.'
Что это значит? Это значит, что я ей нужен. Раб из захваченной страны.
В отличие от других жителей империи, презрительно плевавшихся, узнав о моем статусе раба, она каждый раз отчаянно цеплялась за меня.
— Ты очень дорог мне, Иклис.
Слова Пенелопы, звеневшие в моих ушах, немного отличались от реальности. Тем не менее, мне было на это плевать.
'Я дорог моей госпоже.'
Мои мысли прояснились. Острие меча, которого я держал, задрожало.
— Даже если ты сбежишь из Империи, тебе некуда возвращаться.
Госпожа была права. Теперь моя родина полностью уничтожена и стерта с карты. Люди из Дельмана, которых я встретил, были оскорблены поражением, но, что удивительно, большинство из них действительно жило в счастье и достатке.
В отличие от бесплодных земель Дельмана, эта страна была богата ресурсами, не говоря уже об уровне жизни. Кроме того, с рабами обращались не так уж и плохо. Нам регулярно выдают зарплату, пусть она, конечно, и меньше, чем у полноценных граждан.
Некоторые даже говорили, что по сравнению с Дельманом, где все умирали от голода от засухи, это место похоже на рай. Я ничего не мог им возразить.
Живя настолько идеальной, если сравнивать с рабами, работающими на ферме, жизнью в особняке, я не имел права возмущаться.
'…Моя хозяйка делает все, чего я прошу и хочу.'
Еда, лечение, обучение и даже свободное время — у меня есть все, что другим рабам не позволено. От осознания невероятности этого факта, мне становилось всё труднее сдерживать бушующие чувства.
Когда это началось? Я больше не питаю отвращения к её загадочным мотивам, из-за которых раньше постоянно был настороже. То, что она меня использует, стало нормой.
Теперь я просто хочу быть с ней.
Все в порядке, если я без капли гордости, как шавка, преклонюсь перед жительницей империи. У меня не было денег, чтобы отплатить ей, поэтому все, что я мог сделать, это сорвать несколько цветков, сплести венок и подарить его ей, а затем грустно пореветь из-за собственной никчемности.
'…Это неважно, пока я могу оставаться рядом с ней.'
Когда я перестал видеть клинок и с блеском в глазах стал смотреть на пригрезившиеся мне волосы цвета азалии, развевающиеся в воздухе.
— Здравствуй.
За моей спиной раздался тихий голос.
Вшух-.
Я обернулся и машинально поднял меч, однако лишь для того, чтобы бросить его на землю.
Все было не так,
