документы и рассортировала их.
— Проездные вы получили… она подняла к лицу билет на поезд. — Роскошно ездите, товарищ полковой есаул. — Она ещё раз поняла глаза на Владимира мазнув взглядом по наградам, чуть задержавшись на «Чести и доблести», и снова уткнулась в документы, пока её взгляд не уткнулся в отметку начальника кадровой службы егерей генерал-лейтенанта Ефимова.
— А, чёрт. — Она снова собрала все бумаги, и протянула стопку Владимиру. — Вам вообще не ко мне. Вам в тридцать восьмой кабинет, к начальнику Службы.
«Да чёрт возьми!» подумал Владимир уже собиравшийся быстренько завершить здесь дела и ехать в Академию восстанавливаться. А вслух поблагодарил девицу, и вышел искать нужный кабинет.
Начальник, принял его мгновенно, и усадив напротив, разложил документы словно пасьянс.
— Понимаете, товарищ полковой есаул, у меня есть распоряжение списать вас в резерв, что означает фактически отставку. Но не по ранению, или по невозможности продолжать службу, по разным причинам, а как бы почётную. Сможете носить форму, и даже иметь табельное оружие здесь в гарнизоне. На войну я бы не рассчитывал, но не приведи боги, вас конечно же призовут. Хотя юноши ваших лет, вообще-то не призываются. Вам же восемнадцати ещё нет. Но в ваши-то года выйти из службы полковым есаулом, да с такой коллекцией наград… Хотя ваше недоумение я понимаю. Сейчас конечно служить и служить, набирая вес. Но… армейский чиновник развёл руками. — Приказ заместителя командующего войсками генерала Викентия Арсеньевича Хабарова. Связывался со мной вчера, и устно распорядился, списать вас в резерв. Только не сказал в действующий или в общий.
— А в чём разница?
— Действующий резерв, это всё равно что служба. Вы будете числиться при гарнизоне, обязаны присутствовать раз в два месяца на строевых смотрах, и раз в полгода участвовать в боевых смотрах, которые для вас будут проходить на базе егерской лейб-гвардейской десантно-штурмовой дивизии особого назначения. Вы же строевой офицер. Опять-таки, если не приведи боги что-то случится, вам нужно будет прибыть к месту сбора в полном снаряжении и при оружии.
Ну и выслуга тоже идёт. Жалования не положено, как и прочих выплат, но снаряжение и полевую форму выдают, и если на время сборов или событий каких, будете как-то лишены здоровья, то лечение за счёт армии. Зато сможете носить форму невозбранно в любое время не только в дни государственных праздников, ну и на приглашения на гарнизонные мероприятия тоже можно рассчитывать.
«Строевой смотр раз в два месяца?» Владимир внутренне улыбнулся.
— Тогда, товарищ генерал-майор, я бы определился в действующий резерв.
Зачем ему это вообще было нужно, Владимир, наверное, не смог объяснить, но вот так, оставшись пусть и «бумажным» офицером, он чувствовал себя куда спокойнее.
Дела в академии тоже решились мгновенно. Владимира со всем уважением проводили в кабинет декана, который подписал все нужные бумаги.
Теперь, до сентября он свободен словно птица, но накопилось много дел по «Гиперборее», и Соколов не переодеваясь поехал в техническую библиотеку, чтобы понять, кто и что делает на передовом крае электроники.
За полгода ожидаемо ничего не изменилось. Появились только новые телевизоры с чуть более увеличенным экраном, и новый дизайн дорогой аудиотехники — в корпусах золотого цвета со всякими финтифлюшками, имитирующими старинный дворцовый стиль «Французская роза».
Но в целом отставание от того мира который оставил Владимир уже виделось вполне отчётливо. В его реальности в начале шестидесятых уже вовсю развивалась полупроводниковая электроника, а здесь она делала лишь первые шаги. И дело заключалось не только в том, что надёжность ламп превышала таковую в том, старом мире, но и в том, что многие технологии успешно заменялись магией. Например, системы наблюдения на зачарованных многослойных пластинах работали не хуже радаров. Да и армия, как-то справлялась без стратегических ракет и спутников наблюдения, хотя спутники связи уже летали.
Владимир наметил для себя несколько приоритетных и дополнительных целей, особо выделив очистку материалов с помощью психоэнергетики, и создания комбинированных материалов, для полупроводников.
В целом получалось достаточно обширное поле, где ещё никто не ходил, что внушало определённый оптимизм.
Владимир вышел из библиотеки и с удивлением отметил что вокруг уже сумерки.
— Товарищ полковой есаул.
Один из охранников ездивший за ним весь день, протянул трубку телефона, проводом уходившую в коробку размером с портфель, висевшую у него на боку.
— Соколов слушает.
— Владимир Алексеевич. — Раздался голос его секретаря. — Вас целый день добивается какая-то дама. Говорит, что вы ей свой телефон дали в Ревеле.
— Елена или Катерина?
— Елена.
— Они телефон оставляли для связи?
— Нет, но вот только что звонили и обещали перезвонить.
— Дай им номер в Доминаторе, пусть свяжутся. — Он кивнул охраннику.
Владимир не успел дойти до своей машины, как раздался сигнал телефона из салона.
— Соколов у аппарата.
— Вовка! Да что за хрень, у тебя в Москве? Секретари какие-то, не дозвониться! — Раздался голос Елены Славской.
— Лен, не кричи, у меня мембрана хорошая. Ты сейчас где?
— Сидим с Катькой, в Торговом подворье…
— Я скоро буду.
Торговое подворье — Огромный магазин, гостиница, склады и конечно же ресторан, находились недалеко, и через пятнадцать минут Владимир входил в зал, и привлечённый сверканием формы и орденов, к нему кинулся метрдотель.
— Две интересных красивых дамы лет двадцати-двадцати пяти. Блондинка и рыжая.
— Третий кабинет, товарищ полковой есаул. — Распорядитель поклонился и пошёл вперёд, показывая дорогу.
— Привет. — Владимир вошёл в небольшую комнатку, где пьянствовали две подруги, и поняв что дамы почти невменяемы, окликнул уже уходившего мэтра. — Простите, товарищ…
— Григорий Платов, господин полковой есаул. — Мэтр подтянулся и за малым не щёлкнул каблуками лаковых туфель.
— Нет ли у вас или где-то поблизости энергетика-целителя, или эликсира трезвости?
— Не извольте волноваться, сейчас всё будет.
Магическое протрезвление — процедура малоприятная, но быстрая и очень эффективная, так что через полчаса, обе дамы, чуть более бледные чем обычно, но трезвые словно стекло, рассказывали о своей напасти. Выяснилось, что программу, которую вели девчонки, расформировали, и теперь два программиста находились без работы, а учитывая московские цены и без средств к существованию.
— У тебя нет знакомых, кому могли понадобиться две высококлассных математички?
— По совершенной случайности есть. — Владимир уже рассчитавшийся и за банкет, и за услуги целителя, кивнул на вход. — Поехали.
— У тебя своя машина? — Удивились дамы.
— Да, прикупил по случаю хибарку, а с ней в нагрузку шла машина. — Ответил Соколов. — Не новая, но мне нравится.
Доминатор никто смог переместить от входа. Парковщики просто не смогли подойти к машине, защиту которой сплёл сам Мохендаро Жилгар. Благо что Владимир оставил машину чуть в стороне, и она не сильно мешала проезду.
— Садитесь. — Соколов нажал кнопку брелка, и машина приветливо подняла сдвижные двери.
— Охренеть. — Выразилась Катерина. — Это машинка в нагрузку? Тогда там что за хибара?
