до смерти чужого и закинула его труп в шкаф. — Поделился он впечатлениями от вчерашнего аттракциона. — А дальше провал…
— Пошли у самой заучки спросим.
— Пошли. — Вздохнуло шатающееся тело, едва держащееся на ногах.
Мы спустились в гостиную и уселись на диванчик. А через минуту из женской спальни вылезло лохматое чудище с оплывшей мордой лица.
— Гермиона, ты ли это? — Усмехнулся я.
— Почему о таких последствиях не писали в книге? — Пожаловалась она. — Слово «похмелье» не передаёт всей глубины испытываемых ощущений.
— Так в том-то и дело, что пока сам такое не испытаешь, понять глубинный смысл этого слова не сможешь. На, кефирчика хлебни. — Протянул я ещё один результат своих экспериментов. Ради аутентичности, мне даже пришлось трансфигурировать стеклянную бутылку на пол-литра, которая была в ходу в Советском Союзе.
— Я читала, что утром нужно похмеляться минимум бутылкой водки. И тогда всё будет нормально. Но не смогла найти ни одной бутылки. А я ведь точно помню, что у меня было шесть бутылок в сумке и ещё двадцать в сундуке. — Пожаловалась героиня ударного труда.
— Что, не помнишь, куда их дела? — Ухмыльнулся я.
Вовремя я подсуетился и конфисковал весь «продукт». А то после прочтения таких книжек Гермиона из запоя только через месяц вышла бы.
— Не помню. Совсем ничего не помню. — Пожаловалась она. — Вот как из учительской вышли, сразу всю память как отрезало.
— Ну а чего ты хотела? Думала, что самая умная? Ты же хотела пройти по следам Салазара Слизерина? Ну вот и прошла. И так же, как и он, забыла о местонахождении тайной комнаты. А ведь вы нашли вход в неё.
— Нашли? — Подняла на меня опухшие глаза алкоголичка.
— Нашли. — Довольно усмехнулся я в ответ.
— Я тоже помню, что мы нашли вход. — Поделился своими воспоминаниями Поттер. — Но не помню, где это было.
Тут Гермиону скрутил приступ тошноты, и она чуть не облила себя кефиром.
— Вспомнила! — Выкрикнула она. — Мы блевали!
— Точно. Это я тоже помню. — Согласился Гарри.
— Так, если мы повторим эксперимент, то… — Начала вдохновенно вещать алкоголичка.
— Нет! — Взревел Поттер. — Это вы без меня. Хватит! Я от водки слабею. Вон, даже ты смогла побить чужого. А у меня даже огонь призвать не получилось.
— Ну и ладно. Мне больше достанется. — Надулась заучка. — Там ещё половина бочки браги осталась. И кстати! Мы блевали в туалете Плаксы Миртл. — Осенило Гермиону.
— Прямо в бочку? — Подначил её Поттер.
— Не помню… — Юная самогонщица нахмурила лоб и погрузилась в себя.
— Ну, вы пока тут вспоминайте, где именно и куда вы блевали, а я пойду на завтрак схожу. — Поднялся я.
— Дункан? А ты что…? — Посмотрела на меня Гермиона подозрительным взглядом, в котором через секунду зажёгся огонь озарения. — Ты всё помнишь? Ты точно всё помнишь! — Обвинила она меня.
— Конечно помню. — Усмехнулся я.
— Но как?
— Заклинание превращения вина в воду. А точнее, его модификация, превращающая рябиновую настойку в рябиновый сок. — Похвастался я, доставая початую бутылку с рябиновым содержимым.
— Ах ты гад. А ну стой! Стой, кому говорю!
Гермиона попыталась погнаться за мной, но не смогла преодолеть дистанции даже в пять метров. Похмелье-то никто не отменял. Она запуталась в своих ногах и повисла на груди у Оливера Вуда, который как раз только что вернулся с завтрака.
— Заклинание превращения вина в воду? — Переспросил тот, отлепляя от себя заучку и скидывая её в ближайшее кресло. — Кто только догадался такое заклинание придумать? Не жалко вам говно на добро переводить?
— Кстати, не хочешь купить бутылку вот этой замечательной рябиновой настойки. — Вынул я из-под полы одну из конфискованных бутылок. — Крепость сорок градусов. Сварена по старинному рецепту Забухла Белогорячечного.
— Да ладно? — Удивился капитан команды Гриффиндора. — Такой эксклюзив мало кто способен выдать. И сколько?
— Пять галеонов. Первая рюмка бесплатно. На пробу.
Я дал ещё одному алкашу попробовать настойки, а потом у нас состоялась торговая операция, по результатам которой я стал на пять галеонов богаче.
— Если что, обращайся. У меня ещё двадцать две бутылки есть.
— Куда столько? — Удивился Вуд. — И откуда?
— Откуда — секрет. А куда — так в ваши ненасытные глотки. Я же вас знаю. Глазом моргнуть не успею, как вы всё выхлебаете.
— Каникулы в этом году обещают быть весёлыми. — Усмехнулся Вуд и побежал прятать своё «сокровище» в сундук.
— Это была моя водка. — Вяло пожаловалась Гермиона. — Гони деньги.
— А кто спонсировал покупку всех материалов? А кто вам бочки трансфигурировал? — В ответ на эти обвинения Гермиона обиженно надулась, что в сочетании с опухшим лицом смотрелось не лучшим образом. — И приведи себя в порядок. А то выглядишь как Молли Уизли в молодости.
От таких обвинений Гермиона раскрыла рот, чтобы возразить, но не смогла выдавить из себя ни одного аргумента. Настолько её это сравнение потрясло. Я же не стал дожидаться окончания столбняка и тихонько выскользнул за дверь.
Удар, нанесённый водкой по хрупкой детской психике, оказался сильнее, чем я предполагал. Гермиона словила от сравнения её с Молли Уизли натуральный шок. А проанализировав своё поведение в состоянии опьянения и с похмелья, она заявила, что водка — зло, и больше она ни-ни. Более того, только после окончания каникул она нашла в себе силы вернуться в туалет Плаксы Миртл, чтобы свернуть размещённую там алхимическую лабораторию.
— Я, конечно, рада, что мы смогли найти вход в тайную комнату, но повторять подобное не намерена. — Выговаривала она Гарри, который решил составить ей компанию в уборке помещения. — Вчера я пошла в библиотеку и высказала мадам Пинс всё, что я думаю о размещении подобной опасной литературы в общем отделении библиотеки. Эта книга Забухла Белогорячечного должна находиться в закрытой секции, прикованной к полке самыми толстыми цепями. Чтобы студенты не уволокли. Пьянству — бой!
— Да-да. — Поддакнул ей Поттер. — Эти пьяные вопли, раздающиеся по вечерам в комнатах старшекурсников, меня уже достали.
Остатки настойки производства Гермионы улетели у меня за три дня. Распробовав продукцию, ученики старших курсов всех
