Читаем без скачивания Появляется всадник - Стивен Дональдсон

Джерадин, похоже, не имел ни малейшего понятия, о чем речь. А Элега решила не смотреть. Ей нужно было время, чтобы сжиться со своими страхами, приготовиться к крушению.

Внезапно стало ясно, что Смотритель Норге разделался с кадуольцами, атакующими Мастеров. Раздались крики, и эта часть войск получила небольшую передышку. Лучники поспешно вылезали из расселин в скалах, чтобы заполнить колчаны; всадники пришли в движение, одни поскакали с сообщениями, другие — на помощь принцу Крагену. Появился Мастер Барсонаж с зеркалом высотой с него самого. Следом появился трясущийся старик — Мастер Гарпул. Двое стражников несли за ним его зеркало.

Пять или шесть человек вместе подняли тело Тора; как можно осторожнее переложили старого лорда на грубые носилки. Носилки передали всадникам. Тело Рибальда тоже положили на носилки и отправили вместе с телом Тора. Эту процессию всадников возглавил Смотритель Норге, верхом.

Это подобие кортежа двинулось вверх по склону, к королю Джойсу.

— Милорд… — Джерадин вздохнул. От напряжения он до крови прикусил губу. — Бедный милорд.

Териза дернула его за руку, пытаясь отвлечь.

— Джерадин, посмотри. Кто это?

Леди Элега невольно повернулась в ту сторону.

И тут же заметила всадников: они отчаянно сражались, пытаясь проникнуть в долину…

…сражались с силами Кадуола. Сперва она предположила, что это тоже кадуольцы, но ошиблась. Верховный король Фесттен вел с ними яростный бой; казалось, он выслал всю свою кавалерию, чтобы уничтожить их.

Она видела, как принц Краген пришпорил своего коня, пуская его рысью, и направил несколько сот алендцев на помощь появившимся всадникам, сам устремляясь прямиком на тысячи кадуольцев. И тут же король Джойс крикнул одному из капитанов:

— Лучников сюда! Мне нужно как можно больше лучников в скалах! Нужны засады во всех этих щелях! Нам не отогнать Кадуол, но мы можем научить верховного короля осторожности. Нельзя позволить ему всей массой ворваться к нам!

Приложив руки к углам рта, чтобы его голос звучал разборчивее, он добавил: — Поддержите принца Крагена!

Разинув рот, точно безумная, Элега смотрела, как всадники принца Крагена рискуют собой, помогая развевающемуся стягу виноградно—пшеничной расцветки… Знамени Термигана.

Термигана?

Что, скажите на милость, здесь делает он? — Термиган, — выдохнул Джерадин. — Глазам не верю! Несмотря ни на что, он пришел.

Элега была слишком изумлена, чтобы заметить, что катапульты снова готовы выстрелить. И наверняка не подозревала, что одна из них, за ее спиной, нацелена на штандарт короля. Она едва слышала звон оружия и тонкий высокий вой мелких камней в воздухе. В этот миг она надеялась только на то, что ни одно из орудий не нанесет удар по принцу Крагену или Термигану. Она не знала, насколько ей повезло, что катапульта за ее спиной не выстрелила.

Вместо того чтобы метнуть снаряд, та прянула вперед и сорвалась с края скалы, разламываясь на части. На вершине холма группа верхолазов принца Крагена издала едва слышный крик радости и тут же развернулась, чтобы защищаться от кадуольцев, прибывших слишком поздно, чтобы спасти орудие.

Король Джойс заметил это, как замечал все остальное. Взглянув наверх, он сказал себе:

— Осталось шесть. Кое—какой успех, дружище Фесттен. Берегись.

К несчастью, действие катапульт все же порождало сотни убитых и раненых.

Элега, затаив дыхание, глядела, как принц Краген ведет сражение со всадниками верховного короля Фесттена. Разве Джерадин не говорил, что Термиган отказался помочь? Она прикусила губу. Да, именно это и говорил Джерадин. Но вопреки всему лорд явился. Она почувствовала холодную дрожь, несмотря на относительно теплый воздух. О какой новой катастрофе он прибыл сообщить?

Кто эти люди в центре его боевых порядков, эти две фигуры в плащах, не принимающие участия в сражении, лишь передвигающиеся вместе с основной группой войск? Одна из них казалась вполне заурядной. А другая была огромной…

Эхо донесло к ней звуки битвы, бряцание щитов и мечей. Камни скрывали большую часть сражающихся; принц Краген перемахнул щель и исчез из вида за горой, насыпанной лавиной. У него было слишком мало людей, чтобы противостоять такой орде кадуольцев, слишком мало. Его могла спасти только скорость коня и неожиданность атаки. Но смешанную группу защитников Орисона и солдат Аленда, готовую прийти ему на помощь, с двумя сотнями всадников в авангарде, поддерживало полтысячи пеших ратников, бешено напирающих с тыла. И когда Термиган ввел всех своих людей в долину, он повернул скакуна, крикнул «За мной!» и вернулся на помощь принцу.

Принц Краген и человек, некогда заявивший: «Я на верю ни одному алендцу», бок о бок пробивались к основной армии короля Джойса.

Их спасла пересеченность окружающей местности; нагромождения камней сдерживали контратаку Кадуола, горы булыжников, которые должны были заполнить созданную Гильдией пропасть, не позволяли атаке набрать нужную скорость. И когда силы верховного короля вновь попытались пересечь долину, лучники принялись стрелять в них сверху, прячась за скалами.

Принц Краген и Термиган помогли друг другу достичь спокойного пространства, словно всю жизнь были друзьями.

— Кто эти люди с ним, — спросила Териза, — те, в плащах, единственные, кто не сражается?

Сердце Элеги забилось сильнее. Кто смеет говорить о крахе там, где действует король Джойс и его дочери?

Солдаты с телами Тора и Рибальда прибыли к штандарту короля до Термигана; король Джойс встретил их так, словно они были не на поле битвы и им не грозили катапульты и неожиданные атаки; он встретил их так, словно для него не было ничего важнее бремени, которое они доставили: трупа его старого друга.

— Он спас нас, — сказал Мастер Барсонаж. Воплотитель, похоже, слишком устал, чтобы спешиться, и выглядел слишком измученным, чтобы добавить: милорд король. — Он и Рибальд… — голос магистра пресекся от горя.

— Это правда, милорд король, — сказал Смотритель Норге без своей обычной медлительности. — Их было всего двое, но они ударили в нужное время. Они причинили врагу достаточный ущерб, нагнали на него достаточно страха… — Как и Барсонаж, Норге, казалось, терял голос. — Без них нам не удалось бы спасти магистра. Или Мастера Гарпула.

Без выражения, словно он повторял это множество раз, Мастер Гарпул пробормотал:

— Жена обещала проклясть меня, если я не вернусь. Она была так зла… — У него текло из носа, и он шумно шмыгал.