-Охотно верю, - сказала я.
Куда я его тащу? Зачем? Может, ничего и не случится, но если вдруг... У меня, опытного мага, куда больше шансов уцелеть, чем у обычного человека! С другой стороны, он верует в Забытого, а значит, нет смысла переубеждать его. Лауринь всё решил для себя раз и навсегда. Что ж, пусть так... посмотрим, чья воля окажется сильнее!
-Давайте собираться, - произнесла я, помолчав. - На овец, по здравом размышлении, смотреть смысла нет -- это наверняка отвлекающий прием. Если же в усадьбе ничего не обнаружится, тогда поглядим, кто режет скот. Но я уверена, это всё -- ради одной цели...
-Мне не нравится ваш настрой, Фло, - тихо сказал Лауринь, остановившись напротив меня. - Вы всегда были похожи на гончую по кровавому следу: догнать и вцепиться, и будь что будет! А теперь...
-Что -- теперь? - так же тихо спросила я.
-Сейчас в вас какое-то безразличие, - ответил он. - Покорность судьбе. Это неправильно. Это... не ваш стиль.
-Не вы первый говорите мне об этом, - усмехнулась я.
-Тем более, - тон капитана был настойчив. - Вы всегда выходили победительницей, разве не так?
-Кроме того раза, когда я сбежала, - напомнила я.
-Не сбежали, а взяли передышку, - парировал Лауринь. Не знаю, чего ему стоило признать это. - Я понимаю теперь. Простите, если наговорил вам грубостей, Фло. Вы... вы не могли поступить иначе, раз предполагали подобное.
-Это вы простите меня, Лауринь, - слова сами сорвались с моих губ. В здравом уме я бы никогда не произнесла подобного, но несколько бессонных ночей давали о себе знать. - Я и впрямь могла бы предупредить вас, а не исчезать вот так.
-Нет, - упрямо мотнул он головой. - Всё правильно, Фло. Вы сделали то, что должны были. И я стал тем, кем хотел, - благодаря вам. Вашей науке. Я не имею права жаловаться.
-Разве о том речь? - негромко произнесла я. - Вы ведь меня не простили?
-Нет, - улыбка мелькнула и исчезла. - И никогда не прощу. Но я теперь вас понимаю, а это...
-Это много, - закончила я. - Знаете, Лауринь, если бы не вы, многое в этой истории сложилось бы иначе. И речь не только о тех сведениях, что вы мне передали, поверьте.
-Отрадно было бы верить в это, - усмехнулся он. - Но я предпочитаю не тешить себя напрасными надеждами. Всё шло так, как должно было случиться. И если мы подтолкнули события... Что ж, на то была воля...
-Наша воля, - закончила я. Снова встретила взгляд Лауриня -- он понял меня. Последователь Забытого не мог не понять. - Ваш отец гордился бы вами.
И у меня не возникло даже мысли о том, чтобы рассказать ему правду, о том, кто его настоящий отец. У Лауриня был только один отец -- Ференц Лагарста, тот, кто вырастил его, как родного сына, хотя знал, что это не так, который любил его и научил тому, что знал сам. Благодаря которому Лауринь сумел выжить. И неважно, от кого рожден был мой капитан -- он не знал того человека и не желал его знать. И правильно делал, к слову сказать, - тот просто не заслуживал такого сына. Такого...
-Я хотел бы верить в это, - тихо сказал Лауринь, не отводя глаз от моего лица.
-Он гордился бы вами, - повторила я. - Я знаю наверняка. Мне-то вы верите?
Усмешка в ответ: то ли да, то ли нет.
-Правильно, магам верить нельзя, - заключила я, отворачиваясь. - Едем, Лауринь, солнце уже высоко...
-Фло... - капитан удержал меня за руку. - Я когда-то сказал вам, а вы не поверили. Мальчишкам верить нельзя точно так же, как и магам: сегодня они говорят одно, завтра другое... Поэтому я хочу повторить сейчас, Фло. Я...
-Нет, - я закрыла ему рот ладонью. - Вы ничего не будете говорить сейчас, Лауринь. Если нам удастся задуманное, тогда хоть уши мне прожужжите, я слова против не скажу. Но сейчас -- молчите! Прошу вас!
-Хорошо, - согласился он. - Я буду молчать, но...
Верно, этого я ему запретить не успела, да и не хотела, если честно. Как знать, может быть, это последний раз, когда Лауринь целует меня, когда я чувствую сухие обветренные губы, теплое дыхание... Может быть, мы вовсе больше не увидимся. Тогда, десять лет назад, всё было иначе: я знала, что вернусь, я знала, что оставляю Лауриня живым, и только от него зависело, сумеет ли он пробиться в жизни и уцелеть! Он сумел. Но теперь... Теперь нами играла чья-то злая воля, и нельзя было угадать, что она уготовит нам в следующий момент. Я готова была ко всему, но думать -- думать об этом не хотела...
Глава 32. Лицом к лицу
32.
Собирались молча: я придавала себе вид Фелиции Нойрен -- спасибо Аю, что напомнила о кошмарных серьгах, без них образ оказался бы незавершенным! - Лауринь отдавал распоряжения своим людям и тоже переодевался. Удалось найти кое-какие гражданские вещи, и аккуратный подтянутый капитан превратился в того, кого и должен был изображать: молодого головореза, сопровождающего богатую торговку.
-Итуро заночевал в усадьбе, - сообщила я негромко, проверив, что видели мои вороны. - И сейчас еще там. Если поторопимся, застанем.
-Это в том случае, если он собирается оттуда уехать, - заметил капитан. Он взял коня одного из своих подчиненных, крепконогого метиса гнедой масти, а я пересела на своего мерина. Всё не так приметен, как желтая кобыла!
-Мы об этом узнаем, - заверила я и подхлестнула лошадь. - Вы что-нибудь знаете об этой усадьбе? Кто хозяин?
-Она переходила из рук в руки много раз, - ответил Лауринь. - Сейчас принадлежит какому-то неизвестному нейру, даже фамилию его местные перевирают! Возможно, получится установить по документам, но для этого придется вернуться в столицу.
-На это у нас времени нет, - хмыкнула я. Покосилась на капитана, вернее, на шпагу у него на перевязи. - А помните, Лауринь... Такейны когда-то овец разводили.
-Верно, - насторожился он, припомнив нашу вылазку в замок Такейн и, так сказать, импровизированный экскурс в историю этой семьи. - Полагаете, это тоже намек?
-И довольно прозрачный, - ответила я. - Адресованный участникам тех событий. Правда, рассчитан он на то, что мы знали о прошлом семьи Такейн, но...
-Об этом многие знали, - сказал капитан и помрачнел. - А что, если...
-Довольно болтать, - сказала я, и дальше мы ехали молча.
До усадьбы оставались считанные вессы, а мне ничего не шло в голову. Как быть? С чего начать? Я могу действовать по обстоятельствам, но... Я покосилась на Лауриня. Нужно было оставить его в деревне. Похоже, здешний знахарь ничего толком не умел: на бледных щеках капитана цвели алые пятна, видно, его лихорадило, да и кашель этот мне не нравился! Но поворачивать назад было поздно...
Вот и ограда. Нетронутый снег, только по не расчищенной дорожке -- следы четырех лошадей. Явно вчерашние, это наш приятель Итуро пожаловал.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
