Норидуэль и откинулся на спинку стула так сильно, что передние ножки поднялись в воздух. — И помешать им могут по большей части лишь другие выдающиеся люди.
— Хватит уже, — немного холодновато проговорила Мавия. — Без нашей помощи даже самым выдающимся людям не справиться с другими богами и Рюгусом.
— Верно, — поддержал её Гурь-Шуй. — Всё должно быть в балансе.
Сложно было не заметить, что большинству богов не по душе оказались размышления Глозейска. И, может быть, они сами думают о чём-то подобном, однако одно дело отмечать для себя свои недостатки и совсем другое — выносить их на суд своих же подчинённых.
Глава 3
Чувства
На подготовку нашего плана ушло восемь дней. За это время объединённые войска сопротивления воле Рюгуса выдвинулись из Бескрайнего Дворца на северо-запад. Небоеспособных женщин и детей, разумеется, мы оставили за стенами Шескиз-Ордона. Разумеется, оставили вместе с достаточным количеством охраны — мало ли каким способом враг может обогнуть нашу армию и ударить в подбрюшье? Необходимо, чтобы громадная крепость — последний оплот, сражающийся за будущее Зуртейна — смогла продержаться до тех пор, пока Глозейск телепортирует армию обратно.
Конечно, мы надеялись, что до этого дело не дойдёт. Всё-таки мы настроились на атаку и не хотели, чтобы вновь пришлось защищаться.
Уверен, для противника марш нашей армии выглядел очень солидно. И ведь с каждым днём размеры этой армии всё увеличивались и увеличивались. Дело в том, что мы намеревались привлечь внимание Рюгусовых прихвостней к нашему контрнаступлению, поэтому сам поход должен был длиться какое-то заметное время, и костяк армии выдвинулся на следующий день после утверждения плана.
В это же время по всей территории Бескрайнего Дворца собирались остальные боевые отряды, которые по одному и телепортировал Глозейск к основным силам. Бог Знаний признался, что такие телепортации ему даются гораздо легче, чем одномоментный перенос всей армии на большое расстояние.
Разумеется, я и другие лидеры покинули Шескиз-Ордон вместе с костяком армии. Никто не сомневался, что за нашими передвижениями наблюдают враги. Я лично несколько раз чувствовал энергию чужих богов во время стоянок лагеря, пусть и очень недолго. Но местным «небожителям» и полуминуты хватит, чтобы оценить опасность армии и понять, в каком направлении она идёт. Именно поэтому нам нужно было находиться рядом с солдатами. Выглядело бы слишком подозрительно, если бы солдат оставили без поддержки сильнейших воинов, высшего командования и духовных наставителей.
Трижды за эти восемь дней нам пришлось сражаться с большими силами врага. Один раз в битве с обеих сторон даже поучаствовали боги. Правда, до той битвы, в которой я ранил Рюгуса, этой стычке было далеко. Выглядело всё примерно так — появились союзники Рюгуса, появился Старик с нашими богами, померились количеством Последователей, посквернословила Аэрида, несколько энергетических ударов друг в друга… ещё несколько ленивых ударов… вновь разговоры… Разошлись. Ну а люди в этот момент убивают друг друга.
Понятно, что все три столкновения мы с лёгкостью выиграли, и силам Рюгуса пришлось спешно отступить.
Понятно и то, что стычки эти нужны были противнику, чтобы немного замедлить наш ход и выиграть время.
Понятно также, что всё это был детский лепет по сравнению с той битвой, что нас ждала впереди.
И спустя восемь дней после принятия решения о ликвидации Бона битва нас уже почти дождалась. Она случится на рассвете, но, не исключено, что и раньше.
Рюгус и его прихвостни собрали войска недалеко от Альвельских холмов. Территориально — это километров на десять южнее точки пересечения границ трёх некогда суверенных территорий: Великой Пусты, Лонгории и Герцогства Оруэль.
Я сидел на спине Веллы и меланхолично поглаживал чёрный мех булькорга. Тёплый ветерок ласкал моё лицо и тревожил белоснежные лепестки нарциссов, наполнявших едва ли не бескрайнее поле. Красивые цветы… жаль, что скоро их истопчут и зальют кровью.
Представив, что будет с этим полем в скором времени, я невольно вспомнил земли Тления.
— Гр… — лениво выдала Велла и повернула морду в мою сторону. Собака будто разделяла мои мысли. А может, тоже что-то вспомнила?
— Угу, — кивнул я, — это ведь было считай в одно время, моё исследование земель Тления и изучение верховой езды. Много тогда приходилось ходить ногами, вот я и решил на тебе прокатиться.
— Г-р-р… — отозвалась собака и, сильно изогнув шею, потёрлась носом о мой сапог.
— Верно, — выдохнул я. — Воды с тех пор немало утекло. Тогда я опасался еле живого бойца в доспехах железномордных, а сейчас пойду против целой армии во главе своей армии… Мог ли я в тот миг, опасливо бегая по истлевшим землям, думать, что вскоре без страха выйду против богов? А ты могла ли тогда знать, что станешь такой огромной и возглавишь громадную стаю?
— Г-р-р! — этот рык прозвучал чересчур утвердительно. Я усмехнулся.
В очередной раз усилил зрение энергией и всмотрелся вдаль. Я видел в паре километров от нас лагерь противника — копошатся, расквартировывая всё новые и новые отряды пополнения.
— Солнце уже садится, муж мой, — послышался за спиной нежный голос Тиары. — Вернёшься к остальным? Скоро ужин.
Верхом на своей Шеральде — гнедой лошадке, усиленной магией крови — супруга подъехала ко мне и, так же как я подставляя лицо ветру, всмотрелась вдаль. Однако её взгляд был устремлён не туда, где располагались силы врага, она просто смотрела на горизонт, не собираясь усиливать зрение.
Статная, гордая, уверенная в себе и невероятно красивая Тиара приковывала мой взгляд. Мне не хотелось в тот миг изучать лагерь противника, любоваться безоблачным закатным небом или же лицезреть бескрайнее поле белых нарциссов. Я был рад, что вижу её.
Показалось, что я с головой увяз в этом прекрасном миге. Я прочувствовал его всеми фибрами многострадальной души. Я потянулся к супруге и взял её за руку.
— Муж мой? — удивлённо хлопнула ресницами Тиара и улыбнулась. — Ты хочешь что-то сказать?
Я? Сказать? Может быть…
— Что-то не так? — голос жены прозвучал испуганно. — Тебя что-то беспокоит? Почему ты хмуришься?
Отпустив её хрупкую на вид ладошку, я спрыгнул со спины Веллы и протянул обе руки Тиаре. Снял её с лошади и поставил на траву.
— Возвращайся к Хаску, не скучай там, — подмигнул собаке.
— Г-р! — отозвалась она. Мне послышались нотки плохо скрываемого ехидства в её рыке.
Собака потрусила в сторону лагеря, Тиара хлопнула свою лошадку по крупу, и та отправилась вслед за Веллой.
— Там могут забеспокоиться. Конь без седока — дурная примета, — неуверенно глянув вслед удаляющимся животным, произнесла Тиара.
— С такого расстояния Берг, Кейн и Мара без проблем нас с
