не говорил, – усмехнулся Хизаши, глядя Кенте в глаза.
– Что?
– Ну… Что ты… ты…
Он много раз думал об этом, но едва открыл рот, как будто онемел. Кента ждал продолжения так спокойно, словно от смерти или нового мучительного заточения их не отделяли считанные мгновения. Хизаши захотелось увидеть вновь его улыбку, вот бы только нашелся повод.
– Я ни разу не говорил тебе, что ты мой первый и единственный настоящий друг.
– Мадока бы сейчас обиделся.
– К они Мадоку.
Кента улыбнулся, но губы его дрожали.
– Спасибо. Спасибо за эти слова.
Искрящиеся энергией путы уже начали давить со всех сторон. Еще не плен, но спасти от него может лишь чудо. Хизаши помнил о договоре жить вместе и умереть вместе, только хэби не славятся честностью. Он отошел на шаг назад, второй, третий… Послал всю доступную ему ки в веер, чтобы разрушить все вокруг – даже себя.
И тут стало тихо.
Настолько, что он подумал – уж не умер ли случайно? Но напротив с удивленным лицом стоял Кента. Он говорил, но слов не слышно, хотя ветер тоже застыл, и трава больше не колыхалась под его яростным напором. Хизаши обернулся и увидел замерших оммёдзи, спину стоящего на коленях Сакурады, Морикаву на его руках. А с другой стороны кто-то шел к ним, неспешно и важно, неся на плече огромный лук без тетивы. Одет незнакомец был богато и вычурно, голубое кимоно расписано узорами из облаков, накидка-безрукавка развевалась, будто весь ветер собрался вокруг высокой фигуры лучника. Когда он приблизился к Хизаши, того как громом поразило.
– Ты?!
– Так и не научился учтивости, хэби-сан? – отозвался тот. – Боги рассчитывали на другое.
Хизаши фыркнул в ответ.
– Ками-сама, – ахнул Кента и опустился на колени. Хизаши ринулся его поднимать, но это оказалось сложнее, чем он думал.
– Твой человеческий друг нравится мне, хэби-сан. Тебе стоит брать с него пример.
– Не дождетесь, – огрызнулся Хизаши и оставил Кенту в покое. Что поделать, божественная аура и правда сильно влияла на людей. – Какими судьбами в мире смертных?
– Явить небольшое чудо паре отчаявшихся страждущих. – И лучник обернулся к окаменевшим оммёдзи, натянул светящуюся золотом тетиву и выпустил стрелу-молнию. Сорвавшись, она превратилась в сеть и накрыла их пятерых мерцающим куполом. Хизаши раздражала тяга богов к показушности, словно без нее никто не станет воспринимать их всерьез.
– И все-таки? Увабами донесла до Такамагахары мой ответ, и там придумали новое наказание?
– Твой нрав не меняется, хоть и слышал я иное. Но прежде позволь мне представиться твоему человеку. Меня называют Адзи-сики-така-хико-нэ, я покровительствую земледелию и змеям.
– Я что-то не заметил, – буркнул Хизаши.
– Адзи-сики… – повторил Кента, поднимая голову. – Это же…
– Жених Чиёко, – ответил за бога Хизаши.
– Это я послал свою помощницу в рёкан «Нэкоджита» уберечь вас от смерти в когтях Хякки яко.
– Ты послал ее, чтобы следить за мной, – возразил Хизаши. Глаза Кенты становились все больше и больше от каждого услышанного слова. Когда удивление уже не помещалось в нем, Кента прошептал:
– Хизаши, это же… это же бог!
– Я знаю. И на суде он мог бы хоть словечко сказать в мою защиту, раз назвался покровителем змей.
Божественная аура ослабла, сияние, окружавшее Адзи-сики, померкло, и он стал почти неотличим от людей. И вполне человеческим жестом потер переносицу.
– Хэби-сан, не будь столь суров. Тебе ли не знать, что не одни люди не равны меж собой. Я сделал все, что было в моих силах.
Хизаши слишком долго лелеял обиду на всю их небесную братию и даже не сразу сообразил, что сейчас не ощущает злости. Да и, если честно, Адзи-сики не обвинял его вместе с другими, просто и помощи от него Хизаши тогда не дождался. Боги и впрямь не равны, как не равны люди, ёкаи и даже демоны.
– Так зачем ты пришел? Чьи молитвы на этот раз сподвигли тебя на действия?
– Озвучил я причину, а что касается молитв… – взгляд божества остановился на Кенте, так и не поднявшемся с колен. – Есть тот, кто считает себя ответственным за этого юношу.
Если Кента и хотел спросить, благоговение, взращенное в каждом из смертных с рождения, не позволило ему обращаться к богу напрямую. Пришлось Хизаши озвучить вопрос за него.
– И кто же это?
– Не вправе я дать ответ, однажды он сам это сделает.
Он сложил ладони вместе и закрыл глаза. Без его взгляда стало полегче, и Кента рискнул-таки выдохнуть и тихо спросить:
– Неужели боги снизошли до нас?
– Мне не нравится это слово, – нахмурился Хизаши. – И встань ты уже, наконец, раздражаешь.
Но Кента продолжил стоять на коленях с упрямством осла. Божественная аура усилилась, и Хизаши с легкой завистью представил, как излучает такую же вместо осорэ ёкая. Да, впрочем, и той уже почти не осталось.
И все же, почему боги пришли на помощь? Что они задумали?
– Времени мало у нас, – изрек Адзи-сики и протянул к ним двоим объятые светом руки. – За то, что юную итако не обижали, примите благодарность мою.
Он положил одну ладонь на макушку Кенты, а второй накрыл лицо Хизаши, прежде чем он успел воспротивиться. Тепло проникло под кожу, распространилось по телу, и стало легко-легко, будто ноги больше не касались земли, и ничто в целом свете не тяготило души. Хизаши доводилось ощущать на себе гнев богов, но никогда прежде – их благословение.
– Стойте! – внезапно воскликнул Кента. – Помогите лучше учителю Морикаве.
– Ты отвергаешь божественную помощь? – изумился Адзи-сики.
– Простите! – Кента рухнул лицом в траву. – Но ему она нужнее!
Хизаши вообще не удивился, ведь он знал Кенту, а вот небожителя его слова потрясли.
– Что ж… Исполню я твою просьбу, Кента из рода Куматани. Однако и дело свое завершу тоже. Возьмитесь за руки, и я отправлю вас в место, где враги не станут искать.
Кента поднялся на ноги, все еще ошарашенный происходящим, и сомкнул пальцы на запястье Хизаши. И снова чувство удивительной легкости охватило их, и мир подернулся дымкой. Покровитель змей что-то произнес, очень тихо, человек бы не расслышал, но хэби сумел.
Это было извинение.
И вот уже прохладный свежий ветер трепал челку, принося с собой позабытый соленый запах моря, а крики чаек заполнили голову, пустую и звонкую после перемещения. Хизаши лежал на спине, и над ним синим куполом раскинулось бескрайнее ясное небо. Он развел руки в стороны и не обнаружил рядом ничего, кроме травы и мелких камушков.
– Кента? – хрипло позвал он. Страх еще не успел охватить его, как раздался ответ:
– Я здесь.
Хизаши
