Да и просто, блин, ну как надо сообщать о таком? Вот он как-то не в курсах оказался. Тем более что сам кричал, что больше ни за какие коврижки ее в церковь не пустит. А тут — не просто привел лично, а еще и венчаться хочет. Куму не станет интересно: с чего вдруг?
И не скажешь же, что ради любого шанса для ее здоровья готов не то, что в церковь, в Тибет к шаманам отправиться. Да и, вообще, он не собирался говорить Бусинке о своих страхах и подозрениях Лехи. Ни при каком раскладе. Не фиг еще и ей нервничать.
Федот и Лысый отошли, пока они тут начали свои разборки, и отвернулись, ну, не при делах, типа. А поп то и дело поглядывал, переминаясь на месте, словно не знал, куда себя приткнуть. И чему-то удивлялся, если по выражению морды судить. Ну и фиг ним. Не до священника.
— Так я не понял ответа? Ты че, против, малышка? — он оттянул ее голову от своей груди и заглянул в глаза своей Бусинки.
— А ты не пожалеешь потом? — чуть нахмурившись, спросила его малышка, закусив нижнюю губу. — Почему ты вдруг решил это сделать?
— Да мне, по факту, без разницы, Бусинка, что это меняет? Я тебе по себе все сказал, — подмигнул ей Вячеслав. — Только для тебя-то это не так. И важно, если этому попу верить, — он махнул головой в сторону священника. — Так что, прекращай мне рыдать, — распорядился Вячеслав. — Пошли уже? У нас не так и много времени. Да и Федот, вон, кайф не ловит. Он мне еще и крещения своего не спустил. А тут…
— Ты поэтому крестился? — Агния только сейчас связала эти факты, уже не в силах осознать, что и Федоту пришлось идти на такие «жертвы» по прихоти и идее Вячеслава. Ради того, что он захотел сделать для нее.
— Ну, без этого, типа, ничего не выйдет, разве не так? — снова улыбнулся Вячеслав.
Агния смогла только кивнуть, поняв, что не совсем понимала, насколько именно он ее любит и как беспокоится обо всем, что имеет для нее значение. А она вчера боялась, что уже надоела Вячеславу… Сейчас все эти страхи и сомнения показались такими глупыми и мелкими.
— Пошли, — кивнула она, соглашаясь с таким неординарным предложением.
— Вот и ладненько. Умница моя.
Вячеслав проговорил это с облегчением, будто и правда думал, что она может отказаться. Спрятав улыбку, Агния поправила платок, воспринимавшийся сейчас ею однозначно, и пошла вместе с ним в основной зал храма, куда уже ушел отец Игорь, чтобы освятить кольца.
«Свидетелем» с ее стороны, то есть «дружкой», оказался Вова. В общем, неожиданно, конечно. Хотя, как посмотреть. О роли Федота и сомневаться не приходилось. Разумеется, как и обычно, он всегда и во всем поддерживал Вячеслава, даже если не совсем был согласен с действиями друга. Правда сейчас Агния не видела в нем ни ехидства, ни насмешки. Наоборот, какую-то серьезность.
Она же была настолько поглощена самим фактом, всем этим событием, нежданно происходящим с ней, с ними, что просто смотрела на все, впитывала, оставив осмысление и осознание на потом. На то время, когда сможет сесть и неторопливо все вспомнить, обдумать, прокрутить в памяти мельчайшие подробности.
Огонек ее свечи немного дрожал из-за нетвердых рук, пока Агния слушала голос отца Игоря, казалось, наполнивший весь храм. И в какой-то момент она осознала, что боится смотреть на свечу Вячеслава, и молится о том, чтобы Бог отмерил им равный срок. Так, чтоб «в один день», и никак иначе, потому что не могла представить, что будет существовать без любимого.
И все же, как ни странно, голос ее не дрогнул, когда Агния подтверждала свое согласие. А когда Вячеслав решительно и громко подтвердил свое намерение, у нее в душе вдруг вспыхнул такой восторг, такое счастье, что захотелось петь. Громко. Не как в студии, а искренне, от всей души. В полный голос подхватить восхваляющие Господа псалмы, которые священник сейчас зачитывал в одиночестве, потому как постарался избежать нежеланных для них свидетелей.
И даже кольцо, которое Вячек надел на ее палец сейчас рассмотреть не могла, боясь оторваться от его лица, упустить хоть что-то. Решила, что это успеется. Зато то кольцо, что сама ему на палец надела, рассмотрела, потому как оно совсем на обручальное не походило. И это оказалось приятно. Проведя достаточно времени с этим мужчиной, она уже понимала, что раз он постарался выбрать неоднозначное кольцо, значит собирался носить его постоянно. Агния отчего-то восприняла это как факт принятия Вячеславом их венчания. Словно бы то, что происходило сейчас, значило для него куда больше, чем даже его крещение.
Глава 39
Всю дорогу домой она рассматривала свое кольцо: широкое и плоское, из какого-то белого металла по центру и с каймой отполированного золота по краям. На полосе белого металла одной линией располагались три камня. Поскольку они невероятно напоминали камни в ее кулоне, Агния не сомневалась, что и это бриллианты.
— Нравится?
Видимо Вячеслав, даже следя за дорогой, заметил ее интерес.
— Очень-очень, — совершенно искренне призналась Агния, одарив его счастливой улыбкой. И посмотрела на человека, который теперь перед Богом и людьми был ее мужем. — Только, наверное, я не смогу его носить постоянно, да? — с разочарованием она вновь глянула на безымянный палец своей правой руки, где сейчас это кольцо весело поблескивало камнями. — Это будет выглядеть подозрительно?
— Ты можешь носить его на другой руке, или на среднем пальце, — передернув плечами, заметил Вячеслав, — я так понимаю, что не это самое важное во всем этом вашем венчании.
— Ты свое будешь носить, да? — почему-то испытывая робость, спросила Агния, косо глянув на массивную золотую мужскую печатку, которая сейчас красовалась на пальце Вячека, куда Агния надевала ее дрожащей рукой всего час назад.
Вячеслав усмехнулся и протянул руку, обхватив ее щеку ладонью, мягко погладил, так, что Агния даже зажмурилась от удовольствия, и так глянул… В общем, и не сказал ничего, а она поняла, что была права — он это кольцо точно не снимет. Не по своей воле. Ведь оно в полной мере символизировало всю степень ее принадлежности ему.
— Голодная? — вместо этого спросил Вячек.
— Безумно, — улыбка Агнии стала шире. — Готова начать от тебя кусочки откусывать, — шутливо пригрозила она.
— Тпру, — Вячек вскинул руку, которой поглаживал ее щеку. — Лысый уже погнал в ресторан за праздничным обедом. Назад он короткой дорогой поедет. Лучше дождись, сто пудов, там будет что-то вкуснее, чем я, старый и потасканный…
Агния расхохоталась:
— Ты самый лучший! — она прижалась щекой к его плечу и обхватила любимого за пояс. А потом немного привстала на сиденье и коснулась губами его шеи в расстегнутом вороте сорочки. — И вкусный, — лукаво прищурившись, добавила она. — Все-таки, лучше я тебя съем…
