— Спорим, я первый до тебя доберусь? — изогнув бровь, хмыкнул Вячеслав, обхватив ее затылок рукой, чтоб не дать отстраниться. И чуть наклонившись, хоть и продолжал смотреть на дорогу, так же шутя, как и она, легко прихватил зубами ее ухо. — Лучше дождись обеда, малышка. Там еще и Федот какой-то сюрприз для тебя приготовил. Человек так парился, не порть и ему праздник, а?
— Сюрприз? — тут же с любопытством переспросила Агния и уставилась на Вячеслава.
— Я не в курсе, — тут же открестился Вячеслав. — Мне от него ничего не светит, Андрей мне своего крещения еще не спустил, сказал, чтоб я до похорон больше от него никаких подарков не ждал. Так что это только тебе такая милость от него светит. И он от меня шифровался. Вот и жди до обеда, тогда все узнаем.
Агния, которая и так получила столько нежданных «подарков» и чудес сегодня, даже не представляла, чего еще ждать. Тем более от Федота.
Андрюха подарил Бусинке фотоаппарат. Не, ясно, что какой-то навороченный и крутой, суперсовременный, но Боров все равно чего-то не догонял:
— Блин, Андрюха, на кой ляд ей эта мыльница?! — поинтересовался Вячеслав, наблюдая, как смущенная малышка неуверенно вертит коробку в руках.
— Сам ты «мыльница», — огрызнулся Федот. — Тут три мегапикселя, ЖК-экран и зеркала. Мне под заказ привезли. Много ты понимаешь, — продолжал ворчать друг. Взял у Агнии коробку и, раскрыв, начал показывать какие-то кнопки. — Тебя, придурка, фотографировать будет малышка. Или, лучше, Плюха, он более благодарная скотина, — не паливно так намекнул Федот.
Боруцкий расхохотался, не поняв, что именно в этот момент Агния и начала практиковаться со своим «подарком». А малышка, тут же принявшись рассматривать его хохочущую физиономию на маленьком экране, заулыбалась во всю лукавую мордочку. И привстав на носочки, чмокнула Федота в щеку:
— Спасибо большое, — поблагодарила его малышка этого типа.
— Эй, я не понял, а ну отвалил от моей жены, — нахмурился Вячеслав типа в шутку и двинулся к этой парочке. — А то счас по башке получишь, — крепко обняв Бусинку, пригрозил он ухмыльнувшемуся другу поверх макушки малышки.
Эти умники, даже Лысый, рассмеялись. Да и сам Вячеслав не выдержал мины, ухмыльнулся в ответ, подумав, что как-то странно ее так называть — жена. Его Бусинка. Его малышка. Его жена. Странно. Но так, по-хорошему странно. Что внутри тепло и хорошо становится. И все правильно.
Кольцо Агния решила носить на среднем пальце правой руки, правда, для этого его пришлось немного «раскатать», как объяснил Вячек. Впрочем, ее муж это быстро уладил. А еще — купил какой-то специальный принтер, когда Агния захотела распечатать те фотографии, которыми уже успела заполнить карту памяти новенького фотоаппарата. И теперь она была занята тем, что придумывала, куда расставлять и развешивать снимки. Вот и сейчас, возвращаясь из студии, где они записывали сегодня песню, она попросила Вову заехать в магазин. И накупила огромное количество всевозможных рамок: деревянных и пластиковых, сдержанно-серебристого, коричневого и даже ярко-желтого цвета.
Полностью поглощенная мыслями о том, какое фото в какую рамку будет вставлять, она на «автомате» зашла в дом, совершенно не рассчитывая кого-то встретить. Да и тихо было так, что сложно было б предположить, что кто-то есть. Потому, свалив на диван свой груз, Агния заторопилась к лестнице, горя нетерпением принести со второго этажа стопку фотографий. И, честного говоря, прилично испугалась, заметив краем глаза какое-то движение за столом. Даже за сердце схватилась, охнув, совсем не ожидая застать сейчас на кухне Вячеслава, который утром говорил, что вернется поздно, и не перезванивал Агнии, чтобы порадовать быстрым возвращением.
Тем не менее, именно Вячек сидел сейчас на полу кухни, опираясь на одну из ножек стола. Около него стояла бутылка коньяка, определенно начатая, и полупустой бокал. В руках Вячеслав держал какие-то бумаги, которые видимо, читал до того, как появилась Агния. Увидев же ее, а может и всполошившись из-за ее вскрика, Вячеслав моментально оказался на ногах и через секунду уже подскочил впритык:
— Ты что, Бусинка? Что случилось? — обхватив руками ее плечи, Вячеслав наклонился, всматриваясь Агнии в лицо.
А она рассмеялась. Испуг сменился облегчением:
— Я совершенно не ждала никого дома застать, вот и испугалась, — объяснила Агния, крепко обнимая мужа.
Вячек кривовато усмехнулся:
— Ну, прости, малышка. Не собирался. Думал, наоборот, сделаю сюрприз, — муж передернул плечами, притянув ее ближе.
— Сюрприз почти удался, — рассмеялась Агния и с удовольствием прижалась щекой к его груди, ощущая, как он целует ее в макушку. — А ты почему так рано? Что-то не так? — запрокинув голову, она заглянула в лицо мужа, пытаясь за блеском в глазах, явно вызванным выпитым коньяком, угадать настроение.
Вячеслав улыбнулся шире и покачал головой. Сильно-сильно обнял ее за плечи:
— Наоборот, Бусинка, — он погладил ее пальцами по векам, бровям, обхватил ладонью щеку. — Все просто шикарно. Теперь, все путем, — она зажмурилась, когда Вячек стал гладить ее по волосам. — Ты песню свою записала? — погрузив пальцы в ее пряди, поинтересовался он.
— Да, — Агния только улыбнулась, не желая шевелиться, чтобы не мешать ему, потому что от каждого движения любимого испытывала удовольствие. — Записали, диск я тебе привезла.
— Хорошо, — Вячеслав кивнул, с каким-то завороженно-задумчивым выражением глядя на то, как проскальзывают между его пальцев ее волосы. — И ты мне ее вживую споешь, лады?
— Хорошо, — с готовностью согласилась она. Помолчала. А потом решила, что лучше сама скажет, ей Вячеслав не будет грубить. — Вячек, там Михаил опять насчет того концерта говорил, он очень хочет, чтобы я начала выступать. Ты не сердись на него, когда он позвонит, хорошо? Я сказала, что ты не разрешил, но он хочет переубедить и…
— А ты сильно там спеть хочешь? — прервав ее торопливые объяснения, как-то так спросил Вячеслав, что она замолчала, уставившись на него. И вздохнул, но не начал сердиться, вроде.
Агния немного смущенно сжала губы, глянула на него из-под ресниц:
— Хочу, — тихо призналась она прерывающимся голосом. — Понимаешь…
— Тогда можешь сказать Михаилу, что я разрешил. Хотя, — остановился Вячеслав, когда Агния все еще ошарашенно смотрела на любимого. — Не надо, я сам скажу, и серьезно с ним побазарю, насчет всего этого. Но если ты хочешь — я не против, — опустив лицо между ее шеей и плечом, Вячеслав, кажется, прикрыл глаза.
Все еще ничего не сказав, Агния молча глянула на бутылку с коньяком: вроде Вячек и выпил мало, бутылка казалась только открытой. Может это вторая? С чего это он вдруг так кардинально изменил свое мнение?
