* * *
Чердак был все таким же, как и при Северусе: пыльным в одной половине и идеально чистым в другой. Гарри с тоской уставился на два больших шкафа, в одном из которых хранились готовые зелья, а в другом - ингредиенты. Один из ящиков был приоткрыт, Гарри подошел ближе и заглянул в него. Там лежали пергаментные свитки. Достав один, Гарри пробежал его глазами. «Свойства златоцвета сушеного», - гласил сделанный неразборчивым почерком заголовок. Неизвестная фамилия, третий курс Слизерина… Жирная «О» на полях - Гарри не поверил своим глазам. Чтобы Северус поставил кому-то из своих слизеринцев «О»?
- Поттер, - раздался негромкий голос. Гарри обернулся - Малфоя он сразу не заметил, даже несмотря на то, что знал, что он здесь. - Принес свою книгу? Давай сюда.
Гарри послушно протянул Малфою книгу, не отрывая от него взгляда. В полумраке кожа Малфоя казалась нездорово зеленоватой.
- Поттер, тебя в детстве не учили, что вот так разглядывать людей неприлично? - ехидно поинтересовался Малфой, листая книгу. Гарри сконфузился и отвернулся, направившись к двери, но его остановил голос Малфоя. - Погоди. Сядь пока. Зелье надо делать с индивидуальной настройкой…
Гарри послушался, опустился на единственный стул у окна. На спинке висела черная мантия, так знакомо пахнущая травами.
Гарри сам не заметил, как неудобно развернувшись на стуле, вцепился в мантию обеими руками, уткнулся в нее лицом и еще, кажется, тихонько поскуливал…
Его мягко потрясли за плечо.
- Поттер, - голос Малфоя был участливым, но настойчивым. - Поттер, успокойся. Возьми себя в руки.
Гарри честно попытался. Не вышло. Под нос ему подсунули маленькую бутылочку.
- Умиротворяющий бальзам, - проинформировал его Малфой. - Выпей и приди в себя.
В этот раз вышло лучше. Гарри даже смог оторваться от мантии и сесть ровно.
- Замечательно, - Малфой был тактичен, что казалось просто невозможным для Малфоя. - Теперь сиди спокойно, мне надо взять у тебя кровь и волосы.
Гарри послушно не двигался, пока Малфой набирал в пробирку кровь из вены и отрезал заклинанием прядь волос.
- Разве их можно добавлять в зелья? В рецептах же этого не написано, - поинтересовался он. Малфой, уже разводя огонь под котлом, покосился на него.
- С каких это пор ты стал интересоваться зельеварением? - фыркнул он. Вопрос явно был риторическим, но Гарри ответил.
- Я на Гриммаулд Плейс себе зелья сам варил.
- Неудивительно, что ты сейчас в скверном состоянии… - тихо пробормотал Малфой и уже громче ответил на вопрос Гарри. - Для некоторых целебных зелий можно использовать вместо простой воды особый отвар на основе частиц тела человека, для которого они предназначены. А теперь сгинь отсюда, Поттер, тебя и близко к котлам подпускать нельзя…
* * *
Несмотря на то, что Гарри полдня осваивал данный ему комплекс упражнений под руководством Джеймса, ему не спалось.
Это было более чем странно: он еле-еле дополз до кровати, явно перетрудившись и заработав выговор от Малфоя и укоризненный взгляд от Тибби, и был твердо уверен, что уснет, едва его голова коснется подушки.
Но он всего лишь продремал часа три, вскакивая от любого движения за стеной, а потом просто лежал без сна, глядя в потолок и мечтая. Пытался представить, каково это было бы, если бы рядом сидел Северус, обнимая его за плечо или поглаживая живот.
Не представлялось.
Только хотелось плакать, скулить, стонать от невыносимой боли где-то в сердце.
И поэтому едва слышные стоны и всхлипывания были почти естественными…
Гарри резко сел и прислушался. Ему не показалось, как он сначала подумал. И слышны были эти странные звуки из коридора.
Торопливо вскочив и набросив на себя мантию, Гарри вышел в коридор, беспокоясь за Джеймса. Но, подойдя к его двери, понял, что в комнате Джеймса тихо. Звуки доносились с другой стороны…
И это обескураживало и пугало, потому что Малфой не мог плакать. По определению. Малфои не плачут, всегда был уверен Гарри, они заставляют плакать других…
Он медленно заглянул в комнату Джеймса. С братом все было в порядке - он спал, обняв руками подушку, на полу у кровати лежал старый облезлый плюшевый медведь. Гарри подавил желание подойти, поднять игрушку и положить рядом с Джеймсом, слушать плач и всхлипы из соседней комнаты было физически больно. А тянуть время, прежде чем разбудить и успокоить Малфоя - стыдно.
Собрав в кулак всю свою смелость, Гарри постучал в дверь Малфоя, надеясь, что тот не спит или проснется от стука.
Звуки не прекратились, и Гарри, выждав на всякий случай пару секунд, толкнул дверь.
И застыл на пороге.
В свете не выключенного ночника ясно было видно, как бьется, словно под Круциатусом, Малфой, а из тонких, неглубоких, но длинных шрамов на шее, сочится кровь.
Гарри стоял недолго, почти тут же он сорвался с места и бросился к Малфою, отчаянно жалея о своей неспособности колдовать, потряс его за плечи, вспоминая, как его самого будил на четвертом курсе Рон, когда ему снились кошмары.
Малфой открыл глаза.
Всхлипы превратились в тонкий, едва слышный скулеж на одной ноте, непрекращающийся и жуткий. Пустые глаза Малфоя смотрели сквозь Гарри. По лицу катились слезы, а рука, словно сведенная судорогой, до боли крепко сжимала запястье Гарри.
Гарри закусил изнутри щеку, наблюдая за Малфоем, который теперь неподвижно вытянулся на кровати. Цветом кожи он напоминал мертвеца. Синие круги под глазами были видны даже при слабом свете ночника. Несколько минут, которые прошли прежде, чем Малфой пошевелился и осмысленно посмотрел на Гарри, показались тысячелетиями.
- Поттер, твою мать… - хрипло пробормотал Малфой, сфокусировав взгляд, наконец, на лице Гарри. - Какого…? Впрочем, сам знаю… - он вздрогнул, лицо явно передернуло судорогой. - Дай воды, раз ты тут… Только не вздумай сам колдовать, позови Тибби…
- Тибби, воды! - только по собственному дрожащему голосу Гарри понял, как переживал отчего-то за Малфоя. Стакан возник на тумбочке, Гарри протянул его лежащему Малфою. Было странно видеть, как он, стыдящийся своих слабостей - Гарри уже успел это узнать о Малфое - пытается сесть, хватаясь за плечо Гарри. Руки Малфоя заметно дрожали, и Гарри не выдержал, помог ему приподнять голову и поднес стакан к губам.
Малфой не сопротивлялся, только глотал холодную воду. Потом отвел дрожащей рукой стакан. Благодарно кивнул и прикрыл глаза.
- Что с тобой? - осторожно поинтересовался Гарри, опасаясь нарваться на грубость. - Может, вызвать колдомедика?
- Ни хрена не поможет, - неожиданно легко отозвался Малфой. - Ничего уже не поможет. Надеюсь, к утру все закончится…
- Что закончится? - Гарри присел на край кровати - стоять было тяжело.
