существо влилась божественная сила.
Джапа продолжалась следующие три дня без перерыва. Он настроился на мантру, и это утвердило его в конечном состоянии абсолютной тишины, выведя раз и навсегда за пределы ограничений тела и ума. Когда он об этом вспоминал, он говорил: "Этот нищий умер у священных ног Свами Рамдаса в 1952 году, и с тех пор для него существует только Бог."
Какое-то время после этого он оставался в ашраме. Но божественный экстаз, который он переживал, стал отвлекать других обитателей ашрама. Они пожаловались Свами Рамдасу, и тот попросил его уйти. Рамсураткумар взмолился: "Куда я пойду? Я не знаю, как жить в этом мире, или мне просить милостыню?" Ответ попал в точку: "Да, стань нищим!" Свами Рамдас со всем состраданием добавил: "Под сенью дерева баньяна могут расти лишь кусты да колючки — для другого большого дерева нет места. Так что, ступай. Но постой, куда ты отправишься?" "На Аруначалу", ответил Рамсураткумар. Свами Рамдас был несказанно рад! Он подарил ему шерстяную шаль со своего плеча. С тех пор эта шерстяная шаль стала визитной карточкой облачения Рамсураткумара — даже в самые жаркие летние месяцы в Тируваннамалае.
Прежде чем навсегда поселиться в Тируваннамалае, Рамсураткумар с 1952 по 1959 год в состоянии экстаза путешествовал по Индии. Он провёл эти семь лет, посещая святые места и реализованных людей, всё время оставаясь в непотревоженном состоянии самадхи. Когда же он ступил на священную землю Аруначалы, его нормальное состояние сознания вернулось к нему полностью. В этом состоянии он и пришёл в Раманашрам в 1959 году, и именно тогда я впервые повстречал его. Я разговаривал со своим учителем Т.К.Сундареша Айером, когда увидел перед собой этого растрёпанного косматого 'безумца'. Как только я об этом подумал, Т.К.Сундареша Айер повернулся ко мне и сказал: "Это не безумец, это йоги. Ганеша, это Сиддха Пуруша. Он голоден, поэтому пойди внутрь, найди еды и принеси ему." В те времена еда в ашраме была дефицитом. Несмотря на это, я взял за правило кормить Рамсураткумара, когда только было возможно. Позже он сказал мне, что именно Т.К.Сундареша Айер назвал его Йоги Рамсураткумаром, и с тех пор это имя прижилось. Он жил в небольшой хижине по соседству с ашрамом под названием Рамана Нагар и гулял по всей горе, как и его мастер Рамана Махарши. Обходя вокруг горы, я часто видел его на кладбище, прыгающего с одной могилы на другую, повторяя ' Ом Шри Рам Джай Рам Джай Джай Рам'. В те годы у меня было много возможностей контактировать с Йоги Рамсураткумаром. Я не знал тогда, что существуют духовные узы, связывающие нас. Позже в 1962 году он начал жить в храме, а также под деревом пуннай на железнодорожной станции.
Я потерял с ним контакт с того момента, как занялся работой в ашраме — принимая активное участие в выпуске Горной Тропы. Но иногда он попадался мне на глаза на автобусной станции во время моих поездок в Ченнай. Он появлялся неожиданно, дарил мне цветок и потом просил: "Ганеша, пожалуйста, дай мне рупию." Только в 1980 году после перерыва в несколько лет я снова вошёл с ним в контакт. В ашраме с размахом шла подготовка к празднованию столетия Бхагавана с множеством торжеств и богослужений. По миру даже ездила группа, распевая песни Бхагавана. В один из дней Йоги Рамсураткумар встретил меня и сказал: "Ганеша, местным людям не по душе то, что происходит в Раманашраме. Они говорят, что это институт браминов и что здесь поют только на санскрите. Когда Бхагаван был жив, пели тамильскую параяну из Собрания Произведений Бхагавана. Возобнови её." Я пытался это сделать, но за исключением двух или трёх старых преданных больше никто не знал параяны полностью. Я избегал встречи с Рамсураткумаром, так как он очень настаивал на этом своём требовании.
Кунжу Свами обучает Анурадху тамильской параяне — 'Нул Тхиратту'
Он разрешил эту дилемму в своей неподражаемой манере. Моя подруга Анурадха пришла жить на Аруначалу в 1983 году. Мой брат Мани тоже оставил работу и переселился в Тируваннамалай, чтобы помогать работе ашрама. Вместе они помогали мне руководить ашрамом, так как его деятельность значительно возросла. Во время праздника Картикай в 1983 году Анурадха, Канакамма (старая преданная Бхагавана) и я стояли возле храма, наблюдая за передвижением огромной деревянной повозки. Вдруг откуда ни возьмись, появился Рамсураткумар и, схватив меня за рукав, произнёс: "Ганеша, этот нищий давал тебе знать, что хочет с тобой встретиться, чтобы попросить возобновить тамильскую параяну. Но ты избегаешь меня." Он был в своём наряде из нескольких шалей, с чашей из скорлупы кокоса, палочками и большим веером в руках. Анурадха была напугана зрелищем этого 'безумца', внезапно приставшего ко мне — то был её первый даршан с Йоги Рамсураткумаром! Я согласился, что избегаю его, так как не могу найти того, кто взял бы на себя трудную задачу выучить всё Собрание Произведений Бхагавана на тамильском и научить этому других, чтобы исполнить параяну. Он тут же повернулся к Анурадхе и сказал: "Она возьмёт на себя это задание!" и исчез в толпе так же неожиданно, как появился. Анурадха, всё ещё ошарашенная его растрёпанным видом и фамильярностью, с которой он ко мне обращался, спросила: "Что это за безумец, который пристаёт к тебе и отдаёт приказы? О какой тамильской параяне он говорил?"
Какая-то сила, должно быть, передалась от Йоги Анурадхе, потому что она начала учить Собрание Произведений Бхагавана у Канакаммы и Кунжу Свами и петь то, что успела выучить, у гробницы Бхагавана. Её пение привлекло многих женщин, так как они никогда не слышали, как поётся тамильская параяна. Когда Кунжу Свами обучал Анурадху, он говорил: "Ты должна выучить это наизусть, иначе я не буду учить тебя." Вскоре она знала каждый стих из Собрания Произведений наизусть и научила всех желающих женщин. Рамани, жена моего брата, учила стихи особенно ревностно. Йоги Рамсураткумар всегда осведомлялся о ходе подготовки параяны. Через несколько лет, когда Анурадха выучила и подготовила шесть дней параяны, Йоги спросил её: "Сколько дней параяны готовы?" Когда она ответила, что готовы шесть дней, Йоги спросил её: "А как насчёт воскресенья?" Анурадха, очень смелая и сообразительная женщина, отпарировала: "В воскресенье — шаббат." Йоги Рамсураткумар прыснул со смеха и сказал: "О, тогда по воскресеньям выходной." Даже по сей день в Раманашраме по воскресеньям не поют тамильскую параяну!
