DCXXXIX. Титу Помпонию Аттику, в Рим
[Att., XIII, 20]
Арпинская усадьба, 2 или 3 июля 45 г.
1. От Цезаря я получил письмо с утешением, отправленное в канун майских календ из Гипсала3127. Что обнародовано насчет увеличения Рима3128, я не понял; я очень хотел бы это знать. Что Торквату приятны мои услуги, легко допускаю и не перестану умножать их3129.
2. К речи о Лигарии прибавить насчет жены и падчерицы Туберона я и не могу уже (ведь она разошлась) и не хочу оскорблять Туберона3130; ведь он удивительный любитель обвинять. Театр у тебя был, во всяком случае, прекрасный3131.
3. Хотя я и очень легко чувствую себя в этом месте, тем не менее жажду видеть тебя. Поэтому приеду, как я решил. Брата ты, я думаю, встретил. Поэтому очень хочу знать, что ты сделал.
4. Насчет молвы3132 совсем не беспокоюсь; впрочем, я тебе тогда глупо написал «нисколько не лучше»; ведь нечего беспокоиться. А видишь, как по-философски следующее: «в течение всей своей жизни никто не должен ни на ноготь отступать от чистой совести»? Или ты полагаешь, что я понапрасну держу это3133 в руках? Я не хотел бы, чтобы ты был огорчен тем, что это не имело значения. Ведь я снова возвращаюсь туда же. Ты думаешь, что я во всем этом забочусь о чем-либо другом, кроме того, чтобы не быть по отношению к ней небрежным3134. Я, разумеется, стараюсь, чтобы было видно, что я держусь своих решений. «Ведь им не...»3135. Мне хотелось бы быть в силах так переносить домашние дела, как презирать то. Но ты считаешь, что я захотел чего-то, что не было совершенно? Свое мнение, разумеется, нельзя высказывать; тем не менее не могу не одобрить того, что тогда было сделано, и все-таки прекрасно могу не беспокоиться, как я и поступаю. Но слишком много о пустяках.
DCXL. Титу Помпонию Аттику, в Рим
[Att., XIII, 22]
Арпинская усадьба, 4 июля 45 г.
1. Насчет Варрона3136 я не без причины так настоятельно спрашиваю твое мнение. У меня кое-какие возражения, но о них при встрече. Тебя же я вплел с величайшей радостью и буду это делать чаще. Ведь из твоего последнего письма я впервые узнал, что ты не против этого.
2. Насчет Марцелла3137 Кассий написал мне раньше, Сервий — все подробности. О несчастье! Возвращаюсь к первому.
3. Предпочитаю, чтобы мои сочинения были только у тебя, но чтобы они отдавались на сторону тогда, когда мы оба признаем нужным. Я и не ставлю в вину твоим переписчикам, и не осуждаю тебя, и тем не менее написал тебе кое-что другое, — что у Цереллии есть кое-что, которое она могла получить только от тебя. Бальба же, как я понимал, следовало удовлетворить; я только не хотел, ни чтобы Бруту было дано устаревшее, ни чтобы Бальбу — начатое3138. Как только увижу тебя, пошлю Варрону, если ты признаешь нужным. Но почему я колебался, ты узнаешь, когда я увижу тебя.
4. Весьма одобряю, что ты взыскиваешь переведенные на меня долги3139. Огорчаюсь, что ты мучаешься из-за имения Овии. Что касается нашего Брута, — очень досадно, но такова жизнь. Женщины же3140 — едва ли достаточно добры, раз они негодуют, хотя обе послушны долгу. Требовать денег от писца Туллия у тебя не было основания; ведь я поручил бы тебе, если бы оно было. Ему ничего не внесено во исполнение обета, но у него есть кое-что мое3141; это я и решил обратить на это дело3142. Поэтому и я правильно сказал тебе, где они, и он в разговоре с тобой справедливо отрицал. Но я сам немедленно доберусь до этих самых денег. Полного одобрения роще я у людей не нахожу3143, так как она несколько заброшенная, но это понятно. Однако и это — как ты найдешь нужным, так как всё зависит от тебя. Я приеду, как я решил. О, если бы и ты в тот же день! Но если что-нибудь помешает (ведь есть многое), то обязательно на другой день. Ведь сонаследники: ими я, если не поможет твое лукавство, могу быть уничтожен. Вот уже во втором письме ты мне ни слова об Аттике. Но именно это и подает мне наилучшую надежду; обвиняю в одном — не тебя, а ее: ни даже привета. Но ты и ей и Пилии — самый большой и все-таки не давай ей понять, что я сердит. Письмо Цезаря посылаю — на случай, если ты не читал его.
DCXLI. Титу Помпонию Аттику, в Рим
[Att., XIII, 33, §§ 4—5]
Тускульская усадьба, 9 июля 45 г.
4. Мы говорили о Варроне; волк в басне3144. Ведь он приехал ко мне и как раз в такое время, что его следовало задержать. Но я повел себя так, что не «разорвал пенулы»3145 (ведь я помню твое выражение): и многие присутствовали и я не был подготовлен. Что за дело? Немного погодя — Гай Капитон с Титом Карринатом; их пенулы я едва коснулся, однако они остались, и случилось прекрасно: Капитон случайно заговорил об увеличении Рима — от Мульвиева моста Тибр направляется вдоль Ватиканских холмов, Марсово поле застраивается, а то Ватиканское поле становится как бы Марсовым полем. «Что ты, — говорю, — а я — на торги, чтобы купить, если удастся, сады Скапулы». «Не вздумай, — говорит, — так как этот закон будет проведен; ведь хочет Цезарь». Со слухом я легко мирился, но огорчаюсь тем, что это происходит. А ты что окажешь? Впрочем, к чему я спрашиваю? Ты знаешь старание Капитона разузнавать новости; он не уступает Камиллу3146. Итак, ты сообщишь мне насчет ид3147. Ведь это и заставляло меня приехать3148. К этому я присоединил прочее, которое я, однако, легко смогу устроить двумя или тремя днями позже. Я все-таки совсем не хочу, чтобы ты изнемогал в дороге; более того, Дионисию прощаю3149.
5. Ты пишешь насчет Брута; я сделал так, чтобы по отношению ко мне он не был связан. Ведь вчера я написал ему, что его содействие в иды3150 мне не нужно.
