три машины как можно быстрее. Блокируем этот переулок и… Да тут действительно тупик, нам повезло, но на всякий пожарный два поста пусть займут выезды на Кожуховский проезд и улицу Трофимова.
Ираклия Абаканова и правда весь день не оставляло ощущение, что за ним пристально следят чьи-то глаза. Но в «Джус-Джокер» он все-таки поехал.
— ..Так, надо узнать, кому принадлежит этот игорный клуб. — Колосов из машины позвонил коллегам в «убойный» отдел МУРа и в столичный УБОП. Продиктовал название клуба и адрес, попросив пробить по банку данных, есть ли какая-либо полезная информация. Ответ пришел быстрее, чем он ожидал.
— Владелец клуба некто Кондаков Семен по кличке Валет, — сообщил он по рации. — Ранее неоднократно судим. По информации МУРа, имеет самые широкие связи в криминальных кругах, занимается ростовщичеством, ссужает деньги в долг. Игровуха эта, по сути, «малина», притон. Ну, вот мы, кажется, наконец, и оказались в нужном месте в нужное время. Видимо, здесь Абаканов-младший и назначил встречу своему наемному киллеру. И деньги привез, чтобы расплатиться с ним. Возможно, здесь они когда-то и познакомились, заключили договор… «Так, ребята». — Колосов волновался. Он был на пороге раскрытия такого дела! В этом он был железно уверен. И от этого у него пересыхало во рту, кулаки в бинтах наливались свинцовой тяжестью, а за плечами вырастали крылья — надо действовать, надо брать их обоих с поличным! Немедленно! — Так, орлы… Осмотрите внимательно игорный зал. Там должен быть второй — тот, с фотографии.
— Его здесь нет, Никита Михайлович, — через пару минут ответила рация.
— Где Ираклий?
— Мы его не видим, его увели из зала.
— Немедленно проверьте, есть ли в клубе запасной выход, — обратился Колосов к сотрудникам, машина которых блокировала Погрузочный тупик со стороны набережной.
— Запасной выход есть, взяли под контроль. Там у дверей один охранник, больше никого.
— Они оба там, в здании. — Колосов чувствовал, что ожидание убивает его. Возможно, пока он тут в машине раздает направо и налево цеу, Ираклий из полы в полу передает там, в этом игорном притоне, киллеру-стрелку свои двадцать шесть тысяч евро, вырученные за украденные из дома золотые византийские монеты. «Гад. Вот гад. А сестру, покойницу, в воровстве обвинял…»
— Так, всем приготовиться. Я иду в клуб с запасного входа. Со мной лейтенант Михайлов, Шухов и Бойко. Остальным оставаться на своих местах.
Колосов вышел из машины. Вывеска клуба призывно мигала, соблазняя рискнуть кошельком. Погрузочный тупик был забит машинами и снегом: дворники в оранжевых куртках скребли снег на набережной за углом, но сюда еще не добрались. Напротив высилось шестиэтажное здание заводского корпуса. Колосов мельком взглянул на его тусклые грязные окна — когда-то в этом корпусе был компрессорный цех, а теперь, по всей видимости, склады.
К запасному входу он со своей «группой захвата» направился вразвалку, неторопливо — со стороны посмотреть, приехала развлекаться, пар выпускать за рулеткой этакая «бригада» откуда-нибудь из Люберец или из «Наро-Фомы». Охранник преградил им путь: «Брателлы, тут не положено, ступайте в зал через главный вход». Но его культурно затолкали внутрь, за дверь — обошлось без предъявления «корочек». Конспиративно.
В игорном зале было накурено влом. У столов ошивались какие-то личности — стайка бритоголовых провинциальных качков, трое помятых субъектов с испитыми лицами, некто в модном прикиде, с актерскими манерами — пьяный, проигравшийся в пух и мрачный. Человека с фотографии Колосов не увидел. Внезапно раздался какой-то шум — охранник, которого вроде как нейтрализовали, ринулся в зал качать права. Лейтенант Михайлов (это была его недоработка) снова попытался его утихомирить, но не тут-то было:
— Откуда такие? Крутые, да? — Охранник лез в бутылку.
Тут в конце зала распахнулась дверь — видимо, услышали шум и в «чреве» клуба. В тусклом электрическом свете Колосов увидел две фигуры — высокую и приземистую, квадратную. Первый был Ираклий Абаканов, второго Колосов никогда прежде не встречал. Лишь потом, позже, он узнал, что это и был владелец заведения Семен Кондаков, более известный здесь, в Погрузочном тупике и по всей Автозаводской стороне, как папа Сеня, или Валет.
Ираклий моментально узнал Колосова, что-то тихо сквозь зубы бросил Валету и быстро, чуть ли не бегом направился к дверям главного входа.
— Задержите коротышку, я за ним. — Колосов, оттолкнув охранника, ринулся за Ираклием.
Они выскочили на улицу. «Тот, другой, явно посредник», — мелькнуло в голове Колосова. И вместе с этой мыслью мелькнула другая — молнией, вспышкой. Это было похоже на наваждение, на предчувствие…
Он так никогда и не смог впоследствии облечь это самое предчувствие в логическую форму, даже в слова — ясные, обычные, понятные другим. Он просто на мгновение замер, узрев прямо перед собой стену шестиэтажного заводского корпуса, которая, казалось, следила всеми своими слепыми окнами-глазами за Ираклием Абакановым, сбегавшим по ступенькам игорного клуба к своей машине. Там, в том больничном саду на Пироговке, тоже были обледенелые ступеньки… Они оба — муж и жена — были на них отличной мишенью для стрельбы из окна корпуса…
Луч заходящего солнца острой слепящей иглой вонзился в окно-глаз на четвертом этаже — это Никита тоже скорее почувствовал, чем увидел. Инстинкт сработал быстрее сознания — одним прыжком он настиг Ираклия и вместо того, чтобы схватить, резко толкнул его в сторону.
Они не услышали выстрела, но он был. Пуля впилась Ираклию в левое плечо, а должна была пробить здесь же слева сердце. Вскрикнув, он упал лицом в снег, еще ничего не понимая, ощущая только жгучую боль…
— Вон то окно!! — заорал Колосов не своим голосом. — Четвертый этаж, третье справа!
Он рванул пистолет из кобуры. К заводскому корпусу со всех сторон бежали оперативники. Они ворвались в здание. Пустые заброшенные цехи внизу, лестницы наверх, заваленные мусором. Колосов чувствовал, что сердце его вот-вот выпрыгнет из груди. О, как он ждал этого момента! Но он снова ошибся. Он думал, что все будет не так, совсем не так…
Пуля, выпущенная из винтовки, ударилась о бетонную переборку в метре от него. Тот, кто стрелял, не собирался вот так просто сдаваться. Такому Вильгельму Теллю (Колосов знал это по личному опыту лесной погони) бесполезно предлагать: «Бросай оружие. Выходи с поднятыми руками!»
— Спецпакет есть? Готов? — крикнул Колосов лейтенанту Михайлову. — Так мы его сто лет оттуда с верхотуры будем выковыривать. Еще угрохаем в горячке. А он нам нужен живым. Свидетелем, иначе все коту под хвост. Дай мне пакет, применим спецсредство! Прикройте меня.
Затрещали выстрелы. Хоронясь от шальных пуль, Колосов вбежал по лестнице на четвертый этаж и швырнул Шашку «черемухи»
