трех кандидаток. Соня расстроилась, ведь приглашала она восьмерых. В итоге выбрали одну, да и ту с испытательным сроком.
Женщина была невысокого роста, несколько замученая жизнью, чуть за тридцать. Она плотно сидела в декрете не первый год, но отчаянно жаждала получить работу у нас. Изначально, как бы сурово это ни звучало, я была против. Маленькие дети и работа плохо вяжутся между собой. Но девушка оказалась настолько хваткой, речь в свою защиту строила грамотно, доводы и аргументы приводила умело и основательно. В результате я сдалась, улыбаясь и хваля ее настойчивость. Такие уверенные в себе люди в нашем нелегком деле точно пригодятся. А дети, особенно чужие, имеют свойство очень быстро взрослеть.
Уже поздней ночью я упала на кровать совсем без сил. Столько эмоциональных потрясений после затишья дались нелегко! Уплывая в сон, я все вздрагивала, то и дело вспоминая все новые пункты в бесконечном списке дел на завтра. Так незаметно для себя и провалилась в сон. Но поспать мне не дали…
Я резко открыла глаза. Изнутри словно что-то толкнуло. Даже не сразу поняла, что происходит. У меня обострилось дежавю. Боль в голове, мутные мысли, на мне возится мужик…
Какого…?
— Что… такое…? — Я еле смогла промычать фразу, язык во рту опух и не слушался.
Меня перекатывали по кровати из стороны в сторону… связывая⁈
Мой организм был явно отравлен. В комнате было темно. Свет фонаря выцеплял знакомые очертания. Комната была вроде как моя! А что тогда в ней делает какой-то маньяк? И, самое главное, как он вообще сюда пробрался? У подъезда точно оставалась дежурить машина охраны. Неужели и их уложил? Бред же… черт… моя голова-а…
Меня подняли, словно безвольную куклу, и, хекнув, забросили на плечо. Я попыталась поднять голову, закричать. Но голова не поднималась, звуки не издавались. Было ощущение, что все мышцы из тела вынули, а язык во рту ощущался инородным, словно пельмень. Однозначно чем-то траванули. Я висела кульком вниз головой на плече у этого придурка. Голова никак не хотела выдавать адекватное решение.
Однако, текущие задом наперед из глаз на лоб слезы, почему-то меня отрезвили. Что же я вишу-то? Что же надо делать!
Сквозь головокружение и накатывающую тошноту поняла, что меня похищают из собственного дома. Из квартиры, в которой куча народа. Пробрало ознобом из-за страха за друзей. Неужели он всех отравил или сотворил что-то еще хуже? Нужно спасаться и всех спасать!
Сосредоточилась на своем внутреннем резерве, за эти дни он частично восполнился. Постаралась призвать силу и направить на самовосстановление и очищение организма.
Меня жестко скинули на подоконник, о который я ударилась животом и меня тут же вывернуло. Благо я висела аккурат головой в окно. Мой похититель тихо ругнулся и, подняв мою голову за волосы, вытер лицо шторой.
Боль трезвила, злила, активировала скрытые резервы. Стало чуть легче.
Получается, он в окно залез? Вот тебе и прелесть первого этажа… Но почему же все спят и никто меня не спасает? Как так-то? Мокрая, грязная, зареванная — такой беспомощной и жалкой я себя еще не чувствовала никогда.
Сам похититель перешагнул через меня, как через куль, и вылез на улицу. Окна находились достаточно высоко от земли, но, видимо, он что-то подставил. Мужчина начал тянуть и меня наружу. Моя футболка для сна задралась и я животом пропоролась об острые края фрамуги. Боль, словно хлесткая пощечина помогла сгруппироваться. А, может, начала действовать циркуляция очищающей магии. Я собрала все крохи энергии и, протянув руку, что было сил схватила его за яйца.
От неожиданности тот тихонько взвизгнул, дернулся, потерял равновесие и начал заваливаться с приступки. Падая, он интуитивно схватил меня за шкирку, и потянул за собой.
В момент свободного падения, говорят, перед глазами проносится вся жизнь? Брешут! Или то были взбрыки замутненного сознания? Ничего кроме приближающей земли и предвкушения сломанной шеи мне в голову не приходило.
Конечно, мне «повезло». Упала я на горе-похитителя сверху, плашмя. Вроде ничего не сломала, но высота была около пары метров, и приложилась я знатно. Дух вышибло напрочь.
Возможно, я даже вырубилась на какое-то время. Очнувшись, я почувствовала, что в тело частично вернулась чувствительность. Конечности кололо тысячами иголок. Уперевшись руками, приподнялась. Горе-похититель был без сознания. Хорошо, видать, тыквой своей пустой приложился.
Слезла с него. Холод земли и мелкие камушки вмиг поранили нежную кожу. Но и оставаться здесь было нельзя. Очнется — еще прибьет.
И я поползла вперед, продираясь через кусты, даже не понимая, в какую сторону двигаюсь. Неожиданно земля впереди пошла скатом вниз, и я, соскользнув рукой, покатилась кубарем вперед, отбивая и так содранные до мяса бока.
Удар вышел знатный. Ведь я выпала из палисадника на асфальт придомовой дороги. Прямо под колеса автомобиля.
Боль поглотила сознание. На периферии слуха я слышала, как хлопали дверцы, слышался мужской мат, топот ног. Потом меня аккуратно подхватили на руки и куда-то понесли. Сознание возвращалось урывками. То я жадно хлебала воду, стуча зубами о края стакана, и она струйками текла мне за шиворот. То резкий медицинский запах, мужчина в белом задавал какие-то вопросы. Тряска в транспорте, вроде поездки в карете скорой помощи. А мне становилось все хуже. Периоды бодрствования все короче. Сознание плыло, картинки, словно в калейдоскопе сменяли друг друга, вызывая то рвотные позывы, то обмороки.
Яркий свет и длинный коридор… неужели мой конец будет таким бесславным?
Глава 2
Не люблю больницы. Не люблю врачей. Смешно. Но, позвольте, быть врачом и быть пациентом — это две, скажу я вам, большие разницы.
— Словом, повезло тебе, Анна, — Олег легонько сжал мою ладонь, и, прерывисто выдохнув, неуверенно убрал руку к себе на колени.
Было забавно наблюдать за тем, как этот большой, сильный мужчина, чувствуя вину за случившееся, не может найти себе места.
— Олег, — я сама протянула руку и слегка погладила его по предплечью против шерсти, — заканчивай мыльную оперу. Никто не застрахован от подобного. Да и дуракам везет. Твои парни весь день толпу сдерживали. Кто же мог подумать, что народ настолько преисполнится в своем желании получить заветное, посредством магии, что кукушечку не удержит? Сам говоришь: родные подобных вывертов за этим горе-маньяком ранее не замечали.
— Шизики вообще хорошо шифруются. У нас как-то даже один украл чужой пропуск и в Думу на заседания две недели ходил. И никто его не заметил, не вычислил. Садовником вроде работал. Цирк.
—
