так переигрывать и буквально отбирать приз у человека, уже отметившего победу, и, наверняка, рассказавшего об этом всем родственникам и знакомым.
Подошла, наконец, к Пореченкову, понимая, что мне стоит натянуть улыбку. Никто бы сейчас не понял моих душевных мытарств. Ведь справедливость восторжествовала! Я победила, мне вручен мой приз. Да еще и дарована возможность слетать в Америку, пусть и бестолково, но мало ли каких я могу и там дел натворить? Была бы возможность…
Так я и стояла, слушая дифирамбы, сама же еле удерживала в руках стеклянное подтверждение моих нечеловеческих заслуг. Глыба стекла тянула к земле не хуже якоря. Ведущий, наконец, понял мои мытарства и булыжник из рук моих забрал, вручив букет и диплом. Мне даже дышать легче стало. Заколдовала она, что ли, этот неудачный кусок переработки стеклотары?
Фотовспышки, объятия, так и не ставших мне близкими, людей, шум, смех, прощальные матюги режиссера. Ночь, улица, фонарь. Девчонки и мальчишки, возвращающиеся гурьбой в нашу квартиру и продолжающие гулянку до утра.
А в голове лишь белый шум. В груди — звенящая пустота.
Постфактум мне защитана одна битва. Но это уже не имеет никакого значения: основное сражение проиграно. Это конец.
А потом я ушла к себе, села на диван и просидела так несколько дней. Меня тормошили, орали на меня, таскали за шиворот на тренировку. Но я словно впала в какую-то коматозную дрему. Сидела с открытыми глазами, но отсутствующим взглядом.
* * *
После ванной, как ни странно проснулся аппетит. Я не могла вспомнить, что ела за последние дни и ела ли вообще. Это время словно выпало из жизни. Мое сознание проходило перезагрузку, обновление, форматирование и дефрагментацию одновременно, отчего и случился сбой и висяк.
Я смотрела непонимающе на грустные лица подруг, задаваясь лишь одним вопросом: что вообще происходит?
— Аня. Ты меня бесишь! Ты, которая нас организовала. Строила все это, — Рита развела руками, показывая вокруг, — Чего ты развалилась? Ты что сдалась?
— Рит, ну не начинай.
— Да что не начинай? Тут уж впору заканчивать! Что происходит, я тебя спрашиваю?
— А то, что я взяла себе орешек не по зубам! Ты понимаешь, что такое конец света? А я это видела! Я сдохла там как таракан, прибитый тапком. И даже мокрого места не осталось.
Рита, как и Соня за ее спиной, стоят, замерев, с широко открытыми глазами, смотрят непонимающе. А меня уже несет на волнах истерики.
— И я не смогу это повернуть вспять! Я ничего не могу! Нет ни денег, ни поддержки сверху! Ничего нет! Я пустое место! Я никто и ничто… — мои слова, которые изначально вылетали с жалящей злобой, становились все тише, голос звучал с надрывом, пока совсем не затих, перейдя в рыдания.
— Аня, ты не одна. У тебя есть мы. — девочки подошли ближе и меня обняли, а я от этого закатилась еще пуще прежнего.
— Теперь и вы еще… и Сенсей! Мы все умрем…
— Ань! Да что ты заладила в конце концов!? Ну когда мы умрем? Ведь не завтра же! Все когда-нибудь сдохнем. Вон у соседки кошка сдохла. А до этого она прожила одиннадцать лет сытой, довольной жизни! Да не каждый человек в такой любви и заботе живет, пусть и относительно недолго. Это сон такой, Ань? Когда это произойдет? — девушка хоть и старалась храбриться, выглядела встревоженной и испуганной.
— В 2030…
— Фу-у-ух… — девчонки выдохнули и разулыбались.
— Ты что? Из-за этого плачешь? Из-за событий через двадцать с лишним лет? Ань! Да сто раз все изменится еще!
— Ого, конечно! Еще дожить надо!
— Нет. Мне не дадут вмешаться в равновесие сил. Никто не допустит… — я шмыгала соплями, успокаиваясь.
— А мы не будем никого спрашивать! Вон сколько всего ты уже сотворила. Что за ерунда? Нельзя сдаваться. Ты молодец! Ты без всяких сил спасла сестру Пети. При чем головой своей бедовой. Ты на передачу попала с улицы! И ты в ней по-бе-ди-ла. Ты! Никто-то другой. Оглянись вокруг, в какой крутой квартире мы живем. Хоромы! Наш канал крутейше развивается! А стартанули мы его с нуля. Ты не пустое место! За эти месяцы ты столько добилась!
— А еще тренировки, сила твоя нереальная. Ань, мы с тобой, мы тебя любим. Ты наш кумир. Я считаю, ты вообще всемогуща. И говоришь сейчас полную ерунду. Что ты раскисла? Что не получилось? Хорошо же все шло.
— Я не смогла донести до правительства свои знания о кризисах, войнах и конце света. Они мне не поверили, и ничего делать не станут. Так и будет этот снежный ком расти.
— Да как это ты беспомощна? Интернет — это твоя мощь и сила! Ты сама говорила. У тебя есть канал. Там уже под двести тысяч подписчиков! Аня! У нас есть оружие! Мы снимем о грядущем будущем фильм! Они услышат! Мы поднимем народ! Просто один в поле не воин.
Я подняла лицо к свету. И сквозь подсыхающие дорожки слез, на кукольном, еще детском лице, проступила решимость. Синие глаза с влажными, слипшимися ресницами сузились.
— Да. Ты права. Я им такое кино сниму. Спать перестанут.
Валера Корносенко
Джунгли зовут. Назад в прошлое. 2008 г.
Глава 1
Мы предполагаем, а бог располагает. Планов мы в тот день с девчатами настроили громадье, вот только им не суждено было сбыться.
Как говорится, «на следующий день она проснулась знаменитой».
— Аня, я сейчас закиплю! Ты потрогай телефон, а еще лучше мои уши потрогай! Они огнем пылают. Я не могу телефон выпустить из рук. Не замолкает ни на минуту!
— Почему? — я смотрела на разрывающийся миганием и вибрацией аппарат.
— Потому что кое-кто у нас сильнейший экстрасенс страны! Не знаете, кто бы это мог быть? И ладно бы только звонили, они же и в дверь ломятся. Ты выгляни в окно. Там уже настоящее паломничество!
Я настороженно перевела взгляд на проем, медленно подошла и выглянула из-за шторы. Весь двор, некогда пустой и тихий был заставлен машинами. Все лавочки оккупированы людьми разных возрастов и социального положения.
— А… как? Откуда?
— Так мы же офис здесь делать хотели! Плюс рекламодателей искали. Все наши данные под каждым видео публиковались.
Ужас происходящего на мгновение меня ошеломил.
— И… что делать?
— Откуда я знаю, Ань? — девушка всплеснула руками с подвыванием. — Они с пяти утра звонят и звонят. Все хотят то чудесных исцелений, то волшебных фокусов
