– Хм, – Васька всё ещё не решался. – Но ваши еретики должны вытереть ноги и вымыть руки. Только она таких условиях я согласен на данный союз.
– Всенепременно. А также назначу вас моим личным еретическим котом... – произнёс жрец, с умилением глядя на рыжего котика. – Будете вторым после меня.
– Что ж, – Васька неторопливо, с царским видом отхлебнул молоко из блюдца. – Это интересное предложение...
Парацельс, Алёна и Геренд с инквизиторшей на плече продолжали своё путешествие по запутанным коридорам башни. Они постепенно спускались к первым этажам, приближаясь к входу в зловещий подвал.
– Я чувствую совсем рядом присутствие множества других магов! – произнёс волшебник. – Моя многострадальная пятая точка подсказывает, а печень так и вовсе в голос кричит, что это инквизиторы. И еретики. Они устроили из моей башни поле боя!
– Если ты чувствуешь их, значит, и они могут обнаружить нас? – спросил Геренд
– Вряд ли. Я уже замаскировал наши ауры так, что обнаружить их будет непросто даже магам‑поисковикам, – пояснил чародей. – Моя сила понемногу возвращается, и простенькие чары мне уже вполне по силам.
– Замечательно. Молодец, Парц, – вампир улыбнулся, поправив сползшую с плеча Беатрису.
– Похоже, инквизиция собирается брать мою башню штурмом, – волшебник весело хихикнул.
– И что же тут смешного? – покосилась на него Алёна.
– Они же не знают, что в башне – Васька!
– А‑а‑а! – протянул Геренд. – Васька, ну конечно же, Васька! Это всё объясняет! Васька, да... а можно поподробнее, чем твой Васька так опасен для них? Он, конечно, необычный кот, но не переоцениваешь ли ты его?
– Мой кот очень щепетильно относится к чистоте. А инквизиторы ботинки никогда не вытирают, – пояснил Парацельс с таким видом, словно эта фраза всё объясняла.
– Я всё равно не очень понимаю, как кот помешает им взять штурмом твою башню. Да, он рыжий и пушистый, но ведь одних этих качеств недостаточно.
– Для Васьки вполне достаточно. Если честно, трудно это объяснить с точки зрения логики, – признался Парацельс. – Просто мне шестое чувство подсказывает, что Васька справится.
– Парц, Парц, Парц... вроде большой уже, а всё в волшебных котов веришь... – вампир хмыкнул.
– Спорим, что когда мы вернёмся в башню обратно, она останется в лапах моего Васьки?
– И каковы ставки? – прищурился Геренд.
– Ну, скажем... наши с тобой доли от лечения больных вампиризмом, – предложил Парацельс, хитро улыбаясь. Допустим, на пять процентов!
– Идёт, – согласился Геренд. Оба ударили по рукам. – Считай, что уже разорён.
– Мечтай, мечтай...
– К слову, о долгах, – Геренд помрачнел, кое‑что вспомнив. – Врааль украл наш амулет, Сокровенную слезу. Сам знаешь, что это означает.
– Я его как сына встретил, парцеядом потчевал, – Парацельс стиснул кулаки, – а он меня разорить пытается. Моё имущество подворовывает... Ну ничего‑ничего, вот восстановлюсь, я ему мигом всё припомню...
Прошло некоторое время. Еретиков поблизости видно не было. Похоже, все они остались на верхних этажах башни. В подвал никто не спускался. Возможно, культисты чувствовали некую нехорошую ауру, исходящую из этого места.
–Так, приготовьтесь, друзья, – архимаг завертел головой по сторонам, словно что‑то ощутил. – Подземный ход уже близко.
– Надеюсь, ты не ошибаешься, – сказал Геренд. – А то, зная тебя, не исключаю, что ты это подземелье выдумал и нам придётся прорывать тайный ход самим.
– Не бойся, мой клыкастый друг. Тебе я дам самую большую кирку... А если серьёзно, под нашими ногами находится колоссальный лабиринт, прокопанный вымершим подземным народом тысячелетия назад – такое выдумать невозможно. Он весь так и сочиться магией, она даже прорывается на поверхность. Именно по этой причине я и воздвиг на этом месте Чёрную Спицу много лет назад. Через один из тоннелей лабиринта мы выйдем на поверхность. Я в своё время озаботился тем, чтобы изучить эту каменную паутину и составить карту небольшой её части.
– Она у тебя при себе? – поинтересовался Геренд. В память Парацельса, при всём уважении, он не особо верил.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
– Нет... – волшебник развёл руками. – Но я отметил правильный путь знаками на стенах!
– Хорошо, – Геренд кивнул. – Уже что‑то... Надеюсь, ты ничего не перепутал... А то выйдем где‑нибудь в пустыне... Или в главной цитадели инквизиции прямо посреди заседания важных чинов.
– Всё будет в порядке! – голос Парацельса прямо таки излучал уверенность. – За мной! Навстречу опасностям и приключениям!
Архимаг щёлкнул пальцами. Часть стены перед ними ушла в пол, открыв взглядам каменные ступеньки, уводящие во тьму. До путников долетел странный терпкий запах – запах сырости, древности и необузданной сырой магии.
– Боже мой... – пискнула Алёна, спрятавшись у Геренда за плечом.
– Дамы первые, – архимаг сделал приглашающий жест.
– Парц, ты бы подсветил что ли, – сказал Геренд, делая шаг вперёд. Ведь технически в данный момент он тоже относился к дамам. Хотя и весьма сильным дамам. – Джентльмен.
Архимаг прочитал заклинание, и перед вампиром вспыхнул небольшой волшебный огонек.
– И на этом спасибо...
Геренд поправил сползшую с плеча Беатрису и начал осторожно спускаться по лестнице вниз. За ним, шепча молитву Богу‑Императору, двинулась Алёна. Парацельс, насвистывая под нос пошлую песенку времён своей молодости, замкнул их маленькую процессию.
Стена вернулась на прежнее место, закрыв путь назад.
Волшебный огонёк осветил каменный грубо обработанный тоннель. Его стены покрывали трещины, из которых торчали корни неизвестных, но явно живучих растений. Полезные элементы они научились извлекать чуть ли не из камня, чтобы выжить в невероятно суровых условиях.
– На счёт местной нечисти особо не переживайте, – сказал Парацельс. На ходу он протянул руку и зачем‑то провёл по стене тоннеля. – Самые опасные твари обитают далеко внизу, куда мы заходить не будем, а мелкую я легко отгоню.
Геренда упоминание опасных тварей явно особо не впечатлило. В конце концов он и сам представлял из себя неплохую боевую единицу. Да и архимага, пускай и не вполне восстановившегося, тоже не стоило сбрасывать со счетов. Вампира волновало кое‑что другое, одна мысль, которая уже некоторое время настойчиво вертелась у него в голове.
– Ясно. Парц, мне тут мысль одна в голову пришла. Может, нам просто дождаться, когда эта Беатриса очнется, и поговорить с ней? – предложил Геренд. Леди‑инквизитор на его плеча до сих пор не пришла в себя. Видимо, Алёна ну очень сильно её приложила своей новенькой скалкой. Хорошо хоть своему Богу‑Императору душу не отдала.
– И что ты ей скажешь? – Парацельс был явно настроен очень скептически к данной идее.
– Всё, как есть... ну в разумных пределах, разумеется.
– Геренд, инквизиторы живут по принципу "Подвергай всё сомнению", – сказал Парацельс. – Кроме Воли Бога‑Императора... Для неё мы – опасные еретики, доверять которым – себя не уважать. Поверь, я хорошо знаю, что представляют из себя эти инквизиторы – любители прикрыть свои филейные части большим злом, чтобы вершить зло малое... хм, что‑то меня опять на эпичность потянуло... к дождю, наверное.
– Если бы дождь шёл каждый раз, когда тебя тянет на эпичность, мы бы все уже утонули.
– Хе‑хе... Ты явно меня недооцениваешь! В общем, тот факт, что мы долгое время провели вместе с Беатрисой, сражались против общих врагов... по сути ничего не меняет. Сегодня она гоняет с нами чаи за столом, завтра она гоняет за нами с арбалетом.
– Возможно ты и прав, – неохотно уступил вампир. Он явно имел несколько иное мнение по данному вопросу, но решил не спорить. – Лучше расскажи про этот лабиринт, – попросил Геренд. – Кроме нечисти тут ещё есть что‑нибудь неприятное?
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
– Хм... как бы тебе объяснить... Начну издалека. Вы слышали о Дереве Познания Добра и Зла? – с загадочным видом произнёс архимаг, ухмыляясь в густую бороду. – Да‑да, о том самом, из‑за плодов которого людей выгнали из райского сада.
