второго этажа, потом пару шагов назад, ещё выстрелы, в районе первого этажа, в стене очередной пролом, снова туда летят гранаты и после хлопков полезли бойцы.
Внутри здания поднялась стрельба, кто-то там истошно орёт, хорошо слышим, как хлопают дробовики наших ребят. Ну да, в помещениях для зачистки лучшего оружия не найти.
Звон разбиваемого окна второго этажа. Сначала вылетел стул, за ним второй, а следом какой-то ошалелый немец решил сыграть в каскадёра и приземлился он точно перед роботом Котлеты. Упал в лужу, схватился за ногу, потом увидел робота, про ногу тут же забыл и дико закричал от страха. Шаг, второй, готов. Мушкетёр его просто раздавил своими лапищами.
— Слева – неожиданно крикнул Слива.
В моей голове быстро проносится вихрь мыслей. Клёпа с Тучей перед тем как открылись наши ворота разворошили это осиное гнездо. Немцы даже не предполагали, что сюда выйдет такое количество бойцов и техники в нашем лице, вот и попёрли к штабу немчура на выручку штабным, а тут мы.
К штабу вырулили сразу три машины. Первый ехал небольшой броневик, и сидящий наверху немец поливал всё перед собой из пулемёта, за ним броневик побольше с открытом кузовом, из него стреляли сразу два пулемётчика и за ними грузовик с солдатами. Солдаты тоже стреляли кто куда.
— Корж коробочки – успел крикнуть Туман перед тем как я поймал в прицел кабину грузовика и начал стрелять.
Попал я точно в кабину, кто-то из ребят ещё добавил, вижу, как сидящие там немцы дёргаются от попаданий. Рядом с нами заработали пулемёта Большого и Нямы. Они стреляют по кузову. Часть находящихся там немцев сообразила, что их сейчас будут убивать и посыпалась из кузова. Свалить успели не все. Рядом хлопок, Грач выстрелил из подствольника, взрыв рядом.
Вот же я тормоз, у меня тоже подствольник. Стреляем со Сливой одновременно, наши воги врезаются в грузовик, и он взрывается.
Дикий грохот, визг рикошетов. Это начал работать Корж, он просто встал перед едущими броневиками и открыл огонь с двух руку, а на них у него КПВТ, бронированный ранец для патронов на спине. Итить, с такого расстояния первый броневик прошивается насквозь. Что там с экипажем мы естественно не видим, но зрелище завораживающие и там точно фарш из людей.
Откуда-то из кустов ко второму броневику, который успел остановиться устремились сразу три ракеты.
— Ложись – заорал я.
Скатываюсь на дно воронки, успеваю закрыть уши руками и открыть рот. И тут шарахнуло, шарахнуло так, что, если бы мы были наверху, нас бы точно сдуло. Мне даже показалось, что над нами пронеслась какая-то хрень в виде куска железа.
— Все живы? – отплёвывается Туман.
Осматриваемся, Большой охает, теребит своё левое ухо.
— Чё? – переспрашивает Вася.
— Живы все – ору как псих.
— Космонавты обеспечить площадку для градов около ворот быстро – орёт немного оглохший Туман.
Снова высовываемся из воронки. Метрах в тридцати от нас двигаясь то влево то вправо стоит паук и лупит короткими очередями куда-то в сторону. Судя по трассерам вон по тем деревьям, ага, точно, там видны огоньки от выстрелов.
— Огрызаются сволочи – хмыкает Слива.
Видимо тому, кто в пауке за рычагами надоело стрелять из пулемётов, я только увидел, как приподнялся ствол установленного сверху на пауке АГС, и он тут же выпустил с десяток вогов. Есть, накрыл эти заросли мгновенно, стрельба оттуда тут же стихла.
Наши бойцы в скафандрах уже контролируют площадку, один из них побежал к открытым воротам, тут же выбежал обратно.
— Колючего и Хобота нашли в подвале – послышался доклад в наушнике.
— Риф где? – тут же спросил Туман.
— Там он тоже, тут проход малёха завалило, слышим, как нам кричит, разбираем завал.
Выдыхаем почти одновременно. Фух, пацаны живы, самое главное. Быстро смотрю на часы и прикидываю. Туча с Клёпой активировали маяк, до открытия 2 минуты, потом, после открытия сюда ломанулись мы. Сколько мы тут? Минуты четыре, ну пять. Немцы просто охренели от количества бойцов, которые вывались из ворот, ещё больше думаю они охренели от пауков и роботов. То, что они растерялись это точно. Не зря, ох не зря Туман на общей волне орёт на всех подряд, чтобы шевелились, не дали немцам очухаться. Я его прекрасно понимаю, ведь пацанов могут грохнуть просто из-за злости. Но благо в стенах уже проломы, идёт зачистка штаба, там бы самому уцелеть, явно не до пленных.
— Вперёд – рычит Туман.
Выскакиваем из воронки и бегом к зданию штаба. Позади рёв моторов, из ворот выезжает три Града на базе Уралов, за ними коробочки, которые тут же рассасываются в разные стороны. За ними вылетает платформа, судя по черепам диких зверей спереди, платформа Крота и Чуба.
— Грач займись – орёт Туман показывая на платформу –отправь их к лаборатории, пусть наводят, накрыть там всё. Наших отвести не забудь.
— Понял.
Две легковушки перед штабом лежат на боку и горят. Едва подбегаем к крыльцу, как двое наших бойцов вытаскивают за руки немца, он без сознания. Успеваю увидеть, что у обоих царапины и небольшие вмятины на скафандрах от пуль, но пацаны живы, даже не ранены, космические технологии рулят. Кстати где-то за стеной так же продолжает орать музыка Рамштайн, периодически её заглушают короткие выстрелы из крупняка, видимо Котлета добивает стреляющихся немцев. Их стрелковое оружие для робота что слону дробинка, главное, чтобы из фауст патрона не врезали, да и то, просто так робота одним выстрелом не остановить.
— Клаус? – задаёт глупый вопрос Слива.
— Без понятия – отвечает боец, откинув забрало – был приказ брать офицеров, вот взяли.
— Ты Клаус? – рычу на немца.
Тот испуганно отрицательно машет головой.
— Где он?
Я-то спрашиваю по-русски, но немец точно понимает, что я хочу, а ещё ему скорее всего помог хороший подзатыльник, которому ему отвесил боец. Немец тут же что-то заговорил и показывает на второй этаж.
— Понятно.
— Вяжите и тут ждите – снова рычит Туман.
Забегаем внутрь здания, тут полный разгром. В стенах дырки, разгромленная мебель, на полу гильзы, грязь, кровь, какие-то бумаги валяются и с пяток трупов немцев. Четверо немцев стоят на коленях с руками за головами под прицелом двух космонавтов. Глаза у немчуры большие большие, от страха. Пацаны их быстро обыскали и начали стягивать стяжками руки за спинами.
— Колючий – обрадованно крикнул Слива.
Двое
