бойцов поднимаются откуда снизу и несут Колючего, за ним тащат Хобота.
Мы как можем тут же готовим для них остатки мебели, чтобы их на неё положить. Парни сильно избиты, комбинезоны порезаны. Но парни в сознании, вон лыбяться.
— Мужики, живые – аккуратно жмём им руки.
Тут же появлятся Док.
— Разошлись все, дайте их посмотреть.
— Хлопцы нужна помощь – снизу поднимается один из бойцов в скафандре – мы в этом – хлопает себя по скафандру кулаком – пролезть не можем, Рифа надо вытащить.
— Стой тут – тут же говорит мне Слива, когда я уже был готов сорваться с места.
Четверо наших ребят в простом обвесе тут же бегут вниз за космонавтом.
— Где болит? Что сломано? – продолжал хлопотать около Колючего и Хобота Док и делая им какие-то уколы.
— Всё болит – морщится Колючий.
— Везде – добавляет Хобот – и у меня кажется левая рука сломана.
— И ты молчишь? – тут же наехал на него Док.
Туман снова на кого-то орёт. Сверху притащили ещё трёх немцев в офицерской форме, один труп, двое других ранены, помощь им пока оказывать никто не спешит, раненых так же обыскали, дали пару затрещин, руки стяжками за спину.
— Всё – устало говорит Рыжий – больше на втором этаже живых нет, только трупы — вот этот – тычет пальцем в труп – майор Клаус.
— Твою же мать – вырывается из меня – точно?
Я смотрел на труп человека, лица у которого не было, вернее половина головы у него просто отсутствовала, видимо прилетело из КПВТ, плюс он ещё немного обгорел, благо пацаны успели потушить пожар.
— Точно – вздыхает Рыжий – эти вон двое сказали.
— Йя, йя – закивал один из них -Клаус, Клаус.
— И вот ещё – Рыжий вытащил из кармана своей разгрузки удостоверение и медальон – у него в карманах нашёл.
— Падла мля – выругался Туман – так и не побеседовали. Вот же – он еле сдержался – говорил же, не шмаляйте из роботов по штабу.
— Да как не шмалять то? – взвился Рыжий- рядом с этим пулемёт был. Там трупов полно – кивает в сторону потолка – у всех оружие, гранаты. Если бы не Корж с Котлетой, они бы дали нам просраться. Там наверху у них оружейка, оружия хоть одним местом ешь, хорошо они из фаустов палить не стали, побоялись видимо в помещениях.
— Да и ладно Валер – хмыкаю я, рассматривая труп – ничего нового он бы нам не сказал. Мужик да, толковый скорее всего, был, хрен с ним. Вон у нас ещё языки есть – скалюсь на пленных. Переправим их партизанам, пусть они их допрашивают и делают что хотят.
И тут снаружи начали работать грады. Грохот поднялся такой, что я охренел, а немцы дружно повалились на пол зажимая уши руками. Спустя пяток секунд где-то там, недалеко от нас стали раздаваться взрывы один за другим.
— Хана лаборатории – крикнул Рыжий – этот – кивает на одного из пленных немцев – сказал, что братья там.
— Точно? – ору я пытаясь переорать вой ракет.
— Точно. Он за пол часа до боя там у них был. Там же и зомби эти все, может конечно кто-то успел вылезти, но не факт.
— Потом прочешем весь остров ещё раз – начал орать Туман – никто не уйдёт.
Стрельба кончилась так же неожиданно, как и началась. Всё, три града отстрелялись.
— Есть попадание – радостно заорал в рацию Чуб – накрыли всё.
— Ты не радуйся, а давай бери другие платформы, коробочки и прочёсывайте весь остров – тут же послышался голос Грача.
— Выполняю – хихикнул Чуб.
Наконец-то бойцы разобрали завалы и притащили Рифа. Он и они все в побелке, грязные, но довольные до ушей.
— Я думал хана – пожимая всем руки по очереди довольно улыбался Риф – как услышал КПВТ, сразу понял, что это вы пришли, потом топот, крики, стрельба. Немцы бегают как полоумные, а потом бац бац и потолок осыпался.
Мы засмеялись. Рифу тоже досталось, его конечно тоже помяли, но главное живой, а синяки и ссадины заживут.
— Слива, есть чё выпить? – спросил Риф.
Слива, весь грязный и после купания в луже в воронке и после разбора завалов, чтобы вытащить Рифа покосился на Тумана, тот вздохнул и произнёс.
— Да ладно, знаю же, что есть.
Улыбающийся Слива тут же ловким движением, я так и не понял откуда, вытащил небольшую фляжку и протянул её Рифу.
— Ну чё пацаны, домой? – весело спросил я.
И тут где-то вдалеке что-то затарахтело, а спустя пару секунд я понял, что по нам открыли огонь. Кричать что все в укрытие никто не стал, мы просто как тараканы прыснули в разные стороны. А шмаляли по нам со стороны моря и судя по всему работало пару крупнокалиберных пулемётов.
— Лежать падлы, не двигаться – разом заорали несколько наших бойцов взяв на прицелы пытающихся уползти немцев.
— Что что такое мать вашу? – сжавшись в углу и поджав под себя ноги прокричал Большой – кто стреляет?
— Немецкий катер – проорал Рыжий выглянув из окна.
Ползу к нему, по зданию штаба уже не стреляют, подбираюсь к Рыжему, следом за мной остальные, выглядываем в окна.
— Скотина, по градам бьёт – выругался Слива.
Когда вылетают ракеты по направляющим, то их очень хорошо видно, вспышки будь здоров, а уж ночью тем более. А тут их по лаборатории пуляли сразу из трёх и вспышки были как на стадионе при концерте, слепой только не увидит. Вот немцы на них и навелись.
— Как млять немецкий катер просрали? – начал орать Туман.
— Как как, ночь на море не видишь? – начал в ответ орать на него Грач – там ни хрена не видно. Эта падла подошла и в упор лупит.
Пулемёты, два, на катере не затыкались. Самого катера не видно, видны только вспышки от выстрелов. Пройдясь очередями по машинам с градами, пулемётчики перенесли огонь куда-то дальше. В эфире в рациях тут же поднялся кипишь, наши начали стрелять в ответ из всего что есть. Но судя по вспышкам на катере там тоже не дураки. Он постоянно двигался и огрызался огнём. Не, попадания то были, искры
