гоплиты, но уже мёртвые. И хорошо, что мы догадались их сжечь, иначе их было бы в два раза больше. Мертвецы бежали резво, похоже, их больше не волновали ни раны, ни усталость, у некоторых даже головы не было.
— Легат, миномётный огонь по зомбарям.
Экзотанк открыл свои турели и выпустил рой мин. Мёртвая плоть взрывалась и рвалась, но всё никак не могла умереть окончательно. Потеряв ноги, мертвецы начали бежать к нам на руках. Собственно, потеряв верх туловища, ноги отдельно бежали в нашу сторону. Руки, ноги так же зачем-то пытались к нам ползти. Гора мертвецов таяла на глазах, чтобы справиться с таким неживым противником, надо было его разорвать на кусочки. Первые зомби уже добегали до наших порядков, и гоплиты отталкивали их импульсами, но напор становился всё больше и больше. Потом в дело пошли преторианцы. Легат распределил их по трое на передовую и в тыл. Хотя теперь везде передовая. Преторианцы бластерными пулемётами крошили неживого противника в мелкие кусочки, перемешивая трупы с кусочками бетона. Потеряв с десяток человек, гоплиты в тылу сами выработали себе тактику, при которой потери будут минимальны, им надо только держаться и не ловить ворон, всю остальную работу делали преторианцы. Это поняла и Нэнси, притормозив гоплитов в тылу и приказав им плотно держать строй.
Совсем другая картина была со стороны Слоэн. В контейнерах были гигантские мутанты, очень сильные, свирепые и живучие. Когда они выбрались из-под обломков и оправились от ударов, то дали полюбоваться на себя в полный рост. Громадные, метра три в высоту, вместо человеческой бычья голова, у одного в руках топоры, а у второго меч со щитом.
— Да это же минотавры, — с удивлением опознал я химер.
— Подтверждаю. Химера производства Спарты состоит на вооружении с …
— Не нужно справки, просто убей их.
— Уничтожение данных химер затруднительно, так как они обладают стихийной регенерацией живых тканей. Даже поражение мозга не нанесёт им фатального ущерба.
Минотавры передвигались стремительно. Один из них, тот, что с топорами, врезался в наши порядки и учинил там бойню. Импульсы гоплитов выдирали из него целые куски мяса, но он мгновенно их регенерировал, а оттолкнуть его не получалось — слишком массивен. Но к нему уже спешили преторианцы. А вот второму повезло меньше. Там, куда он собирался нанести свой удар по порядкам наших войск, был Венедикт и его палаш. Сейчас эти двое самозабвенно рубились на мечах. Веня чуть ли не плакал в общем эфире от счастья потому, что ему наконец-таки достался достойный противник. Минотавр был практически неубиваем, при мне Веня отрубил ему полбошки, обнажая дольки мозга. Но это минотавра совсем не остановило. На каких-то условных рефлексах минотавр отступил, прикрываясь щитом, и за считанные секунды отрастил себе утраченную часть тела. Это действо очень сильно обрадовало Венедикта, он с утроенным усердием принялся нарезать минотавра мелкой соломкой.
— Трибун Пол, у нас большие проблемы, — вышел на связь Легат.
— Да вроде, решаются, — ответил я, наблюдая за тем, как трое преторианцев оторвали минотавру ноги с руками, а то что осталось, попытались втоптать в бетон. Удивительно, но минотавр умудрялся регенерировать даже из состояния фарша.
— Строй вражеских гоплитов вышел на расстояние уверенного поражения и нам нечем им ответить.
— Миномёты?
— Кончились. Я вынужден просить вас пожертвовать секретностью использования пространственного щита и ударить по пехоте противника.
Я задумался. Вокруг меня кипел бой, умирали люди, а я словно истукан стоял посреди всего этого хаоса и каковы будут репутационные потери. Все узнают, что дом Атрейдес освоил пространственные технологии. Разумеется, правительство захочет на это взглянуть, а если они поймут, что это никакой не артефакт, а чуть ли не фабричное производство, то «попросят» поделиться технологией. «А!» — подумал я, и махнул рукой принимая решение. — «Пускай сначала попробуют разобраться».
Активировав пространственный, щит я прыгнул на сотню метров прямо в середину небольшого отряда гоплитов. Круговой удар и десять противников выбывают из игры. Новый прыжок, на этот раз приходится немного заморочиться. Гоплиты успели подготовиться к отражению нападения, закрылись щитами и навели на меня свои копья. Наивные, они думали, что их щит защитит их. Новый взмах и разрезанные щиты вместе с застрявшими в них отрезанными руками падают на пол. А дальше я наловчился использовать пространственный щит так ловко, что мои атаки сливались для меня в простые действия: «прыжок-удар». Я даже сложил обратно копьё, сделав его похожим на нож. Телепортировался вплотную и наносил удар в спину. В процессе я никого не добивал, достаточно того, что эти люди уже просто не в состоянии продолжать атаку. Сколько я убил, сто или двести — не считал. Хорошо, что они в масках, так можно думать будто это не люди, а обезличенные манекены, иначе бы я уже валялся без сознания или стал безумным берсекром.
Понеся большие потери, противник уже думал о своём выживании, а не об атаке. Совершив больше ста прыжков, я косой смерти пронёсся по противнику и полностью разрядил пространственный щит. Не успел я подумать о том, что победа не за горами и скоро уже всё закончится, как вид встающих мертвецов вогнал меня в уныние. Убитые гоплиты обращались в зомби и снова бросались в бой.
— Они и своих солдат не жалеют, — хмыкнул я, провожая взглядом убегающего в сторону моих друзей зомби. Я посмотрел на вражеский замок, он был недалеко, всего-то в пятистах метрах от меня. — Надо убить колдуна, иначе всё это не остановится.
Я побежал к замку противника со всех ног, но уже через тридцать секунд понял, что топчусь на месте. Замок не приблизился неина метр. Куда бы я не бежал, с места сдвинуться у меня не получалось.
— Ну, что, Илья, в солдатики играешься? Веселишься?
Этот голос я узнал сразу, голос моего отца Коперника Семёна Ивановича. Я не понял, когда рядом появился Тзинч в образе моего отца, только что его не было раз — и появился.
— Тзинч!
— Зачем так официально? Просто папа.
— Это ты не даёшь мне сдвинуться с места?
— Ага.
— Опять будешь втюхивать мне свою книгу?
— Я что, похож на книготорговца? Та книга была в единственном экземпляре, и второй такой больше нет.
— Отпусти меня, мне надо помочь своим друзьям.
— О, не переживай так за это, сын. Я остановил время, ты везде успеешь.
— Что, прям совсем остановил, во всей вселенной?
— М-м-м-м, — Тзинч улыбнулся, — Ну ладно, ты поймал меня. Я ускорил твоё субъективное время, это работает по аналогии твоей обучающей машины.
— Шулер.
— А какая разница?
