мнению, рабочие обладали недостаточными демократическими правами, когда же в официальных документах Братства они являлись, чуть ли не носителем всей власти и суверенитета Братства НДО. Исправление этой ситуации он видел в ликвидации повышенного влияния Партии Братства на пролетариат и создание свободного статуса для рабочих.
И если говорить обобщённо, то есть создание анархического режима, но с имением рабочих конфедераций и профессиональных союзов, среди прочего должна была быть полностью ликвидирована конкуренция, но уже без помощи партийного аппарата Братства и средств её принуждения.
Император Берзихов – он же предводитель империи львов, смог завербовать на свою сторону Ващеренского и его ближайших людей.
Уже к февралю 3020 года полк под командованием Ващеренского перешёл границу и отказался подчиняться приказам командования НДО, нарушив присягу.
Созвав своих людей и получая активную материально-политическую поддержку от Берзихова, Ващеренский провозгласил новое объединение – Свободный Синдикат.
Ващеренский был мгновенно объявлен народным врагом в НДО и подлежал немедленной ликвидации.
Наблюдая за развитием этих событий, на обсуждениях Исполкома наши офицеры принимали решения о дальнейших действиях.
Тем не менее, Ващеренский старался пойти с Красным Союзом на контакт. Он видел в нас в первую очередь врагов НДО, и потому
стремился поддержать с нами нейтралитет, с чем не были согласны ни сторона Империи, ни наше руководство.
Таким образом, помимо НДО наращивало свою мощь и старая, явленная Империя.
После воссоединения полка Ващеренского с силами имперцев, они начали разностороннее наступление на два фронта.
Несомненно, такая тактика не имела за собой существенного успеха.
Но особенностью этой клановой войны, получившей название Вторая война, было то, что происходили случаи, в которых наши силы временно заключали перемирие с войсками НДО, когда в отдали от нас находились крупные скопления имперцев. Это положило свою черту на возможные переговоры между нами.
Конец зимы 3020 года. Наступила весна, апрель, май.
Наш консервный завод приобретал всё больший размах, строились новые. Но помимо выпуска пищевой продукции, завод приобрёл ещё и печатные станки. Стали создаваться наши собственные клановые книги, а по ним и свои картины рисовки, налажен печатный станок паспортов,
завод мог также создавать медали нового образца, введённый ещё давним собранием Исполкома. Позднее, по моей же инициативе Паспортный отдел переименовали в Печатный отдел, поскольку его задачи заметно увеличились.
– Вадим Поляров: Сидор. Слушай, а если все заводы объединить в единую компанию? Как считаешь? Всё это основано на твоей инициативе и получило своё начало благодаря твоим рукам, ну и конечно же нами, потребителями.
– Сидоров: Идея вполне интересная, но мне кажется, сложно выполнимая.
– Вадим Поляров: Я могу тебе помочь. Видишь ли, я тоже занимаюсь подобного рода предпринимательством, как ты. Конечно, в моём случае ещё до вхождения в Красный Союз я основал свой клуб Средств массовой информации Блокстана, но опыт по организации такого типа я имею. Только представь, а если твои заводы начнут выпуск продукции за пределы клана?
– Сидоров: Не знаю, Вадим. Им это может, не понравится, или наши заводы не смогут произвести столько продукции, сколько требует спрос.
– Вадим Поляров: Всё это мелочи, Сидор!
Вадим давал верную зацепку. Уже через некоторое время, я издал соответствующий указ о присоединении заводов в единое русло и дал название всему этому комплексу предприятий – Кам.
Заводы по производству консерв – Камцех; Заводы печатные, производящие книги и вырисовки – Камбериз.
Говоря о Вадиме Полярове.
После отставки Козловского с поста Политкома, его место занял Поляров. Имея при себе полномочия политического комиссара, он направил свою печать против пропаганды НДО.
Важно упомянуть, что вместе с Козловским они являлись бывшими участника Народного Движения Освобождения.
Вступили в ряды НДО они предположительно в 3017-3018 годах, а затем покинули его ряды, получив бремя предателей Братства.
Согласно их делу, они организовали собственный клановый взвод, от которого веяло автономией и отступничеством от Народнической идеологии НДО.
Политком Братства Турмад вынес Полярову и его людям предупреждение, чтобы они расформировали данный полк, под предлогом того, что полк "Германис" – есть ревизионистское формирование внутри НДО, вносящее раскол в вооружённые силы Братства.
Поляров отказался и старался пойти на компромисс для существования собственного полка, но встретил лишь непоколебимую позицию Язовского.
Находясь в таком угнетённом положении, Вадим Поляров со своими людьми принял решение покинуть ряды НДО.
Осенью 3019 года командование полка Германис пошло на сближение с руководством Красного Союза, был заключён договор о взаимопомощи,
а затем полк вовсе полным составом стал частью Красного Союза. Произошло это до моего прихода.
Так, Поляров и Козловский оказались в Красном Союзе.
В Феврале 3020 года Поляров способствовал началу сотрудничества Красного Союза с нейтральным кланом Делиг, что
привело к подписанию совместного договора о взаимопомощи. Это был довольно крупный клан, состоящий из нейтральных жителей Блокстана.
К маю 3020 года бои против НДО стихли значительно. По информации нашей разведки, в НДО наступил новый период упадка.
Исполком издал соответствующий приказ войскам прийти в новую стадию боевой готовности для финального наступления, и перешло к разработке плана новых действий в сложившейся обстановке Блокстана.
Карта территории Блокстана в первой половине 3020 года.
В это время я очень хорошо сдружился с Генкомом Вернинским. Вместе с ним мы решили посетить компанию Полярова. Как уже указано им ранее, он является руководителем своего творческого клуба.
Клуб не находился под полным надзором Исполкома, поскольку мы не хотели нарушать границы Полярова на автономность.
Клуб представлял собой не только компанию СМИ, но и имел при себе внушительное количество клиентов и рабочих Блокстана,
конечно же, здесь имели место и алкогольные напитки.
С наступления периода затишья на фронте было неплохо расслабиться, но для всех оно выглядит по-разному.
Алексей Вернинский предпочитал употреблять спиртное в баре компании большими объёмами, после таких сеансов слетала вся маска строгости и упорядоченности Генерального командующего, что во всей красе доводилось видеть лишь мне.
– Вернинский: Да ты Сидор мой “кореш”! Не беспокойся ни за что, расслабься!
Но однажды Алексей позволил себе большее. Помимо распивания напитков с ним, мы всегда говорили остальным о том, что все наши шутки здесь являются не более чем безобидным бредом и потому, не стоит серьёзно обращать на нас внимание, никому никакого зла мы здесь не желаем.
Присутствовали в баре компании и представители женского пола, к которым Вернинский обратил свой особый взор.
В этот день, 6 мая 3020 года у него завязалась перепалка с одной девушкой. Дошло это и до откровений с его стороны.
Обо всём этом, будучи в слезах, она пожаловалась Полярову, который и встал на её сторону.
Произошедшее далее оказалось неожиданным. В зал компании явился Амерон Хаус. Он о чём-то постоянно разговаривал с Поляровым, и разговоры эти по их мотиву разговора были вероятно направлены против целостности Красного Союза.
Хаус постоянно говорил, что зная обо всех секретах Вернинского, он потому и совершил свою диверсию, чтобы весь Блокстан знал правду о нём.
