Вот интересно, что он нашёл в этой Машке? Да, фигуристая лошадь, но глаза холодные как прицелы, а в голове уже всё расписано на годы вперёд: вот Ковалева охмурит какого-нибудь простофилю побогаче, разведётся с ним и оттяпает половину состояния, избивая его сковородкой за отказ выплачивать супружеский долг в двойном объёме. Будет прикольно, если ее жертвой падет Паша.
Хм! Лиза не удержалась и засмеялась от такой мысли. Она удивлялась, какие сюжеты порой стучались в её светлую головушку, крутились и шептали ей интересные повороты про всех знакомых.
Кроме Макса — его почему-то Лиза не могла прочитать, поэтому немного побаивалась этих неловких, но настырных, порывистых ухаживаний. Он был гораздо умнее её, а значит, им не получится крутить как обручем.
Но парниша интересный — факт. Сгодится как запасной вариант, если идея не прокатит. А вообще, чего она снова о Романове вспомнила?! Решила ведь уже, что чудаковатый геймер не ее поля ягода!
— Чё ржёшь, Лизка? — хмыкнул Паша. В его мутноватых глазах промелькнуло желание поразвлечься и прогулять сдачу последнего норматива по физре, бегая гусиным шагом с этими долбонавтами-выпускниками.
— О тебе вздыхаю, Пашенька, — пропела Лиза, удивившись собственной смелости. Было бы неплохо поставить на место борзую Машку, закадрив красавца на вечеринку одного. От неё никто не ожидает, а значит, успех гарантирует «плюс тысячу в карму», если не больше. Королева удавится от ревности, если Лиза отобьет у нее Пашу!
— А я думал, сиськи чешутся! Хм! — грубо усмехнулся Пахан.
Лиза покраснела и смутилась от глупого прикола. Но решила не сдаваться, а поддержать высокоинтеллектуальный разговор дальше.
— Ну а что же им делать ещё, родной? — артистично вздохнула она, томно опустив длинные ресницы. — Ты на меня внимания не обраща-а-аешь. И вообще, тобой Машка вертит как хочет. Беда с вами, красавцами.
— Эт ещё надо посмотреть, кто кем вертит, Лизка, — как она и добивалась, в его голосе проснулись знакомые опасные нотки, значит, заглотил наживку.
— Так ты смотри, куда надо, Пашенька, — улыбнулась Лиза, плавно развернулась к женской раздевалке и покачивая бёдрами, поплыла к двери. — Если понадобится девушка, которая будет ценить не за понты и статус, а как парня — зови, не стесняйся. — и послала ему воздушный поцелуй.
Настроение мигом поднялось от этого невинного флирта, словно она уже отбила такого кавалера у самой Ковалёвой. Всё-таки мальчишки такие предсказуемые — подколешь их, а они всегда выдают одну эмоцию как деревенские телята. Прикольно, как в компьютерной игре, о какой ей с таким жаром рассказывал Макс.
— Чё? — Пашка набычился, привычно сжав кулаки, но эта овца, хихикая и показав язык, уже скрылась в комнате. В его голове тут же взорвалась осколочной гранатой мысль, обрисовав Лизку в темноте женской раздевалки. Вот она снимает куртку, вешает её и… что там эта шкура сказала, Машка вертит им? Самое время повертеть одну лицемерную тихоню, у которой в омуте сучки водятся. Он с ухмылкой вошёл в раздевалку и рывком привлёк Лизу к себе.
— Ты что, Па-а-ша! — задыхаясь, обомлела она. Руки Голицына напоминали грабли, тискающие её грудь. — Нас же увидят! Тут преподы! Эй! Пусти! Ай! Пусти! Пожалуйста!
— Да мне насрать. Ты думала, я с тобой шутки шутить буду? А?! — он одним движением развернул визжащую девушку к себе спиной, заломил до хруста руку, наслаждаясь её беспомощностью. Она трепыхалась как бабочка, которых он ловил в детстве, протыкал иглой, любуясь, как они дёргаются на картонке.
Сначала Пахан не хотел с Сокольской ничего делать, просто потискать от души и отпустить в соплях. Но вид задранной юбчонки, обнажающей стройные голые ноги, всё сильнее распалил его.
— Пусти! Пожалуйст-а-а-а! — взмолилась Лиза, и тут её дыхание оборвалось, когда Пахан рванул её за волосы так, что она изогнулась, а из глаз брызнули слёзы. Хотелось громко позвать на помощь, но крик застрял в горле пульсирующим комком.
Невинный флирт и игра с огнем обернулись для наивной Лизы катастрофой.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
— Конечно, отпущу, шлюшка, — прошептал ей на ухо Пашка. — Только скажи: «Я твоя сучка! Я хочу тебя!». Ну?! — он погладил её волосы пятерней как только что купленного породистого щенка, ухмыляясь от того, как трясётся эта недотрога. Ой, какой смелой и дерзкой умняшкой-борзяшкой она была около раздевалки, а когда схватили за жопу — вся борзота мигом слетела. Сейчас разревется у него на глазах. Белые трусики сверкнули перед глазами, и Пахан с наслаждением шлёпнул её по маленькому круглому заду так, что у Лизы зазвенело в голове. Пятерня Пашки напоминала небольшую лопату.
— Я… я… а-а-а-й! — в раздевалку заглянули две девчонки со второго курса, но увидев Голицына, поймавшего очередную жертву, тут же мышками юркнули обратно. Не хватало ещё оказаться на месте этой овцы.
— Не-е, ваще не натурально. Ты меня не любишь, Лизяндра. Не веришь в чистые чувства. Не хочешь меня, разбиваешь мне сердце, — ржал он, тиская свободной рукой девичий зад. — Тебе что, принц нужен на белом козле? Ну! Включай всё своё обаяние, даю тебе последний шанс: «Я хочу тебя, Паханчик! Я твоя послушная сучка!!!»
— Я-а-х… я… кхочу… я-ах, — прохрипела Лиза.
Сердце вырывалось из груди, а в глазах темнело всё сильнее от медвежьей хватки этого придурка. Ещё немного — и она просто задохнётся, а урода отмажет мамаша. Ещё припишет, что это она домогалась до её сынули.
— Йа-йа! Ферштейн? — загоготал Пахан, продолжая удерживать её за волосы как куклу. — Ист дас фантастиш, Лизхен? — Он прижался к ней и начал резко двигать бёдрами вперёд, вообразив себя крутым порноактёром. — Фан-тас-тиш! Йя! О-о-о, йя! Фан-тас-тиш! Фан-тас-тиш-ш-ш!!!
Но тут его хватка ослабла, и Лиза мешком повалилась на пол, хватая ртом воздух. На Пахана вихрем налетел Макс, услышавший знакомый голос и мольбу о помощи. Противник был гораздо крупнее и опытнее в драке, но Максу было плевать. Он оседлал этого садиста и молотил по нему, пока тот не изловчился и не скинул с себя мощным ударом. Глаз заплыл, но это ничего — главное, Лиза выбралась, она сейчас позовёт на помощь и этого придурка накажут.
Но помощь почему-то не спешила прибегать и восстанавливать справедливость. Вместо этого Пахан схватил Макса за шею и шваркнул затылком об пол. Из кармана Романова вывалился конверт со смешными котиками, держащими сердечко с трогательно надписью. Из конверта выпала флешка.
Жаль Лиза не узнает, что на флешке был записан фильм, полностью смонтированный Максом — начиная с тех самых школьных коллажей и заканчивая первыми днями в универе. Фильм-сказка с трогательными историями к восемнадцатилетию подруги.
Единственный подарок от четырёх дюжин успешных, модных, но таких далёких одногруппников.
Единственный, кому не наплевать на Лизу.
Пахан заржал и раздавил коленом флешку.
Почему-то именно это придало Максу сил. Он заслонился от удара Пахана — ручищи у того были как кувалды и, вспомнив советы Ареса, ткнул придурку в глаз большим пальцем.
На пол брызнула кровь, Пахан взвыл как сучка, схватился за лицо, продолжая истошно орать. Макс плюнул и от всей души двинул его ногой прямо по наглой роже.
— Получай, урод! Получай! Получай!
— Охренел, су-у-ка? — разбитыми губами, смешно промычал Пахан, отплёвываясь кровью.
— Заткнись, мразь, — в глазах Макса сверкнуло что-то стальное, заставив Пахана удивиться — такого раньше никогда не было. Максон всегда был угловатым, немного ершистым, да. Но не бойцом, способным вырвать своё прямо из глотки, не матёрым питбулем, который кидается на любого авторитета, несмотря на огромную разницу в весе. — Лиза будет только моя. Моя навсегда.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
И в зелени зрачков Романова мелькнул темный мрак…
Глава 21. Лиза и Арес. Благими намерениями выстлана дорога в Грех!
Лиза.
Чем ближе я подъезжала к клубу, тем холоднее становились мои руки и громче стучало сердце.
Арес…
Мистически опасный мужчина. Страшно было даже думать, что сейчас мне придется пережить. Катастрофу вселенских масштабов. Испытать заново насилие, только теперь уже добровольно.
